Провести черту
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава следующая глава>
Глава 3. Дисгармония судьбы (1.3)
Хион закашлялся и рывком сел в кровати. В ту же секунду голову пронзила фантомная боль, будто череп раскалывался на части. Схватившись за голову от оглушительного звона в ушах, Хион согнулся и уткнулся лицом в одеяло. Поверхность ткани тут же намокла от его рваного, тяжёлого дыхания.
Все тело было липким от холодного пота, но тот ужасный запах смерти больше не чувствовался. Пульсирующая в висках боль тоже была не его. Однако образы мёртвых тел, истекающие кровью, не были иллюзией. Хион швырнул на пол предмет, который всё это время сжимал в руке, выбрался из постели и распахнул окно.
В отличие от комнаты, где свет всегда оставался включённым даже ночью, снаружи всё ещё была глубокая ночь. Но Хион знал, что больше не сможет уснуть. «Почему сегодня не выходной?» — пробормотал он, потягивая воду и пытаясь выбросить из головы обрывки сна. Ему всегда было неприятно просыпаться после того, как он видел чьи-то чужие воспоминания во сне.
[Я буду здесь некоторое время, так что свяжись со мной.]
За ночь на его трансфер пришло несколько пошлых сообщений от того сексоголика. Даже последнюю просьбу «не игнорировать» Хион оставил без внимания, не задумываясь, и отложил устройство в сторону. Но, вспомнив вчерашний утренний секс, он почувствовал, как настроение немного улучшилось. С этими мыслями Хион начал наводить порядок в квартире.
— Вы выглядите уставшим, капитан.
— Я с нетерпением жду того момента, когда мы все вместе будем валяться в грязи.
Утром, когда взошло солнце, Хион окинул взглядом выстроившихся в ряд бойцов, готовящихся к утренней тренировке, и, встав рядом, начал разминку.
«Лактея» полностью отличалась не только от обычных военных подразделений, но и от других отрядов специального назначения. В отличие от спецназа армии, флота и военно-воздушных сил, подчинявшихся Командованию специальных операций, «Лактея» была отдельным подразделением прямого подчинения, выполнявшим тайные, «черные» операции, такие как диверсии в тылу врага или ликвидация ключевых фигур.
Это было элитное и одновременно самое незаметное подразделение в стране. Само его существование долгое время было тайной, и лишь несколько лет назад, когда о нём стало известно, люди Хафрокса стали называть словом «Лактея» любой спецназ.
В силу специфики заданий, требовавших скрытного проникновения в глубокий тыл врага, бойцы в основном носили гражданскую одежду. У них не было даже знаков различия. Методы и процесс тренировок также кардинально отличались от обычных подразделений. Их тренировочной площадкой служил полуразрушенный пустырь, где они в основном использовали учебное оружие, которое по внешнему виду, ощущениям от выстрела, отдаче и звуку полностью соответствовало настоящему.
Боевое оружие тоже использовалось, но это было скорее опционально. Если им действительно хотелось причинить кому-то вред, все, что попадало в их руки, могло стать оружием. Конечно, это не означало, что бойцы «Лактеи» были такими уж суровыми людьми в повседневной жизни.
«Опять эти парни из „Лактеи“?» — эта фраза стала популярной благодаря недавнему выступлению стендап-комика. Поскольку на задании они должны были сливаться с толпой, бойцы не использовали уставную речь и не отдавали честь на каждом шагу.
Разумеется, им позволялось носить длинные волосы, красить их, а также отращивать бороды. В те редкие периоды затишья, когда команда сходила с ума от скуки, они даже раскрашивали бороды в различные цвета радуги, чтобы повеселиться.Высшее командование такая вольность приводила в бешенство, но самим бойцам было на это плевать.
Несмотря на то, что в делах они всегда действовали тихо и аккуратно, в обычной жизни они были невыносимы. Словно сговорившись, они постоянно ввязывались в какие-то передряги и носились повсюду, как стая неугомонных овчарок.
Как-то раз на базу случайно забрёл гражданский. Решив, что попал в притон спятивших алкоголиков, он поспешно сбежал и написал об этом статью в газету. Статья, конечно, так и не вышла, но это стало ещё одним пунктом в длинном списке их прегрешений перед начальством.
И то, что сегодня они были на удивление тихими, скорее всего, объяснялось слухами о вернувшемся вчера Петрове. Как бы весело они ни жили, они всё же были солдатами. Солдатами, которые, какие бы операции и тренировки ни проходили, в конечном счёте хотели выжить и вернуться к своим семьям.
В этот раз из «Лактеи» в диверсионную группу был отправлен только Петров. И из всех бойцов, собранных из разных подразделений, выжил тоже только он.
— Как же я скучал по этому сухому воздуху.
Однако виновник слухов выглядел на удивление отдохнувшим. «Ну да, ты-то выспался», — подумал Хион и зевнул, пока Петров оживлённо здоровался с товарищами, которых давно не видел. Днём его отчаянно клонило в сон, поэтому он решил, что сегодня ночью придётся прибегнуть к помощи таблеток, как бы неприятно это ни было.
Во время короткого перерыва Петров подошёл к Хиону. Пейзаж вокруг Белого Леса был, как и следовало из названия, совершенно белым. Именно поэтому их полевая форма тоже была белой.
Заостренные листья, стволы деревьев и земля под ногами были белыми или бесцветными. Этот район стал небольшим поселением под названием Белый Лес. Место было настолько тихим и почти безжизненным, что это название подходило ему идеально.
— Благодарить лучше наличными.
Хион, сидевший в тени огромного дерева и пивший воду, был как всегда невозмутим. Но Петров знал, что его появление во сне прошлой ночью не было случайностью. Он узнал о способностях капитана по чистой случайности. Терзаемый посттравматическим стрессом всю дорогу назад, он не мог не найти его сразу же по прибытии.
Конечно, по сути ничего не изменилось. Он действительно вернулся с задания один, Хиона на самом деле там не было, а сцена, где тот появился, перестрелял врагов и утешил его, была лишь галлюцинацией, преобразованной в сон. Петров это понимал. И всё же этот яркий сон принёс ему такое утешение, что он наконец почувствовал, как к нему возвращается душевное равновесие.
— Второго раза не будет. Я сделал это, потому что ты один из «обычных», кто знает мою тайну. Считай, что я поддался на шантаж.
— А-а, — кивнул Петров, ссутулил свои широкие плечи и, прижавшись к Хиону, по-щенячьи потёрся щекой о его плечо. — Знаю. Поэтому я благодарен ещё больше.
— Погодка как раз чтобы обняться с капитаном…
Стоило ему в шутку податься вперёд, как капитан тут же передёрнул затвор. Поражённый такой решительностью, Петров поспешно ретировался. Глядя ему вслед, Хион едва заметно улыбнулся. В тот же миг в кармане коротко завибрировал трансфер.
Этот надоедливый партнёр, который называл его придуманным именем, похоже, недавно потерял работу. Раньше, после секса в выходной, он пропадал на неделю, а то и на две, а на этот раз был на удивление настойчив.
Его слова о том, что он останется здесь на некоторое время, возможно, были правдой. Однако это место все равно было довольно далеко от жилых районов. Вероятность встретиться была близка к нулю. Тем не менее Хион решил, что пора бы ответить, и взял трансфер в руки.
[Да, твой Ноа сейчас работает. Не мешай.]
«Черт». На ответ, пришедший меньше чем через минуту, Хион скорчил недовольную гримасу. Он уже решил проигнорировать этого психопата, неспособного улавливать контекст, но трансфер снова завибрировал.
[Если я тебе не нравлюсь, лучше скажи прямо. А то вчера, когда я тебя трахал, ты так стонал от удовольствия и задом двигал…]
«Сумасшедший». Даже не дочитав сообщение, Хион засунул трансфер обратно в карман, посмотрел на часы и дважды хлопнул в ладоши. Время обеда. Хион, потирая урчащий живот, смешался с товарищами и направился в столовую.
— Я хочу пройти проверку на тейкера.
Хион вытащил мясную котлету из булки, положил между ними три ломтика помидора, а затем отправил всё это в рот. Жуя большой помидорный сэндвич, он продолжал невольно слушать разговор за соседним столом.
— Не сейчас, а когда вернусь домой. Думаю, у меня есть потенциал.
— Какой из тебя тейкер, если ты даже намеков не понимаешь. Говорят, это врожденное.
Хион, не меняя выражения лица, проглотил еду. «Тейкерами*» называли тех, кто мог разделять чужие воспоминания. Они не могли видеть воспоминания всех подряд, а лишь тех, кто обладал сильной аурой или ужасными воспоминаниями и концентрировался на желании поделиться ими. В таких случаях тейкер мог увидеть лишь крошечный фрагмент.
В основном они помогали исцелять тех, кто страдал от травм, о которых трудно говорить. И, конечно, они зарабатывали огромные деньги за короткое время, поэтому в нынешние нестабильные времена многие мечтали об этой профессии. Это была единственная общеизвестная информация о таинственных разделителях памяти.
Хион едва удостоил взглядом Шеда, который подсел рядом, изображая дружелюбие, и, закинув в рот остатки сэндвича, отряхнул руки.
— Что делаешь после дневной тренировки? Может, выпьем по стаканчику?
Хион решительно отказался, взял поднос и встал из-за стола. Он даже не обернулся на Шеда, который теперь торопливо доедал свою порцию, чтобы пойти за ним. Устало надавив ладонью на веки, Хион нашел место под самым тенистым деревом и лег.
Небо над головой было ясным. Безоблачная синева была так безмятежна, что, казалось, можно было уснуть и не видеть никаких снов. Конечно, это была непозволительная роскошь. Решив, что если не спать, то хотя бы немного отдохнуть, он закинул руки за голову и закрыл глаза.
— Когда вот так внезапно идет дождь, кажется, будто страницы книги под названием "мир" переворачиваются одна за другой.
Из темноты доносился нежный разговор, а вместе с голосами — влажный, свежий запах дождя. Хион никогда не видел такого сильного дождя. Белый Лес был сухим местом, дождей не было, да и там, где он жил раньше, не бывало таких ливней, что заслоняли все небо. Тем не менее, Хион не сомневался, что запах, который он сейчас вдыхал, — это запах дождя.
<предыдущая глава следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма