Моря здесь нет
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 119. Перепутье (5)
Я растерянно повернул голову в ту сторону, куда он указывал. В переулке, ведущем к зданию, в паре кварталов от нас, виднелась собравшаяся толпа.
— С такими-то генами, разумеется…
Шепот был едва слышен. Я просто оцепенело стоял на месте. В моей опустевшей голове отчетливо всплыло его лицо.
Человек с золотыми глазами в целом мире всего один. Человек, обладающий редкими качествами, которых нет у других. Единственный существующий ультра-доминантный альфа.
— И что такой человек здесь забыл?
Стоило другому мужчине задать этот вопрос, как толпа вдалеке зашумела. Она, казалось, расступилась, и из переулка медленно вышел человек. Мужчина, который выделялся даже в огромной толпе, приковывая к себе взгляды одним своим присутствием.
Он был чужеродным элементом в этом грязном переулке. Идеально сидящий костюм, расслабленная, но прямая осанка и то, как он непринужденно отдавал распоряжения окружающим.
Я узнал его даже издалека. Это был Джу Дохва.
Я рефлекторно отступил на шаг. Сердце колотилось так сильно, что я боялся — как бы его стук не выдал меня. Я бы с радостью немедленно убрался отсюда, но не мог сдвинуться с места, словно ноги пригвоздили к земле.
Джу Дохву окружало множество людей в костюмах, по-видимому, телохранителей. Я не мог разглядеть его как следует из-за спин, но мужчина, стоявший ближе всех, вероятно, был Генри. Я узнал его по тому, как он что-то прошептал Джу Дохве и, как обычно, отступил на полшага назад.
Перед Джу Дохвой, стоявшим с руками в карманах, находился неизвестный мужчина, которого удерживали телохранители. Его выволокли из переулка, и он, окончательно потеряв желание сопротивляться, покорно опустился на колени.
Я прищурился, вглядываясь в лицо схваченного. Плохое предчувствие смешивалось со слабым ощущением дежавю.
К моему изумлению, это было знакомое лицо.
‘Так, вот удостоверение личности. А вот посадочный талон.’
Это был тот самый торговец, у которого я купил билет. Тот самый идиот, который пытался меня надуть, а в итоге сам лишился денег.
— Похоже, и этого ублюдка загребут.
Если бы этим занимались «Океаны», которые тоже промышляли информацией и товарами, я бы ещё понял, но у «Сахэ Групп» не было причин являться сюда, чтобы поймать какого-то спекулянта. Тем более, чтобы этим лично занимался наследник, Джу Дохва. С чего бы им вдруг пресекать теневые сделки, на которые они столько времени закрывали глаза?
Мой встревоженный мозг заработал на предельной скорости. Я надеялся, что это лишь глупые домыслы, но не мог отделаться от этой мысли. Джу Дохва пришёл сюда, чтобы найти меня, и для этого он ловит торговцев, промышляющих билетами с чёрного рынка.
Предположение было на удивление реалистичным и, в то же время, на удивление неправдоподобным. Слишком хлопотно и муторно, чтобы поймать одну-единственную сбежавшую куклу.
— Но говорят, тех, кто просто товар продаёт, не трогают?
— Ага, только тех, кто билетами спекулировал…
Я с трудом сдержал горький смешок, плотно сжал губы и сглотнул. Какой же он ублюдок.. Я снова испытал то же чувство, что и всегда, глядя на него.
— Кстати, я впервые вижу альфу. Это так необычно.
— Ты о чём? Тот парень, что занимался ростовщичеством, тоже был альфой.
Я старался как можно тише и медленнее отступать назад. Любое резкое движение привлекло бы ненужное внимание. Лучшим выходом было смешаться с толпой, пока все отвлечены, и сбежать.
— Но вот доминантного я вижу впервые…
Но стоило мне сделать всего три шага назад, как Джу Дохва повернул голову. Он не то чтобы что-то заметил, скорее, просто безразлично осматривался по сторонам. Скучающим или незаинтересованным взглядом.
Каждый раз, когда его взгляд касался кого-то, я слышал, как люди вокруг задержвали дыхание. Не знаю, было ли это страхом перед незнакомцем или восхищением перед ультра доминантом.
Проблема была лишь в том, что его медленно блуждающий взгляд остановился на мне.
Мне показалось, что наши взгляды встретились. На мгновение время замерло, и сам воздух, казалось, изменился.
Но на мне была шляпа, растрёпанный парик, а лицо было прикрыто тканью. Вокруг меня было полно людей, выглядевших куда более жалко, и я незаметно растворился в этой толпе.
