Провести черту
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава следующая глава>
Глава 17. Дисгармония судьбы (1.17)
— ...Извините. Мне следовало остаться.
— Остаться? Да что ты несешь. Не говори ерунды.
Как только они вернулись с учений в лесу, было решено организовать следственную комиссию, а пока Кевин был временно отстранен от службы. Проблема заключалась в том, что Хион также получил дисциплинарное взыскание до прибытия комиссии. Конечно, это всего лишь означало, что он оставался в своем кабинете немного дольше обычного, но гораздо хуже было то, что это останется в его личном деле. Если Хион хотел остаться в части, ему требовалось продвигаться по службе, но с такой записью о повышении можно было забыть, что грозило серьезными финансовыми потерями.
Пока что ему нужно быть осторожнее. Как только правда выяснится, и станет ясно, что это была односторонняя выходка Кевина, но даже в таком случае быстро все не уладится. Еще и Грейсон оказался замешан, так что многое зависело от того, что именно и как Кевин скажет следственной группе. Хион тяжело вздохнул несколько раз подряд.
Однако Петров, стоявший перед ним, казалось, больше переживал не из-за дисциплинарного взыскания Хиона, а тем фактом, что Кевин устроил разборку лично с ним. Петров не сводил глаз с щиколотки Хиона, обмотанной фиксирующим бандажом.
Доев последний кусочек помидора и бросив зеленый хвостик в мусорное ведро за дверью, Хион слегка наклонил голову.
— Ты правда думаешь, что я человек, которого нужно защищать?
— Если не это, тогда не устраивай драму и вернемся назад.
Не следовало так резко говорить с человеком, который пришёл, потому что беспокоился. Однако Хион чувствовал себя неловко, когда видел, как Петров смотрит на него. Он хотел, чтобы его отношения с командой «Лактея» оставались просто дружескими, как между братьями, но время от времени он ощущал давление от этих взглядов, и тогда Хион отстранялся, не обращая ни на кого внимания. Он искренне не хотел, чтобы кто-то вторгался в его личное пространство дальше, чем он сам позволял.
Петров, казалось, хотел немного больше поболтать с Хионом, но тот желал как следует отдохнуть — и для здоровья своей лодыжки, и для душевного спокойствия. Была суббота. Тренировок не было, и большинство команды разбежалось из этого надоевшего места. Но, глядя на Петрова, удаляющегося с опущенными плечами, Хион, наконец, захлопнул за ним входную дверь и сказал:
— Ладно, может, посмотрим фильм с теми, кто остался?
Петров мгновенно оживился, обернулся с воодушевленным лицом и, пообещав собрать остальных, поспешил прочь. Ну да, в конце концов, теперь и встречаться особо не с кем на выходных — это хоть какое-то развлечение. Хион осторожно переступил с ноги на ногу, заботясь о лодыжке. Отдохнуть он, конечно, хотел, но если бы просто отпустил Петрова, то потом долго бы переживал из-за своих слов.
По выходным команда иногда собиралась для просмотра фильмов в пустующем доме. В гостиной без мебели они использовали стену вместо экрана, располагаясь кто на старом диване, кто на полу, чтобы вместе насладиться просмотром. Иногда их было так мало, что комната казалась совсем пустой, но сегодня собралось уже больше пяти человек, и, казалось, их становилось только больше.
— Капитан, с ногой все в порядке?
— Ты это уже в который раз повторяешь. Замолчи.
«Оставьте мою ногу в покое.» Хион уже устал отвечать на вопрос о своей ноге, каждому кто заходит в комнату. Он приложил палец к губам, когда в дверях появились парни с попкорном и закусками, показывая, чтобы они даже не смели ничего произнести. Тем не менее, ребята, смеясь и шутя, один за другим плюхались на диван.
Когда Петров попытался сесть рядом, Хион прогнал его на диван, стоящий спереди, и сам развалился на широком кресле сзади, ожидая, пока начнется фильм. Тут дверь снова открылась. Кто еще остался? Он повернул голову и увидел совсем неожиданного гостя.
Хейвен вошел, приветствуя уже сидящих членов команды, и улыбнулся, увидев Хиона. Он был одет в футболку и джинсы, что делало его заметно моложе. «Но почему я вижу его здесь?» На этот невысказанный вопрос ответил вошедший следом Оуэн, помахивая увесистым пакетом.
— Мы случайно встретились по дороге. Он даже пиво купил.
На слова про пиво команда отозвалась радостным возгласом. Нельзя было просто взять и выставить капитана чужой команды на глазах у всех. Когда он повернул голову к белой стене, где начинался фильм, одна сторона широкого кресла просела.
«Почему их сегодня так много?» — раздраженно подумал Хион, оглядев занятые разноцветные диваны. Затем он бросил недовольный взгляд на Хейвена, но тот лишь указал на экран, словно призывая смотреть фильм. Петров, повернув голову, бросил странный взгляд на Хейвена, а затем передал Хиону банку пива.
Когда Хион потянулся за пивом, его плечо случайно коснулось Хейвена. Хотя кресло было достаточно просторным, из-за ширины плеч Хейвена создавалось ощущение, что они сидят очень близко.
— Не обращай внимания. Игнорируй.
Тихо пробормотал себе под нос Хион, когда начался фильм, который, как он знал заранее, был романтического жанра. Для людей, чья жизнь проходила с оружием в руках, боевики были не слишком популярны. Такие фильмы вызывали слишком много обсуждений о тактике и методах операции, что делало просмотр утомительным.
Фильм следовал предсказуемому сюжету классического романса. Богатый герой встречает бедную девушку, которая жила в суровых условиях, и они становятся друг для друга целым миром. Однако Хион любил такие сюжеты. Они казались ему более фантастическими, чем любой другой фильм, и он удивлялся, как можно так сильно и безрассудно влюбиться.
Влюбленный герой даже не осознавал, что уже привязан к своей возлюбленной, и обещал достать для нее луну и звезды с неба. Хион сощурился, концентрируясь на репликах героя.
Одна из причин, почему такие фильмы ему нравились, заключалась в том, что в них были красивые пейзажи. Неизвестно, где это снимали, но точно не в Хафроксе.
Хион открыл банку пива, чтобы выпить, но в следующий момент рука, протянувшаяся сбоку, ловко выхватила банку. Оставшись с пустыми руками, Хион замер, моргая с выражением полного недоумения. Что сейчас произошло? Повернув голову, он услышал, как Хейвен прошептал:
— С такой-то лодыжкой кто вообще пьёт алкоголь?
Это было возмутительно! Да, он понимал, что тот беспокоится, но это точно не его дело. И всё же Хион ещё не успел поблагодарить его. Если бы он не встретил Хейвена после того, как сорвался с обрыва, то вполне мог замёрзнуть насмерть. Команда обнаружила его только к утру, так что вероятность этого была высокой. Хейвен отдал ему свою куртку и перчатки, разжёг костёр.
К тому же, впервые за долгое время Хион смог поспать рядом с кем-то, но, открыв глаза, за мной уже пришли мои товарищи по команде, и момент для благодарности был упущен. Так что пока лучше было воздержаться от упрёков. Он и так знал, что Хейвен — сумасшедший.
Хион бросил завистливый взгляд на Хейвена, который с удовольствием пил холодное пиво, и, облизывая губы, откинулся на спинку дивана. Хотелось пива, но нельзя. Ещё и в долгу перед ним остался, так что ответить как следует не мог. А вдобавок ко всему, лодыжка болела. Несчастная жизнь. Пока он сокрушался, к его руке прикоснулась холодная бутылка.
И что же это такое? Жидкость в бутылке без этикетки была прозрачной, но светло-оранжевого оттенка, слишком странная для простой воды. Хион внимательно посмотрел на напиток, немного встряхнул — пузырей не появилось, так что, на первый взгляд, это действительно была вода.
— Никаких лекарств там нет, просто пей.
Рука Хейвена накрыла ладонь Хиона, державшую бутылку. Между холодным стеклом и тёплой кожей возникло странное щекочущее ощущение. Зачем он держит меня за руку? Не успев задать этот вопрос, Хион увидел, как Хейвен откручивает крышку и убирает руку. Пытаясь сохранить естественное выражение, Хион сделал глоток.
Но это точно была не вода. Густой аромат, словно от заваренных лепестков или чайных листьев, резко ударил в нос.
Хейвен улыбнулся, увидев выражение лица Хиона. Похоже, это был тот же напиток, что он пил внизу обрыва. Перед тренировкой Хейвен также дал ему бутылку с чем-то подобным. Вероятно, это был чай. На вкус он был не совсем привычным, но не плохой. И запах, и вкус оказались очень приятными.
Фильм был в самом начале, и главные герои только начинали влюбляться друг в друга. Это все еще казалось чем-то фантастичным.
Хион, наблюдая за тем, как свет от экрана играет на волосах Хейвена, сделал ещё несколько глотков. Видимо, чай был предварительно заварен и охлаждён в холодильнике, из-за чего его было приятно пить.
Почему он всё время ведёт себя, как наседка? Хион, глядя на Хейвена, который уговаривал его пить больше, в конце концов, сделал большой глоток. Он хотел, чтобы тот прекратил разговаривать.
Прежде, чем Хион успел проглотить чай, его раздутые щеки вдруг оказалась под давлением чужого указательного пальца. Из-за этого холодный напиток, которым был наполнен рот, потек между его губы. Хион уставился на Хейвена широко открытыми глазами, словно на сумасшедшего. Он поспешно проглотил остатки, вытер мокрый подбородок рукавом и процедил:
Он вроде бы не кричал, но как раз в этот момент в фильм шел переход между сценами, поэтому в комнате было тихо и, благодаря этому, все мужчины, собравшиеся в доме, чтобы посмотреть фильм, уставились в их сторону. Хейвен сделал вид, будто ничего не произошло и продолжил смотреть на экран, тогда как Хион, с растерянным видом, обернулся к своей команде, которые сидели с озадаченными лицами.
Петров наклонился, готовый встать в любой момент, и внимательно посмотрел на лицо Хиона. Хион, не понимая, почему он так себя ведет, покачал головой, показывая, что все в порядке. Остальные, убедившись, что ничего страшного не произошло, вернулись к просмотру, но Петров продолжал украдкой поглядывать назад. Лишь когда его пристальное внимание пропало, Хион, стиснув зубы и тихо спросил Хейвена:
Хейвен, притворно обиженный, ответил с самым невинным видом:
— Я хочу с тобой не играть, а заняться сексом, и это не шутка.
<предыдущая глава следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма