Моря здесь нет
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 137. Воссоединение (3)
Я не ожидал, что найду остров так легко. Нельзя было исключать вероятность заблудиться, и я даже допускал, что в худшем случае у меня закончится топливо, и я буду дрейфовать в открытом море. Я учёл все эти риски, отправляясь в путь, и был готов смиренно принять любой исход.
Однако остров нашёлся неожиданно быстро и легко. В тот миг, когда я заметил вдали очертания клочка суши, меня охватило неописуемое волнение. На какой-то момент я даже подумал, не схожу ли я с ума, не мираж ли это.
Однако остров был реален. По мере движения лодки расстояние уверенно сокращалось, и он не думал исчезать у меня на глазах. Когда смутные очертания постепенно стали обретать гигантские размеры, моё сердце забилось с неудержимой силой.
Я выжал скорость на максимум и мчался, глядя только вперёд. Кажется, нос лодки пару раз задел торчащие из воды рифы. Но я был настолько заворожён видом острова, что даже этого не осознавал.
Добравшись до него, я, не зная, как правильно причалить, просто направил лодку на сушу. Вылетев из воды, она пропахала песок и врезалась в берег. От сильного удара я упал, но, не успев даже почувствовать боль, перемахнул через борт.
Боль в лодыжке была лишь мимолётной. Тугая повязка, которую наложила Согён, и мягкий песок немного облегчили её. Кое-как натянув одолженные у неё шлёпанцы, я, пошатываясь, пересёк песчаный пляж.
С каждым шагом под ногами шуршал песок. Побережье, усеянное вынесенными на берег кораллами и ракушками, выглядело куда более пустынным, чем я его помнил. Сухие пучки травы, росшие то тут, то там, лишь подчёркивали, что этот остров необитаем.
Словно заблудившись, я застыл на берегу и некоторое время смотрел на море. Говорят, давным-давно в морской воде плавал мусор, но сейчас она была прозрачной настолько, что просматривалось дно. Когда я жил на острове, единственное, что прибивало к берегу, были разве что трупы. Как она избавлялась от них, я в детстве не знал.
Неужели это действительно тот самый остров? Тот, на котором я жил, на котором мы жили вместе с Юн Джису?
Пошатываясь, я развернулся. Эта знакомая, но в то же время чужая обстановка не позволяла радоваться в полную силу, потому что не хватало одного — последнего подтверждения. Подобных необитаемых островов могло быть бесчисленное множество, и мне нужно было доказательство, что Юн Джису обосновалась именно здесь.
Мне не пришлось долго идти вдоль берега. Я направился вглубь острова, продираясь сквозь густые заросли травы. В море у меня была хоть какая-то карта, но сейчас не было ничего. Я просто шёл вперёд, полагаясь лишь на чутьё.
В ушах звенел стрекот неведомых насекомых. На небе, ещё недавно безоблачном, теперь плыли пушистые облака. Сильный ветер проносился сквозь заросли, и высокие деревья бессильно качались.
Мои шаги становились всё быстрее и быстрее. В какой-то момент я уже почти бежал сквозь заросли, где не было и намёка на тропу.
«Ещё немного, ещё чуть-чуть», — думал я, продвигаясь вперёд, как вдруг обо что-то споткнулся.
К счастью, я не упал. Кое-как удержав равновесие, я понял, что споткнулся об обломок чего-то. Из земли торчал лишь уголок предмета — пластиковая бутылка, совершенно неуместная на этом безлюдном острове.
След человека. Доказательство того, что здесь кто-то жил.
Зародившаяся надежда, казалось, вот-вот взорвётся внутри. Я снова пошёл вперёд, и кончики пальцев задрожали от необъяснимого чувства. Погода была совсем не холодной, но от каждого порыва ветра у меня стучали зубы.
И вот, наконец, я нашёл заброшенный дом. Опустевшее, пришедшее в упадок от отсутствия человеческих рук жилище, слишком крошечное, чтобы называться настоящим домом.
Это был очень старый дом. Вернее, даже не дом, а скорее контейнер с крышей. Стены были перепачканы грязью, а вход перекосило от разросшихся корней деревьев. Непонятно откуда взявшиеся лианы спускались с крыши, занавешивая окна, словно шторы.
Но я помнил, каким этот дом был на самом деле. Помнил, какими белыми были его стены, с каким звуком открывалась дверь, какой вид открывался из окна и даже человека, который жил внутри.
‘Где же ты был? Я уже заждалась.’
Лицо, встречавшее меня со светлой улыбкой, до сих пор стояло перед глазами. После того как я увидел фотографию в доме Согён, мне было нетрудно вспомнить её нежную улыбку. Женщина словно подошла ближе и ласково протянула мне руку.
‘Пойдём ужинать, ты, наверное, сильно проголодался?'
Словно околдованный, я попытался взять её за руку. Но моя левая рука, протянутая к ней, лишь неловко рассекла воздух, так и не коснувшись её. Я моргнул, а когда открыл глаза, улыбающейся женщины уже и след простыл.
Из самой глубины груди вырвался вздох и растворился в воздухе. Ноги ослабли, и я едва не рухнул на землю. По щеке, незаметно для меня, скатилась слеза и упала на землю.
Я вернулся домой. В место, где я жил с ней, где провёл полжизни. В незабываемое место, где хранились все воспоминания моего детства.
Я кое-как стёр тыльной стороной ладони ту единственную слезу. Волоча больную ногу, я подошёл ко входу, схватился за ручку и с силой потянул. Я думал, что она не откроется от старости, но, на удивление, дверь поддалась легко и плавно.
Сверху посыпалась земля, поднимая облачко белой пыли. Её было не так много, так что я, прикрыв нос и рот рукой, вошёл внутрь. Осторожно перешагнув через корень, я оказался в тесном помещении, которое можно было охватить одним взглядом.
‘Вымой руки и садись. И песок хорошо отряхни.’
На столе, стоявшем у стены, вместо тёплой еды лежал толстый слой пыли, смешанной с землёй. Два стула, которые всегда стояли здесь, были сломаны и уже не могли выполнять свою функцию. Пол, который она всегда держала в чистоте, был усыпан мелким песком и листьями, а потолок наполовину обвалился и держался на честном слове.
‘Завтра давай починим ту течь в крыше?’
‘Поможешь мне? Совсем большой стал, наш малыш.’
Её рука, нежно гладившая меня по голове, казалась далёким сном. Я медленно поднял свою руку, провёл по затылку, а затем тупо уставился на ладонь. Окинув пустым взглядом комнату, я увидел разорванные одеяла, которые уже ни на что не годились.
‘Давай сегодня ляжем пораньше.’
— …Почему, — я закрыл глаза. Слёз больше не было, но зрение расплывалось. Усмешка, сорвавшаяся с губ, была адресована мне самому — за то, что надеялся, зная, чем всё обернётся. — Почему и здесь тебя тоже нет…
Разумеется, Юн Джису здесь не было. Даже следы чьей-то жизни поблекли от времени. Если бы я не знал это место, не помнил его, я бы никогда не смог представить, каким оно было раньше.
У меня перехватило дыхание, и я сам не заметил, как рухнул на пол. Я тупо уставился в потолок, и сквозь трещину на меня падал тёплый солнечный свет. Лианы, пробравшиеся снаружи, вились по стене до самой полки наверху.
Я медленно закрыл глаза. Неясный шум ветра казался мне голосом того самого человека.
‘Нельзя, их уже некуда складывать.’
‘Тогда давай выберем только две, хорошо?’
Как бы мне хотелось, чтобы время остановилось. Чтобы не нужно было думать, куда идти и что делать дальше.
Казалось, все силы покинули моё тело. Всё, за что я так отчаянно цеплялся, вдруг стало пустым и бессмысленным. Навалившаяся апатия была настолько сильной, что я мог лишь лежать и молча моргать, не в силах пошевелить даже пальцем.
Я снова оглядел дом. Сломанная мебель, рваные одеяла, разбросанная одежда и консервные банки, валяющиеся в углу. И среди всего этого…
Сознание резко прояснилось. На грязном полу я заметил чужой след. Чуть меньше моего. След, которого здесь быть не должно.
У меня не было времени даже подняться. В тот самый миг, когда у меня возник этот вопрос, откуда-то донёсся шорох, признак чьего-то присутствия. Прежде чем я успел среагировать на звук, доносившийся из-за двери, моего затылка коснулось что-то холодное.
Дыхание замерло. Безмятежная тишина вдруг стала хрупкой и напряжённой, словно я шёл по тонкому льду.
Щёлк. Звук взводимого затвора. Так вот что упёрлось мне в голову — дуло пистолета. Осознание пришло мучительно медленно.
За моей спиной, рефлекторно застывшей в напряжении, раздался знакомый женский голос.