Слишком большое расстояние, чтобы разглядеть черты лица. Даже если бы он смог различить силуэт, рассмотреть выражение моего лица было невозможно.
Поэтому он просто не мог узнать меня с первого взгляда.
Так почему же, почему мне казалось, что он меня узнал? Почему возникло это чувство, будто я стою перед ним голый, и мне хочется немедленно спрятаться?
Времени на раздумья не было. Едва он сделал шаг, я развернулся и бросился сквозь толпу.
А потом просто бежал, не оглядываясь.
К счастью, моё убежище находилось далеко от того места, где был Джу Дохва. У меня было достаточно времени, чтобы добежать до здания, открыть дверь и собрать вещи.
Всё было как тогда, когда я сбежал из его дома. Я лихорадочно хватал всё подряд, закончив сборы прежде, чем успел хоть что-то сообразить. Я не чувствовал ни капли сожаления о вещах, которые не смог забрать, — голову заполнили одни лишь вопросы.
Со дня моего объявления в розыск прошло уже больше десяти дней, и расклеенные по всему городу листовки стали привычным пейзажем. Поначалу я нервничал, просто выходя на улицу, но теперь был уверен, что местные меня не опознают.
И именно в этот момент внезапно появился Джу Дохва. Я был уверен, что всё идёт по плану. Какая у него была причина устраивать погром в этом переулке именно сейчас?
Даже на пороге смерти я никогда не испытывал такого страха. Сейчас я был так растерян, что у меня дрожали руки. Сердце билось как бешеное, и я несколько раз промахнулся, собирая вещи в сумку.
К счастью, я заранее продумал план действий, поэтому сборы не заняли много времени. Меньше чем за пять минут я всё собрал и направился к выходу.
И вот, в тот самый миг, когда я взялся за дверную ручку…
…по затылку пробежал ледяной холодок. Назвать это инстинктом? По спине прошёл мороз, отчего кончики пальцев задрожали.
Негласное правило этого места гласило: уходя, оставляй замок открытым. Конечно, были те, кто его нарушал, но я старался следовать ему. Когда не знаешь, что принесёт следующий день, проявлять ненужную жадность — верх глупости.
Но сегодня всё было иначе. Вместо того чтобы повернуть ручку, я нажал на кнопку замка. Запер дверь на двойной и тройной запор, накинув ещё и цепочку, а затем медленно попятился к противоположной стене.
Назови меня кто-нибудь сумасшедшим — я бы не стал спорить. Но я просто не мог игнорировать это чувство смертельной опасности, от которого волосы вставали дыбом. Словно инстинкт выживания, отточенный с детства, истошно вопил о тревоге.
Словно одержимый, я широкими шагами направился к окну в противоположной стене. За всё время, что я здесь жил, я ни разу к нему не подходил. Маленькое окошко, в которое едва мог пролезть один человек, заставляло сильно сжаться, чтобы выбраться отсюда.
Процесс открытия окна и вылезания наружу был мне уже знаком. Отличие было лишь в высоте, но, к счастью, хоть это и был тот же третий этаж, он находился гораздо ниже, чем в особняке.
Собравшись с духом, я тут же перелез через подоконник. Благодаря выступающим кирпичам спускаться по стене было куда безопаснее, чем в особняке.
И в тот самый момент, когда я полностью выбрался из окна…
С той стороны, где была дверь, раздался оглушительный грохот. Когда я нащупал ногой очередной кирпич ниже, донёсся звук ломающегося дерева.
Бам, бам, бам, бам! Непрекращающиеся удары заставляли сердце сжиматься от страха. А может, это стучало мое сердце.
С третьего этажа на второй, со второго на первый.
Наконец, оказавшись на высоте чуть выше собственного роста, я без колебаний спрыгнул на землю.
Приземлившись на ногу по привычке, я почувствовал резкую боль в лодыжке. «А что, если я больше никогда не смогу нормально ходить?» От этой мимолетной мысли мне стало совсем не до смеха. Я с трудом удержал равновесие и выпрямился, но какое-то время не мог сдвинуться с места.
И поэтому я бессознательно поднял голову. Чтобы проверить, действительно ли за мной гнались, чтобы увидеть, как далеко он зашёл.
Наши взгляды встретились. На этот раз я не мог сказать, что мне показалось. Из окна, из которого я только что вылез, прямо на меня смотрели два глаза, мерцающие золотом, словно море в лучах заката.
Картина была похожа на наваждение. Взъерошенные волосы, застывшее лицо и, наконец, едва заметно дрогнувшие губы.
Ах, так ты меня узнал. Узнал одного меня в этой огромной толпе и преследовал до самого конца.
<предыдущая глава || следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма