Моря здесь нет
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 94. Синева (3)
Похоже, я провалялся в бреду несколько дней. Меня колотило, как при лихорадке, то знобило, то снова отпускало, и всё это время низ живота скручивало, будто кишки узлом завязывало. Эта неприятная боль отличалась от той, что была во время проявления — даже по характеру они были совершенно разными.
Говорили, что лекарство настолько сильное, что может повредить феромонные железы, а значит, оно отлично справляется со своей задачей. Я вполне ожидал этого и был к этому готов. Просто надеялся, что если уж и будет побочка, то пусть лучше изменится мой тип вторичного пола.
Джу Дохва снова посмотрел на меня, когда я занемог, и его лицо стало весьма серьёзным. Сначала он, похоже, думал, что это последствия прошлой ночи, но когда такое продолжалось несколько дней, он тут же вызвал врача. Разумеется, врач тоже не смог найти причину, а когда предложил взять анализ крови, я отказался.
— …Я часто болею, — я тихо добавил, но это была ложь. Обычно я редко болею, но, казалось, все болезни, которые должен был пережить за всю жизнь, навалились на меня в этом доме. — Отдохну — и всё пройдёт. Просто небольшая простуда.
Если бы он не послушал, я собирался настаивать, что лучше всех знаю свое тело. Если бы он начал принуждать, я был готов сопротивляться, даже если бы меня сочли сумасшедшим.
— Ты так боишься уколов? — Однако Джу Дохва на удивление великодушно прислушался к моим словам. Он, должно быть, подумал, что я капризничаю, потому что его голос звучал очень ласково. Джу Дохва нежно пригладил мои волосы, влажные от холодного пота, а затем приказал врачу:
— Просто выпиши ему лекарство. И витамины.
Только тогда я почувствовал облегчение. Конечно, услышав его следующие слова, я снова напрягся.
— Если за неделю не поправишься, будем проходить обследование.
— Тогда я сделаю тебе укол, даже если будет страшно.
Голос был ласковым, но звучало это как угроза: «Выздоравливай обязательно через неделю». На самом деле, это было не заблуждение, ведь по опыту, если я устрою истерику, Джу Дохва привяжет меня и всё равно возьмёт кровь.
Впрочем, мне было всё равно. Главное было найти способ за это время.
С самого начала моей целью было выиграть время. Чтобы, прежде чем раскроется моё проявление, я смог любым способом добраться до безопасного места.
В дневное время, притворяясь больным, я спал, а как только солнце садилось, осторожно начинал двигаться. Еду, которую приносил слуга, я ел в одиночестве, а по ночам, когда Джу Дохва был рядом, старался закрыть глаза, притворяясь, что засыпаю. Хотя даже доминирующий альфа не смог бы разглядеть цвет глаз в тёмной комнате, я всё равно чувствовал беспокойство.
В те моменты, когда я оставался один, по привычке заходил в ванную и вглядывался в свои глаза в зеркале. К счастью, лекарство действительно подействовало, и внешне изменений с первого дня больше не было. Нет, даже, казалось, синева уменьшилась.
Было бы здорово, если бы изменения остановились. Хотя, как бы я ни желал, будущее не будет таким, как я хочу.
Поздно ночью, как обычно, Джу Дохва пришёл ко мне перед тем, как закончить свой день. В этот момент у меня как раз болел живот, поэтому я лежал на боку, свернувшись калачиком, и смотрел на него снизу вверх. Его ярко-жёлтые глаза пристально разглядывали моё лицо в приглушённом свете.
Что значит «жалкий вид»? Мне показалось, что надо мной насмехаются, но удивительно — в его словах была забота. Как всегда, сев на край кровати, он осторожно провел рукой по моей щеке.
— Может, стоит поехать на лечение…
Большая рука, способная закрыть все лицо, нежно ласкала щёки и уши. Он собрал волосы, прилипшие к шее, и откинул их назад, задержав руку на затылке. Прохладную кожу пронзило горячее тепло его тела.
Раньше он вёл себя как кот, который потрется о тебя и уйдет, но в последнее время отношение Джу Дохвы стало каким-то странным. Если раньше он незаметно прижимался, то теперь откровенно трогал и льнул ко мне. Вот как сейчас, когда его рука, гладящая шею, словно проникала под воротник.
Вместо ответа я просто закрыл глаза. Обычно я бы вздрогнул и отстранился, но за последние несколько дней я привык к подобным его действиям, потому что в его настойчивых прикосновениях не было сексуального подтекста, и он не вёл себя агрессивно.
На самом деле не выпил, а хорошо спрятал в стеклянной бутылочке из-под подавителя. Раз болею из-за лекарств, не хотелось принимать еще больше. Собираю их, чтобы потом продать кому-нибудь, кому они понадобятся.
