Провести черту
Сайд-стори 1. Глава 7
И на следующих выходных они не встретились. Хейвен, сославшись на внезапно возникшие дела и занятость, не поехал к Хиону и даже не проверял свой девайс.
Дело было, разумеется, не в том, что он не хотел видеть Хиона. Просто Хейвен боялся, что, встретившись с ним снова, он в очередной раз не сдержит гнев из-за отталкивающих жестов и может применить силу. А ещё ему казалось, что Хиону наскучат их бесконечные разговоры об одном и том же.
Из-за всего этого Хейвен в последнее время был совершенно не в духе, и Лиам старался держаться от него подальше. Единственным спасением было не подходить к нему без крайней необходимости, за исключением тех случаев, когда речь шла о работе.
— Его дело о предоставлении убежища всё ещё рассматривается в департаменте. Думаю, можно будет сообщить господину Хиону, когда всё будет окончательно завершено.
При ответе Лиама Хейвен, до этого изучавший документы, поднял на него глаза, и Лиам тут же замолчал. «И зачем я только ляпнул это имя?» — мысленно укорил он себя, не в силах понять собственный проступок. Лиам осторожно отступил на шаг, и Хейвен, проводив его абсолютно холодным взглядом, снова уткнулся в бумаги.
Лиам не мог знать точной причины такого состояния Хейвена, но и так было ясно — они снова поссорились с Хионом. Непостижимая парочка.
С Хейвеном и так все было понятно, но даже по сдержанному Хиону, стоило лишь немного понаблюдать, становилось очевидно, что он чувствует к своему партнёру. Тем не менее, они то ссорились из-за какой-то ерунды, то тут же сходили друг по другу с ума. Так было всегда, не только сейчас. По мнению Лиама, ничего не изменилось со времён их службы в Хафроксе.
Однако Лиам решил промолчать и не добавлять ничего от себя.
Настроение Хейвена никак не улучшалось. Он, конечно, сам не поехал к Хиону, но после такой ссоры он ожидал, что тот придёт к нему. Однако Хион не только не появился, но и вовсе пропал, словно только и ждал этого момента.
Хейвен накинул пиджак и поднялся. Лиам последовал за ним. Сегодняшний день обещал быть насыщенным.
— Он сопровождает премьер-министра. Вернутся в столицу завтра утром.
Отец Хейвена, Ян, по долгу службы должен был быть самым занятым человеком в стране. А вот Хион... он не обязан был так много работать. «Если и быть занятым, то рядом со мной», — подумал Хейвен, закуривая сигарету и выходя из дома.
Хейвен, у которого на вторую половину дня не было планов, приехал к зданию, в котором было немного народу. Он ответил на приветствия тех, кто его узнал, и зашёл в лифт. Кабина лифта поднималась недолго. Мужчина, стоявший у двери в самом конце коридора, очевидно, уже был предупреждён и тут же открыл её, едва завидев Хейвена.
Петров, сидевший за столом в глубине комнаты и заполнявший документы, удивлённо поднял глаза, увидев неожиданного гостя. После нескольких дней бюрократических процедур он выглядел довольно уставшим. Хейвен протянул руку, взял стопку бумаг, которые тот заполнил, и начал читать.
Пока Хейвен медленно просматривал страницы, испещрённые описанием причин и обстоятельств его прошения об убежище, Петров, сидевший напротив, внимательно осмотрелся по сторонам и тихо произнёс:
— Не знаю, уместно ли начинать с этого, но…
— Он в порядке, — Хейвен догадался, что тот спросит о самочувствии Хиона, и, судя по облегчённому лицу Петрова, оказался прав. Казалось, это волновало его больше, чем тот факт, что перед ним сидит Хейвен, с которым они вместе тренировались в Хафроксе. Или же он уже слышал, что Хейвен — сын премьер-министра Баситрокса.
Хотя в вопросе не было конкретного имени, Хейвен понял, о ком речь. Однако он терпеть не мог, когда кто-то чужой говорил о Хионе, и потому промолчал. Петров вновь огляделся и спросил:
— С тех пор как я вошёл — нет.
Хейвен до сих пор не понимал, зачем тот вообще решил просить убежище. О том, что война скоро закончится, знали все. Да, пока формально перемирие не заключено, но все шло к тому, что отношения между странами нормализуются и начнётся обмен. Неужели он не мог подождать?
— Я слышал, что капитан получил убежище в этой стране. Увидев вас, я в этом ещё больше убедился.
Ну конечно. Хион был его причиной. Хейвен не мог понять этой слепой преданности. На мгновение мелькнула мысль: вдруг он пытается отнять у него Хиона? но он тут же осознал, что у Хиона не настолько плохой вкус, чтобы променять его на мужчину с таким лицом.
Дальнейший рассказ был примерно таким, как Хейвен и ожидал. Петрову, похоже, не нравился курс, который взяло его государство после ухода Хиона. Он также сказал, что счастливее всего был, когда работал вместе с ним. «И что мне с того?» — читалось на лице Хейвена, но Петров продолжал:
— Конечно, я понимаю, что это звучит слишком идеально. Но я не мог работать в стране, которая в любой момент может наставить на меня оружие, как это уже случалось с другими.
