Провести черту
<предыдущая глава || следующая глава>
Сайд-стори 1. Глава 12
Хион не понимал, почему Хейвен вдруг стал таким огромным, хотя, кажется, он всегда был немаленького роста. Приняв эту мысль как данность, он поднял на него взгляд. Хейвен тут же схватил его за руку и опустился на колени. Только так их глаза оказались примерно на одном уровне. Взгляд Хейвена дрожал.
Позвав его, Хейвен замолчал. «Почему он молчит?» — только успел подумать Хион, как Хейвен, склонив голову, крепко обнял его за талию. Он что-то бормотал, но его губы утонули в одежде Хиона, и разобрать слова было невозможно.
— Почему ты не дома? Что ты здесь делаешь?
На этот простой вопрос Хейвен долго не отвечал, лишь судорожно вдыхая воздух. Наконец, он с трудом отстранился и снова посмотрел ему в глаза.
— ...Как я мог войти без тебя? Я ждал.
Хейвен улыбнулся, и Хион улыбнулся в ответ. При виде его улыбки лицо Хейвена будто разгладилось, и он поднял Хиона на руки. Ноги Хиона беспомощно болтались в воздухе. «Неужели я всегда был таким маленьким? Хотя да, это он просто неимоверно большой», — очередное сомнение было насильно подавлено.
Сев на диван с Хионом на руках, Хейвен не переставая поглаживал его маленькую ладонь. Рука Хейвена стала такой огромной, что, если приложить их друг к другу, кончики пальцев Хиона едва доставали до первой фаланги. Хейвен молча продолжал прикасаться к нему.
— Кстати, почему ты не сказал, что здесь рядом есть озеро?
После слов Хиона Хейвен на мгновение замолчал, а потом ответил:
— Я не знал. Оказывается, возле дома ещё и озеро.
— Как ты мог не знать? Кто же нашел этот дом?
Странно. В такой момент Хейвен непременно отпустил бы какую-нибудь глупую шутку, но сейчас он этого не делал. Он не набрасывался на него с желанием немедленно заняться сексом, как обычно, не отпускал пошлых шуток. Он просто смотрел на Хиона с какой-то тоской, касался его, долго-долго разглядывал. Хион, позволявший ему перебирать свои пальцы, вдруг отдернул руку и упёрся ладонями в плечи Хейвена.
— В чем дело? Что-то случилось в Баситроксе? Кто-то натворил дел?
Хион говорил с таким серьезным видом, будто готов был решить любую проблему, и взгляд Хейвена снова задрожал. Таким он его никогда не видел. Мужчина, который всегда был до неприличия самодовольным и уверенным, сегодня вел себя странно. Что-то определенно произошло.
В ответ на его решительное лицо Хейвен поднял руку и убрал прядь волос с его лба. Ладонь Хейвена была такой большой, что могла бы закрыть все лицо Хиона.
— Если я расскажу, ты уверен, что не заснешь?
— Зачем мне спать? Я совсем не сонный.
Хейвен горько усмехнулся. Но тут же, тихо вздохнув, обнял Хиона за спину. Он вел себя так, будто обращался с человеком, готовым в любую секунду упасть в обморок, и Хион слегка нахмурился.
— Название того бара, где мы снова встретились.
Хион на мгновение задумался. Разве у того бара было название? Это была просто захудалая забегаловка в центре Уайт Фореста. Место, куда ходили только местные завсегдатаи, и где всем заправлял один хозяин.
«Может, название было как-то связано с Уайт Форестом?» — пока он размышлял, Хейвен снова убрал волосы с его лица.
— А как насчет другого? Того, где мы выпивали вместе в Уайт Форесте.
«Какое это имеет отношение к твоей проблеме?» — хотел было спросить Хион, но решил, что все это, должно быть, связано, и лучше сначала дать правильный ответ.
— «Оазис». Мы с ребятами из команды, с…
«С мертвыми… с моими ребятами из команды», — Сердце Хиона бешено заколотилось, а руки, лежавшие на плечах Хейвена, напряглись. «Вся моя команда погибла. Как же они умерли? Ах да, когда раскрылись люди из Баситрокса. Шед…»
Когда глаза Хиона почти закрылись, Хейвен быстро накрыл его губы своими. Две тонкие полоски губ сомкнулись. И сквозь этот поцелуй голос Хейвена прозвучал мучительно печально.
— …Я всегда буду здесь. Неважно, в каком обличье, неважно, когда, просто возвращайся. Иди. Я буду ждать тебя здесь.
«Разве избавление от бессонницы — это не хорошо? Почему у него такое печальное лицо, такой скорбный голос?» — с этой последней острой мыслью Хион окончательно закрыл глаза.
Уснув, Хион тут же исчез из объятий Хейвена. Тепло, которое он держал в руках всего мгновение назад, испарилось, словно было сном. В тот же миг Хейвен судорожно вздохнул, и его тело обмякло.
Дыхания не хватало, было невыносимо. Сам факт того, что человек, которого он только что держал в объятиях, исчез, был невыносимо тяжёл, в него было трудно поверить. Кончики пальцев Хейвена, державшегося за холодный стол, дрожали.
Но Хион отказывался вспоминать этот факт. В моменты, когда он чувствовал несоответствие с реальностью, он рефлекторно засыпал, а через некоторое время появлялся снова. На этот раз — в детском обличье. Хион, явившийся с тем юным лицом, которое Хейвен так хорошо помнил, вновь исчез без всяких обещаний.
Хотя Хейвен знал, что Хион инстинктивно отвергает любые вопросы, способные напомнить ему о реальности, и в итоге исчезает даже во сне, он не мог просто сидеть сложа руки. Если не продолжать так его стимулировать, сознание Хиона могло навсегда остаться запертым здесь.
Тогда шансы на возвращение в реальность станут еще более призрачными. Он не мог этого допустить. Он был намерен разбудить его любой ценой.
Но что, если Хион хочет остаться здесь? Тогда Хейвен с готовностью останется с ним. Пусть это и не реальность, но место, где был Хион, и было для него домом.
Действительно ли правильно продолжать его будить? Впервые Хейвен погрузился в сомнения.
Лишь бы он возвращался в этот дом. Лишь бы он снова появлялся, в любом обличье, пусть даже…
Это место, сотканное из сна и подсознания Хиона, менялось лишь в соответствии с его состоянием. Стоило хозяину сна уснуть, как все время и пространство замирали, погружаясь во тьму. И не было способа противостоять этой тьме, наступающей, словно прилив.
Хейвен, всего лишь чужак здесь, оставался на краю того пространства, которое Хион осознавал перед сном, и был вынужден ждать в изоляции, пока его сознание снова не всплывет на поверхность. Таков был закон этого мира.
Обессиленно выдохнув, Хейвен с трудом поднялся и открыл входную дверь. Он решительно дошел до края сада, но на этом все. Каменная дорожка за оградой, по которой он дурачился, неся Хиона на руках, в тот же миг, как тот уснул, превратилась в непроглядную тьму, в бездонную пропасть. Нельзя было сделать и шага вперёд.
Когда Хион бесследно исчезал, Хейвен, словно человек, потерявший цель, опустошённо садился у ограды и ждал. Ждал, что он вернётся оттуда, из-за той черты.
Теперь настала его очередь без конца переживать те бесчисленные ночи, когда Хион думал, что он один.
Так сознание Хиона хаотично включалось и выключалось бесчисленное количество раз. Хион мог выйти из комнаты в доме или прийти из леса. За это время Хейвен разными способами пытался вытянуть из него то, что он держал в себе, но стоило им приблизиться к границе между сном и реальностью, как Хион жаловался на усталость и засыпал.
После этого тепло в его объятиях быстро исчезало, и наступала тьма, но Хейвен ни разу не покинул сон Хиона. Он просто без конца ждал его там.
Проводя время в бесконечной тьме, когда его охватывал страх, что Хион может больше не вернуться, он снова и снова перебирал в памяти их прошлое. «Я скоро вернусь», — сказав это, Хион вернулся.
Да, это он нашел Хиона, потерявшего память, но это было неважно. В конечном итоге Хион вернулся в его объятия.
«Будет ли так и дальше? Будешь ли ты и дальше…»
Со временем решимость Хейвена во что бы то ни стало разбудить Хиона начала рушиться. Может, сам этот метод — стимулировать воспоминания, чтобы вернуть сознание, — был неверным? Может, из-за меня ты, наоборот, не можешь вернуться в реальность? Тогда, может, просто…
— О чем задумался? — приятный голос задал вопрос, пока Хейвен, поглаживая щеку Хиона, погрузился в свои мысли.
Сегодня Хион снова был в своем обычном, взрослом обличье. Его детский образ был невыносимо мил, но Хейвен все же считал, что этот облик — самый прекрасный. За несколько таких циклов он понял, что чем ближе облик Хиона к его нынешнему состоянию, тем стабильнее его сознание. Хейвен молча принял решение.
— О том, что мог бы прожить так вечно.
Хион, не понимая, что Хейвен вкладывает в понятие «прожить так», на миг отвел взгляд, и в его щеку тут же ткнулись губы.
— Надо бы скоро навестить ребят из команды.
Движения Хейвена, кивавшего в такт словам Хиона, замерли. Вспомнив, что в прошлый раз, заговорив о команде, Хион тут же потерял сознание, Хейвен молча прижал его к себе за талию. Хион молчал.
Хейвен решил больше не задавать ему вопросов, связанных с реальностью. Неважно, что там, в настоящем мире, — сейчас он не мог выпустить его из своих объятий. Позволить снова отнять у него Хиона было бы слишком жестоко.
Это было несравнимо мучительнее, чем тогда, когда Хион был Мендером, приставлял пистолет к своей голове, чтобы выбраться из чужого сна. Говорить о реальности, зная, что тот исчезнет из его рук, было для Хейвена пыткой. Он больше не мог. Нет, он больше не собирался этого делать.