(от лица Тэхёна)

К счастью, дворецкий Чхве оказался неподалеку. На самом деле, даже ближе, чем ожидал Тэхён. Он работал охранником в многоквартирном доме всего в тридцати минутах езды от особняка в Сонбук-доне. Тэхён наблюдал из машины, как тот сортирует коробки на площадке для раздельного сбора мусора, и появился в самый подходящий момент.

— Дворецкий Чхве.

Помещение охраны было таким же тесным, как и бревенчатый домик на заднем дворе. Мужчина, вешавший фуражку на гвоздь у входа, удивленно обернулся. Когда он разглядел гостя, его круглые, как у жука, глаза расширились.

— …Молодой господин?

Это была слишком бурная реакция для человека, который обычно ничему не удивляется. Тэхён улыбнулся, словно желая его успокоить.

Вскоре перед ними дымились две чашки кофе «Максим». Это был результат уговоров: Чхве порывался сбегать в ближайшее кафе, так как не мог покинуть пост в рабочее время, но Тэхён усадил его на место. Вскрывая пакетики с растворимым кофе и заливая их кипятком, дворецкий суетился — похоже, в одиночестве он редко позволял себе даже такую короткую передышку. Тэхён молча ждал, думая о том, что уход из Сонбук-дона, возможно, и был по собственному решению Чхве, но вряд ли его искренним желанием.

— Мне даже угостить вас нечем…

— Всё в порядке.

Тэхён пригубил сладкий дешевый кофе, чтобы унять его тревогу.

— Вкусно. Хороший кофе.

Будто успокоенный этой крошечной любезностью, дворецкий Чхве взял свою чашку. Тэхён, потягивая напиток, смотрел перед собой. Он слышал, что эти дома построены довольно давно, но территория внутри оказалась чище, чем он думал. Тэхён сделал вид, что ему это интересно. Его внезапный визит и так, должно быть, в тягость, поэтому попытка форсировать разговор приведет лишь к обратному эффекту.

— …Я не знал, что вы вернулись в Корею.

К счастью, дворецкий Чхве быстро ослабил бдительность. Он лучше других знал, что Тэхён не был близок с семьей старшего дяди. В каком-то смысле это рождало между ними сильное чувство общности. Кто бы мог подумать, что чувство общности, появившееся в ужасные времена, может когда-то пригодиться. Тэхён издал тихий смешок и кивнул.

— Я здесь ненадолго.

Чхве молча кивнул в ответ. Эта история изначально не имела к нему особого отношения.

Тэхён медленно обвел взглядом тесную каморку. Дончхиль — человек, принимающий решения, исходя из ценности. То, что этот мужчина, не имея за душой ничего, смог привлечь в компанию талантливых людей, объясняется его умением платить цену, соответствующую их ценности.

Тэхён давно знал, что своим подручным дед платит в разы больше средней зарплаты. Дворецкий Чхве, прослуживший у щедрого хозяина более тридцати лет, явно продолжал работать не из-за нужды в деньгах.

По натуре он был человеком исполнительным. Нечасто встретишь мужчину за пятьдесят с такой прямой осанкой, аккуратными ногтями и неизменной длиной волос. Человек, проживший жизнь без жены и детей, посвятивший себя только работе, видит смысл жизни в том, чтобы каждое утро вставать и идти на работу. Вот почему он работает охранником, хотя уже заработал достаточно, чтобы безбедно жить до конца своих дней.

Этому человеку нужен был кто-то, кому нужен он сам. Он хочет быть тем, чье отсутствие сразу бросается в глаза. Разве не любопытно, что, уйдя от деда, он решил снова охранять чей-то дом?

Вспомнив о том, что могло бы стать для Чхве невыносимым, Тэхён поставил пустой бумажный стаканчик.

— Вы бывали на ипподроме?

Острый блеск в глазах исчез в мгновение ока. Дворецкий Чхве ответил буднично:

— Как-то раз я ездил туда, чтобы сопровождать председателя.

Тэхён понял, что речь о Дончжуне, но сделал вид, что не догадался. Он уже облачился в непробиваемую броню, по которой ничего нельзя было прочесть, и даже притворился, что пьет кофе, чтобы еще раз скрыть выражение лица. Даже уволившись, он оставался человеком Дончхиля. Тэхён сменил тактику.

— Дедушка поручил мне вести собрание акционеров.

Быть наполовину откровенным с таким человеком бесполезно. А попытка прощупать почву приведет лишь к обратному эффекту.

— Я знаю, что этим занимается Дончжун, поэтому вежливо отказался, но, судя по тому, что дедушка не берет свои слова назад, он намерен во что бы то ни стало поставить меня ведущим.

Дворецкий Чхве, который до этого заметно напрягся, медленно кивнул.

— …Вот как.

— Вы, кажется, удивлены меньше меня.

Тэхён молча ждал, пока тот задумчиво моргал. Вскоре дворецкий Чхве тихо ответил:

— Я думал, что однажды он может так поступить.

— С каких пор?

В помещении было слишком тесно, чтобы поставить стулья рядом. Тэхёну пришлось полностью повернуть голову, терпя неудобство, чтобы попытаться встретиться с ним взглядом. Но одного этого было мало, чтобы разрушить его молчание, поэтому Тэхён обратился к нему как в детстве:

— Аджосси.

Для девятилетнего ребенка обращение «господин дворецкий» было слишком тяжеловесным. Он не только смутно понимал его смысл, но и чувствовал необъяснимую неприязнь, когда Дончжун, желая указать слуге его место, бросал сухое «дворецкий», лишая обращение даже тени уважения. Поэтому Тэхён выбрал другое слово.

— Я и сейчас чувствую себя чужаком, когда прихожу в тот дом. Человеком, который умом может догадываться, почему дедушка решил отстранить Дончжуна и возвысить меня, но сердцем этого никогда не поймет.

— ……

— Одному мне не справиться, это правда. Дедушка уже сейчас пытается поставить меня на эшафот, хотя я даже не знаю повестки дня собрания акционеров. Он делает вид, что спрашивает мое мнение, но на самом деле выбора у меня нет.

Только тогда взгляд дворецкого Чхве вернулся к нему. Глядя в его сложное, растерянное лицо, Тэхён честно признался:

— Помогите мне, пожалуйста.

Эти слова он даже не смел произнести вслух, когда был ребенком. Он заранее боялся, что ребенок, нуждающийся в помощи, станет лишь обузой. Но сейчас всё иначе. Тэхёну нужно было заполучить человека. Только с помощью того, кто знал все входы и выходы в этом доме, он мог выиграть эту битву.

Поэтому он и пришел сюда. Чтобы завоевать сердце дворецкого Чхве. Он должен был сделать то, что не удалось даже приказу деда, и сделать это показательно.

— Я не собираюсь вести себя как люди из того дома. Сейчас мне нужен человек, который подскажет, что мне необходимо, а не тот, кто будет прислуживать.

Тэхён достал вещь из бумажного пакета, который принес с собой. Это были новые туфли.

Маленькому Тэхёну было удобнее опускать голову и смотреть на ноги взрослых, чем задирать её, чтобы заглянуть им в лица. Дворецкий Чхве всегда носил старые черные туфли. Он выбирал цвет, на котором не так заметна грязь. Должно быть, это была самая удобная обувь, чтобы бегать туда-сюда по поручениям хозяина.

Однажды классный руководитель, объясняя, как проявлять уважение к старшим в семье, привел в пример чистку обуви. Тэхён, изголодавшийся по любви, перерыл обувной шкаф дома, а потом спросил у дворецкого Чхве, где лежит гуталин. Тот молча посмотрел на Тэхёна, а на следующий день купил крем для обуви. Воспользовавшись моментом, когда семья старшего дяди уехала на концерт скрипичной музыки Дончжуна, он усадил Тэхёна рядом с собой и показал, как втирать крем в старые туфли.