Время от времени задаваемые вопросы были довольно щекотливыми. Наряду с более интимными прикосновениями, Джу Дохва каждый день сладким голосом, словно растворив в нем сахар, спрашивал о моем самочувствии. К тому же его феромоны были сладковатыми, из-за чего, когда он был рядом, я чувствовал себя одурманенным и возбуждённым.
Почему он так ласково себя ведет? Это было похоже на то, как он изображал из себя «старшего брата» на вечеринке, куда мы ходили вместе. Бесконечно добрый и бесконечно заботливый, что это казалось странным и подозрительным.
Может, он жалеет меня, потому что я болен? Или думает, что он должен так обращаться с заменой своего хёна? В любом случае, это определённо не похоже на Джу Дохву.
— Ты, похоже, действительно плохо себя чувствуешь. Даже на любимую картину не смотришь.
После того как в моем теле начались изменения, я не ходил смотреть на картину, висящую в коридоре. Мне приходилось максимально притворяться больным (хотя я действительно болел), поэтому я редко выходил из комнаты.
К тому же, я ведь всё равно скоро увижу оригинал.
Я слегка приоткрыл глаза и посмотрел на Джу Дохву. Два дня, о которых он говорил, вероятно, были оставшимся сроком, который он дал мне на выздоровление. Для меня это была последняя черта, за которую я обязательно должен был выйти.
Но спать я больше не хотел, но сказав так, я хотел, чтобы он ушёл из комнаты. Я сказал, что мне нужно отдохнуть, и я специально закрыл глаза, притворяясь, что засыпаю. Я планировал, оставшись один в комнате, снова пойти в ванную и еще раз посмотреть в зеркало.
Но почему-то он не встал с кровати. Рука, нежно гладившая щеку, скользнула мимо уха к затылку. Джу Дохва, поглаживая волосы, тихо спросил:
Что за странный вопрос? Я приподнял веки и вздрогнул от неожиданности. Он тут же убрал руку, потому что откинул одеяло, которым я был укрыт.
Я слишком поздно понял, что это было не вопрос, а заявление. Нагло, не дожидаясь моего ответа, он залез под одеяло. Своим огромным телом он неуклюже забрался на кровать, привычно выключил свет, затем лёг напротив меня и начал похлопывать по плечу.
— Спи. Нужно хорошо выспаться, чтобы поправиться.
— …Ты тоже здесь спать будешь?
Ответ был простым. Он даже закрыл глаза раньше меня и с умиротворенным лицом начал засыпать. А говорил, что оставит меня одного. Я хотел было возмутиться, но его губы шевельнулись быстрее:
Даже если не принимать во внимание, что он действительно не трогает больных, это усложняло мой план. Только оставшись в комнате один, я мог проверить, изменился ли цвет моих глаз, и осмотреть окно, чтобы найти способ выбраться из этого дома. Ведь если у меня осталось два дня, то каждый прошедший день был ценной возможностью.
— Тебе же будет неудобно, иди поспи в своей комнате.
— Я ни разу ничем таким не болел.
Так и думал, но услышать это от него самого было по-настоящему чудовищно. Даже председатель Джу, отправивший такого парня на лечение к морю, оказался весьма удивительным.
— Тебе кажется, что эта кровать тесная?
Даже из вежливости не мог ответить утвердительно. Для одного она была слишком большой, а для двоих казалось, что еще один человек поместится.
— Видимо, не хочешь спать со мной.
Я тут же замолчал. Да, не хочу. Но я не мог сказать это вслух. Просто смириться, что ли... Когда я уже почти сдался, он медленно открыл глаза и посмотрел прямо на меня.
Наши взгляды встретились. В комнате, залитой лунным светом, смутно виднелись лишь его черты лица и яркие глаза. Поскольку мы несколько дней не встречались взглядами, это было настолько загадочное зрелище, что я на мгновение замер.
Возможно, из-за темноты, ярко-жёлтые глаза казались ещё более сверкающими. «И здесь тоже взошла луна», — подумал я невольно.
В тишине витала странная атмосфера. Я не смог отвести взгляд, потому что предчувствовал: если сейчас закрою глаза, атмосфера станет ещё более странной. То, что мы лежали рядом на одной кровати лицом к лицу, казалось предвестником чего-то.
В тот момент, когда я непроизвольно шевельнул губами, на лице Джу Дохвы произошли изменения. Между бровями появилась едва заметная морщинка, а затем вдруг выражение лица стало жёстким.
И он резко схватил меня за подбородок.
Ледяной голос внезапно резанул по ушам. Я вздрогнул от неожиданности, но прежде чем успел оттолкнуть его, он с серьёзным лицом всмотрелся мне в глаза.
<предыдущая глава || следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма