Испачканные простыни
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 40
Тэхён, уловив намерения Хэгана, достал из пакета футболку. Казалось, он, делал это впервые, потому что неловко протянул её лицевой стороной, так что Хэган добавил ещё одну просьбу:
— Не эту сторону, а ту, где номер.
— Да, только натяните посильнее.
Впрочем, с поручением он справился неплохо. Хэган зажал колпачок маркера зубами, снял его и слегка наклонился над формой. Как только он закончил ставить две подписи, кто-то потянул его за штанину. Мать ребёнка, испугавшись даже больше самого Хэгана, тут же отчитала сына:
— Сехён-а, нельзя. Так делать нехорошо.
Мальчик с пальцем во рту, не понимая, за что его ругают, лишь уставился на Хэгана. Он просто слегка тронул незнакомого человека, который стоял рядом, и никак не мог взять в толк, почему вокруг поднялся такой шум. Хэган наклонился. Лишь опустившись на корточки, почти сев на пол, он смог оказаться на одном уровне с глазами ребёнка. Выплюнув колпачок маркера, он заговорил с мальчиком:
Вместо ребёнка ответил один из родителей.
— Сехён-а, скажи: «Да, пожалуйста». Ну же, скорее.
— Это тот самый хён, который гол забил. Ты же видел его на стадионе? Сам говорил, что он крутой, правда?
Казалось, родители радовались даже больше, чем их сын. После того как они со всех сторон на него насели, мальчик наконец выдавил из себя тихое: «Дя». Взрослые часто просят расписаться прямо на надетой на них форме, но с ребёнком, который ни секунды не сидит на месте, это было сложно. Отец даже попытался зафиксировать его, взяв на руки, но мальчик в конце концов разрыдался.
— Простите, пожалуйста. Вы были так добры, согласились дать автограф, а он так плачет...
Хэган покачал головой, глядя на растерянных супругов.
— Ничего, просто держите его так.
— Можете продолжать его держать. Я сам как-нибудь справлюсь.
Не став ничего больше объяснять озадаченной паре, он перешёл к действиям. Ребёнок со слезами на глазах, уткнувшись лицом в плечо отца, искоса наблюдал за приближающимся Хэганом. Чтобы не напугать его, Хэган постоянно поддерживал зрительный контакт и одной рукой схватил за краешек надетой на малыша формы.
— Так ты и вправду считаешь, что я крутой?
Ребёнок, всё ещё настороженно относившийся к Хэгану, так увлёкся наблюдением за его быстро движущимися губами, что даже не заметил, как край его футболки натянулся в воздухе. Воспользовавшись моментом, Хэган быстро закончил с автографом. Напоследок он даже поправил съехавший набок козырёк кепки. Было настолько очевидно, что малыш даже не понял, что произошло, и Хэган не сдержал тихой усмешки.
— В следующий раз я покажу тебе кое-что по-настоящему крутое. Приходи в этой футболке.
Лица супругов заметно посветлели, и они вновь и вновь благодарили его. Они пообещали, что обязательно придут на следующий матч и никогда не забудут сегодняшнюю доброту игрока Хэгана. Кажется, они решили, что Тэхён, который и привёл их сюда, был одним из сотрудников Хэгана.
Хэган хотел было исправить это недоразумение, но встретился взглядом с Тэхёном. Тот был странно молчалив, его взгляд был прикован к ребёнку. Выражение его лица не поддавалось прочтению. Он словно выпал из реальности и находился в каком-то своём мире.
Мгновение спустя он улыбнулся супругам.
— Обязательно приходите. И расскажите всем вокруг, какой игрок Хэган замечательный.
Вместо того чтобы развеять недоразумение, он лишь укрепил его. Родители согласно закивали и удалились. Хэган, глядя вслед Тэхёну, который пошёл их немного проводить, недоумённо склонил голову. «Что это с ним?» Всего на долю секунды, но их взгляды встретились, и глаза Тэхёна были какими-то потухшими. Глубокими и мрачными настолько, что сразу было понятно: что-то не так.
Однако, вернувшись, Тэхён как ни в чём не бывало одарил всех своей привычной безупречной улыбкой. Он подозвал координатора и учительницу английского, которые наблюдали за ними на расстоянии, и предложил устроить небольшую вечеринку в честь победы, на что те с готовностью согласились. Похоже, беготня во второй половине дня, связанная с его регистрацией в качестве «временного переводчика», успела сформировать между ними некую связь — они общались с непринуждённостью, не свойственной людям, встретившимся впервые.
Дальше всё решилось молниеносно. Когда Тэхён обмолвился, что в такое позднее время вряд ли найдётся ресторан, готовый принять их без брони, и предложил поехать к нему домой, те двое тут же кивнули и посмотрели на Хэгана, словно спрашивая его мнения. В итоге ему ничего не оставалось, кроме как согласиться.
Сама мысль о том, чтобы праздновать что-то всем вместе, казалась неловкой, но эти люди помогли ему сегодня без проблем отыграть матч, да и к тому же они были так взволнованы его первым голом в сезоне, что не хотелось портить им настроение.
Когда с планами было покончено, Хэган огляделся. Кстати говоря, Минсона нигде не было видно. Словно прочитав его мысли, Тэхён тут же сообщил, где тот, сказав, что он, кажется, разговаривает по телефону с агентством. Потом он как бы невзначай предложил Хэгану поехать с ним в его машине. Координатор и учительница английского уже направлялись к автомобилю Тэхёна, а сам Тэхён, держа в руках ключи, смотрел прямо на него. Поколебавшись мгновение, Хэган покачал головой.
Тэхён на миг замер, словно не расслышав, но затем сказал, что понял, и отвернулся. Глядя ему в спину, уже в который раз за сегодня, Хэган набрал номер Минсона. Механический голос в трубке раз за разом повторял, что абонент занят и вызов не может быть совершён.
Минсон появился лишь спустя долгое время после того, как машина Тэхёна покинула парковку. Хэган, прислонившийся к двери пассажирского сиденья и постукивавший ногой по асфальту, почувствовал чьё-то присутствие и поднял голову. Вдалеке, понуро опустив взгляд, брёл Минсон. Он выглядел невероятно измотанным и уставшим. Какое-то время Хэган молча наблюдал за ним, таким непривычно поникшим, а затем тихо позвал:
— …Хён, — он произнёс это негромко, но Минсон вздрогнул и, точно испуганный зверёк, быстро огляделся по сторонам. Лишь узнав Хэгана, он облегчённо выдохнул и провёл рукой по груди.
— А… а, это ты, Хэган. Я уж было подумал…
— А кого ты ожидал? Чего ты так пугаешься?
— А, нет… Долго ждал? Прости. Разговор затянулся, — Минсон виновато извинился, что вошло у него в привычку.
— Что, директор Ким опять мозг выносил? — Хэган так же привычно отмахнулся и открыл дверь пассажирского сиденья. Если предположение Тэхёна было верным и Минсон говорил с агентством, то неудивительно, что его так долго не было. Директор Ким, который фактически заправлял всеми делами в корейском агентстве, к которому принадлежал Хэган, часто обращался с Минсоном как со своим подчинённым.
Он постоянно вмешивался и поучал его по любому поводу, отчитывая по пунктам от одного до десяти, словно обучал непутёвого младшего брата делать покупки в супермаркете. Однажды Хэган, став свидетелем подобной сцены, не выдержал и устроил скандал, после чего тот вроде бы стал осторожнее, но Хэган догадывался, что за его спиной ничего не изменилось.
Поэтому Хэгану было спокойнее, когда Минсон как можно реже контактировал с агентством. То, что он смирился с поведением никчёмного переводчика, было частью этого плана. Он знал, что в любом случае информация дойдёт до агентства, и решил, что лучше год потерпеть, чем видеть, как Минсон, который не был ни в чём виноват, с потерянным видом держит в руках телефон, словно новобранец, получивший наряд вне очереди.
Минсон, что-то нерешительно мямля, завёл машину и только тогда заговорил:
— Да нет, ничего такого… Мы давно не созванивались. Он спрашивал, как у тебя дела, и всё такое, вот я и отвечал… Директор очень о тебе беспокоится.
— Хён, тебе бы избавиться от этой привычки пытаться видеть в людях только хорошее.
«Беспокоится он обо мне, как же. Только и делает, что хвастается своей машиной, домом и детьми». От одного воспоминания о его алчном лице, на котором читался лишь один вопрос — что бы ещё урвать даже с вышедшего в тираж игрока, — у Хэгана вырывался вздох.
— Это чёртово агентство, если бы только можно было его сменить…
Терпеть всё это лишь по одной причине — потому что три года назад, когда от Хэгана все отвернулись, они не расторгли контракт и остались с ним, — становилось всё труднее. Проблема была лишь в том, что он не знал, куда можно было бы уйти. Он помнил, что ещё несколько лет назад с ним негласно связывались представители других компаний, но после того инцидента его игровые показатели ухудшились, и всё это осталось в далёком прошлом. При желании можно было бы разузнать, но куда большей проблемой было отсутствие времени и душевных сил. Да и в Корее он не был уже три года.
От таких мыслей в груди всё сжималось, становилось душно. Хотелось лишь одного — сбежать. Выпрыгивать из несущейся машины было бессмысленно — это привело бы только к переломам, — поэтому вместо этого он открыл окно и позволил ледяному воздуху окатить его застывшее тело. Лишь спустя какое-то время, немного успокоившись, он смог посмотреть по сторонам. На тех, кто проехал по этой дороге раньше них. Не сводя взгляда с улицы, Хэган заговорил.