— Нужно просунуть руку внутрь ботинка и крепко сжать верхнюю часть. Только так вы не уроните его.

Тэхён помнил запах гуталина, мягко щекотавший ноздри. Он видел, как взгляд дворецкого Чхве, упавший на логотип известного обувного бренда, стал глубже. Он тоже вспомнил тот день.

Темно-коричневые туфли из воловьей кожи, с округлым, не слишком острым носком. Обувь, в которой солидный джентльмен мог бы пойти куда угодно и везде был бы принят достойно. Они наверняка придутся ему впору.

Тэхён сделал предложение, словно ставя финальную точку:

— Давайте работать вместе. Я не разочарую вас.

* * *

— Эй-эй. Прости, правда. Я уже собирался выходить, но вдруг нагрянул директор компании-партнера. Мы недавно сцепились из-за процента брака, так что я не мог просто отмахнуться от него и уйти.

Эту историю Тэхён уже слышал по телефону. Вместо ответа он пододвинул стакан с водой тяжело дышащему Сонхуну. Его внимание по-прежнему было приковано к белому листу бумаги.

— Вам будет достаточно иметь общее представление об этой информации.

Это была краткая сводка, в которой четко и ясно излагалось всё: от повестки дня собрания акционеров до сведений об участниках, которые будут там присутствовать. Для работы, на которую ушло всего тридцать минут, это было великолепно. Поймав взгляд Тэхёна, словно проверяющего источник, дворецкий Чхве невнятно пробормотал:

— Этим вопросом я уже занимался…

Действительно, ведь это была обязанность Дончжуна, так что до недавнего времени дела вел дворецкий Чхве. В итоге, решение отложить первоначальные планы и поехать к Чхве оказалось верным. На него можно было свалить и сбор компромата на Минсона. Это человек, который почти сорок лет служил деду, не прощавшему даже малейшей оплошности. Разве найдется кто-то более надежный, чтобы добыть информацию?

— Что будешь есть?

В тот момент, когда Тэхён поднял голову, завибрировал телефон. Отправитель: начальник отдела Хан Гивон. Человек, которому Тэхён первым делом дал поручение, вернувшись в Корею неделю назад.

Всего в трех строчках сообщения содержалась информация, которая была нужна сегодня больше всего. Перевернув телефон экраном вниз, Тэхён уставился на мир за панорамным окном второго этажа. Он увидел сотрудника, который парковал машину Сонхуна.

Переулки Апкучжона, где располагались элитные бистро, — это настоящий лабиринт. Наблюдая за людьми, усердно играющими в тетрис дорогими автомобилями, Тэхён заговорил:

— Ты говорил, что ищешь ранние работы Энтони?

— А я разве не говорил, что уже год никаких успехов? Ты сказал, и мне стало так грустно... можно я закажу вина?

— Я знаю коллекционера, который собирает его этюды времен учебы в Париже. Свести вас?

Сонхун резко вскинул голову. Судя по жадному выражению лица и навостренным ушам, ответ был очевиден. Тэхён элегантно кивнул в сторону окна:

— Взамен одолжи мне сегодня свою машину.

Кажется, он говорил, что дизайн разрабатывал гонщик Формулы-1. Оранжевый кабриолет, который Сонхун кастомизировал с такой любовью и ждал больше года, красовался своим хищным и элегантным кузовом. Трое парней в костюмах, заходя в узкий переулок, по очереди оглядывались на автомобиль. У них были такие лица, словно они впервые увидели золото.

[Ким Чонпхиль. 53 года. Проживает в комплексе Trimage, Сонсу-дон, Сеул. Дети: 1 сын, 1 дочь. Задолженность по налогам: 2 случая. Жалоба в Министерство труда и занятости из-за невыплаты зарплаты сотрудникам его спортивного агентства: 1 случай. Штраф в размере 5 миллионов вон за нарушение правил дорожного движения (1 случай вождения в нетрезвом виде).

Примечание: Очень интересуется коллекционированием автомобилей.]

<предыдущая глава || следующая глава>