Руководство по дрессировке
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 46
Не знаю, то ли Мин Югон так тщательно скрывал свои чувства, то ли я стал их замечать, лишь осознав их природу. Взгляд, в котором, казалось, не было места обычным дружеским эмоциям, всё ещё стоял у меня перед глазами.
Но, оглядываясь назад, я понимал, что Мин Югон не так уж и безупречно скрывал свои эмоции. Его привычка притягивать меня за запястье и шептать, что ему нравится быть вместе. То, как он ни с того ни с сего краснел от привычных прикосновений.
Теперь я понимаю, что он не так уж и идеально скрывал свои чувства. Были моменты, когда они неизбежно прорывались наружу, но я ничего не замечал, хоть и чувствовал недоумение и неловкость.
После того как я ещё раз кончил в ванной от руки Мин Югона, я, совершенно вымотанный, провалился в глубокий сон. Теперь же, ощущая, как ноет всё тело, я с трудом разлепил тяжёлые веки. Кажется, двигаться было не так уж и больно, как я думал.
Я лежал на боку, и мой взгляд упал на мощную руку, крепко обнимавшую меня сзади. На коже виднелась свежая царапина, которой раньше не было. Кажется, во время нашего бурного секса я вцепился в Мин Югона, но рука соскользнула, и я, должно быть, оцарапал его ногтем. Я осторожно погладил кожу вокруг ранки, из которой поначалу, должно быть, выступили капельки крови. Наверное, было больно. Блин, и зачем я его поцарапал… Досадно.
— Щекотно, — раздался сзади сонный голос.
Я вздрогнул. Мин Югон опустил голову и уткнулся лицом в мой затылок. Я ощутил тёплое дыхание и жар тела, свойственные только что проснувшемуся человеку.
Я слегка покачал головой и, взяв руку Мин Югона, приподнял её.
— А? — Мин Югон поднял голову, опёрся подбородком о моё плечо и посмотрел на царапину. — А... это? Совсем нет.
— Неа, — его беззаботный голос прозвучал прямо у моего уха.
— Наоборот, это только больше возбуждало.
На мгновение я потерял дар речи. Заметив, что моё лицо вспыхнуло, Мин Югон тихо рассмеялся.
— Хочу, чтобы на моём теле осталось много твоих следов. Может, укусишь меня где-нибудь прямо сейчас?
Что за бред? Кто в здравом уме попросит оставить на нём ненужный след от зубов? Кто услышит, ещё подумает, что у него мазохистские наклонности. Я вздохнул и, вместо ответа, убрал его руку, собираясь подняться.
Стоило мне немного пошевелиться, как я почувствовал, как в меня упирается что-то твёрдое. За одну ночь я настолько к этому привык, что сразу понял, что это за твёрдый предмет.
Он же только проснулся… так что это нормально. Мысленно попытаясь себя в этом убедить, я осторожно откинул одеяло и посмотрел вниз. В отличие от члена Мин Югона, который стоял колом, мой был лишь в полувозбуждённом состоянии. Это слегка задело самолюбие, но было терпимо.
— Я специально немного отодвинулся, но ты всё равно заметил, — со смущённым видом произнёс Мин Югон.
Я кивнул и приподнялся на локтях.
— Ванная твоя. Я схожу в свою… ай!
Мин Югон поднялся следом за мной и тут же навис сверху. Не успел я договорить, как он потянул мои ноги на себя под одеялом, снова укладывая меня на спину. Я только и успел, что удивлённо моргнуть, когда моя голова мягко плюхнулась на подушку.
— Зачем обязательно идти в ванную? — тихо спросил Мин Югон, легонько прикусывая мою ключицу.
Наши эрегированные члены столкнулись, вызывая новую волну возбуждения. Я тихо простонал, приоткрыв рот. Если бы можно было измерить сексуальную энергию, я бы первым делом измерил её у Мин Югона. По количеству раз он сделал это не так уж и много, но сколько времени это заняло...
— Я устал, — я мягко оттолкнул его лицо, но Мин Югон перехватил мою ладонь и принялся покрывать её поцелуями, капризно умоляя:
— Просто лежи спокойно. Я всё сделаю сам, м?
На самом деле, и вчера я не то чтобы сильно двигался. Может, поэтому я чувствовал себя более-менее сносно. Его тёмно-карие глаза, в которых разгорался жар, смотрели прямо на меня. Как я мог отказать этому взгляду, который кричал о том, что он сходит по мне с ума? К тому же, его глаза так умоляюще блестели.
Если подумать, я и раньше видел у него такой взгляд. Когда Мин Югон смотрел на меня так, что-то говорил, о чём-то просил, прикасался… у меня просто язык не поворачивался ему отказать. Кажется, так было с самого раннего детства.
Разница между «тогда» и «сейчас» заключалась лишь в том, что теперь в его взгляде читался далеко не самый невинный умысел. И что самое смешное — я тоже завёлся. Казалось, стоило нам один раз переспать, как у нас обоих треснул какой-то доселе неизвестный предохранитель самоконтроля.
Я молча притянул его лицо к себе. Наши губы медленно соприкоснулись, и на лице Мин Югона, чьи глаза до этого были удивлённо распахнуты, появилась счастливая улыбка.
Выходные пролетели в одно мгновение. В лаборатории члены команды, которые обычно радостно приветствовали меня, замерли.
— Руководитель, вы случайно не болели на выходных?
— А то вид у вас какой-то измождённый…
Утром в душе я и сам видел в зеркале своё осунувшееся лицо. Рассказать причину я, разумеется, не мог, поэтому лишь молча покачал головой. К счастью, вчера вечером, чтобы подготовиться к рабочему дню, мы больше ничего не делали. Я отдыхал, а Мин Югон делал мне массаж, так что я был вполне в рабочем состоянии.
— Давайте каждый займётся своим делом до прихода полковника.
С сегодняшнего дня в лабораторию должен был прибыть Сону Сон. Я просмотрел консультационные материалы, которые получил от медицинского персонала Корабля для утренних мероприятий, затем направился в комнату наблюдения, чтобы проверить состояние Кота, и, наконец, встретился с командой по оборудованию, чтобы убедиться в исправности аппаратуры, которую мы скоро будем использовать. Пока я был занят делами, время прибытия Сону Сона подошло незаметно.
Я разговаривал с руководителем команды оборудования в холле института, когда до нас донёсся громкий, полный боевого духа выкрик. Это были голоса солдат, охраняющих лабораторию. По такой реакции, характерной при встрече с высшим по званию, я понял, что Сону Сон прибыл.
И действительно. Вскоре открылась входная дверь, и в холл вошёл Сону Сон. Руководитель команды оборудования ахнул и осторожно ткнул меня в бок.
— Это он? У него что-то случилось? Ну и зверское у него выражение лица.
Мне кажется, у него всегда такое лицо. Пока я размышлял, стоит ли говорить это вслух, Сону Сон заметил меня и направился в нашу сторону.
Сону Сон молча кивнул в ответ. Начальник команды оборудования с изумлением переводил взгляд с меня на него. Оставалось только надеяться, что он не сделал ошибочного вывода о наших плохих отношениях.
Так получилось, что Сону Сон поздоровался и с руководителем команды, который встречал его вместе со мной, после чего мы вместе направились в корпус «Б». Моя команда уже должна была ждать нас в смотровой, полностью готовая к работе.
— Как ваше самочувствие? Нет ли каких-либо неудобств, вроде головной боли?
— Вы спали столько, сколько я просил в прошлый раз?
Для проведения энцефалограммы я предупреждал его, что нужно спать гораздо меньше обычного. Если он последовал моему совету, то его нынешнее лицо, на котором не было и следа усталости, выглядело просто поразительно.
— Что? То есть вы совсем не спали?
Его суровое лицо, до этого смотревшее прямо перед собой, повернулось ко мне.
Запоздало пришла мысль, что для разведчика, отправляющегося на задания на поверхность, бессонница — это, возможно, производственная необходимость. Либо же он и в обычной жизни не спит или не может заснуть…
Мозг тут же услужливо подкинул возможную причину, но я мысленно отмахнулся от этой догадки. Я не врач, отвечающий за чьё-то психическое здоровье. Углубляясь в чужие деликатные проблемы, я ничем не смогу помочь, а лишь рискую ненароком выдать свои ненужные домыслы.
Лучше уж совсем не проявлять к этому интереса.
— Ох, боже мой. У вас, должно быть, бессонница.
Конечно, не все думали так же, как я. Руководитель команды оборудования, шедший рядом с нами, так сочувственно свёл брови, что это выглядело очень искренне. И вдобавок ко всему поцокал языком.
— Это так тяжело, когда не можешь уснуть. Голова не соображает, тело вялое... Работоспособность падает, вот что.
— У меня тоже иногда сон не идёт. В такие моменты хоть в больницу беги за таблетками. Но я слышал, что лекарства — это не панацея.
Он так искренне сопереживал и качал головой, будто они были давно знакомы, и кому-то такая поддержка могла бы принести душевное облегчение. Но этим кем-то, похоже, был не Сону Сон.
Взгляд Сону Сона, до этого обращённый на меня, похолодел и переместился на руководителя команды оборудования. Тот как раз открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, но, встретившись взглядом с Сону Соном, замер на полуслове. Дальше, разумеется, последовала тишина.