Хейвен, слушавший его с абсолютно равнодушным видом, вдруг встал. Мысль вспыхнула неожиданно: «Как отреагирует Хион, если узнает, что Петров в стране? Он, наверное, не будет против. Немного поругается с ним, а потом они стали бы вместе обдумывать, как начать здесь новую жизнь. Может быть, он скажет ему: «Это твой выбор, так что живи как знаешь», но при этом всё равно попытается как-то вписать его в свою жизнь. А значит, у нас с ним останется ещё меньше времени.»
Хейвен, не желая больше тратить ни секунды на человека напротив, оставил Петрова и вышел из комнаты.Тот вроде хотел что-то сказать ему вслед — но дверь закрылась раньше, чем он успел.
— Он был в спецназе, так что проверку нужно провести более тщательно, — бросил он сотруднику у двери. В этих словах был явный умысел: Хейвен прекрасно знал, какое влияние они окажут.
[«Если я не проверил почту, ты должен был связаться со мной ещё раз, разве нет?»]
На следующий день Хион с самого рассвета имел дело с начальником, который и был причиной его постоянного стресса. Конечно, для бывшего военного это был пустяк, но Хион терпеть не мог несправедливость, и потому воспринимал это тяжело. Он открыл трансфер и отправил ответ:
[В следующий раз дождусь подтверждения прочтения]
Он и в самом деле собирался проверять каждые пять минут получения отчёта о прочтении. Конечно, это тоже могли счесть за неповиновение, но ему было всё равно. Отложив трансфер, Хион, который ненадолго остановился, вновь продолжил движение.
Он знал, что клубок, в который запутались отношения с Хейвеном, придётся когда-нибудь распутать. Понимал и то, что со стороны кажется, будто он постоянно оттягивает момент и избегает разговора. Но у него самого тоже всё было на пределе. Он просто молчал, потому что знал — никто, кроме него, этого не поймёт.
Когда машина проезжала мимо знакомого дома, он снизил скорость. Это был дом Хейвена.
Хотя солнце едва взошло, но в доме уже горел свет. На подъездной дорожке стояла чужая машина. «Наверное, Лиам», — подумал Хион и уставился в окно, пытаясь разглядеть фигуры. Но ничего не увидел. Пришлось нажать на газ и проехать мимо. В его машине витал аромат кофе, который он заварил ещё дома.
В это же время, как и предполагал Хион, Хейвен не спал. Он только что вышел из душа и слушал отчёт Лиама о расписании. Разумеется, не о своём, а о расписании Хиона.
— Сегодня после речи господина премьер-министра окончание войны, скорее всего, будет утверждено. В то же время пройдёт митинг оппозиции, но в здание их не пустят. Вероятно, господин Хион пробудет там до самого конца, а потом поедет домой.
— Наблюдай за ним внимательно.
Наконец-то настал этот день. День выступления премьер-министра Яна, после которого разговоры о завершении войны, витавшие в воздухе в последнее время, обретут реальность. Хейвен уже знал, что скажет его отец.
Это будет что-то в духе: «Наше правительство считает дальнейшую войну на истощение бессмысленной». После этого, скорее всего, новости об этом будут греметь по всей стране. Он уже видел перед глазами заголовки о том, что окончание войны не за горами.
После сегодняшнего дня график Хиона на некоторое время должен был стать куда свободнее. Премьер-министр будет находиться в своём кабинете, так что и Хиону нужно будет просто охранять его. К тому же он говорил, что собирается взять отпуск. Хейвен с нетерпением ждал этого дня. Дня, когда ему больше не придётся входить в положение Хиона или пытаться его понять.
Хейвен посмотрел на тёмный экран своего трансфера, который он намеренно не включал несколько дней, отложил полотенце, которым вытирал мокрые волосы, и поднялся. Он решил сегодня поехать к Хиону и дождаться его возвращения с работы. Больше он не мог молча терпеть. Удушающее чувство безысходности, достигшее предела, казалось, душило его.
«Почему я постоянно чувствую себя отвергнутым? Как долго ты собираешься меня отталкивать? Я мешаю твоей жизни?» Сегодня он был намерен услышать ответы. Каждая секунда, проведённая вместе, была драгоценна, и он не собирался больше подавлять эту тлеющую на грани ярость.
Он хотел прикасаться к нему, хотел любить его. Это бессмысленное истощение было ни к чему. Конечно, его злость на Хиона ещё не прошла, но он понимал, что именно поэтому им нужно поговорить.
Хейвен поднялся и открыл входную дверь. Он собирался провести утро в доме Хиона.
Его дом, в котором Хейвен не был несколько дней, выглядел немного иначе. Обычно в нём царила идеальная чистота, как и положено военному, но сейчас повсюду чувствовалось запустение, словно до дома давно не доходили руки.