Моря здесь нет

<предыдущая глава || следующая глава>

Глава 35. Встреча (1)

Если бы кто-нибудь спросил меня, каково жить в особняке, я бы без малейшего колебания ответил: «Комфортно». Не только потому, что не нужно беспокоиться о еде, сне и одежде, но и потому, что качество предоставленной жизни было чрезвычайно высоким. Если «Океаны» удовлетворял лишь основные потребности, то здесь можно было по своему вкусу переступать границы роскоши.

Любой человек, естественно, возжелал бы такого места, и было бы ложью сказать, что я не хотел бы здесь обосноваться. В мире нет людей, которым не нравились бы комфорт и сытость, так что нельзя отрицать, что сейчас мне хорошо.

Кроме того, мне не составляло труда подстроиться под нрав Джу Дохвы. Самым разумным решением было бы завоевать его расположение и окончательно закрепить за собой роль «хёна».

Но несмотря на всё это, я твёрдо решил, что мне нужно покинуть этот дом как можно скорее. Это было что-то вроде инстинкта самосохранения, обострившегося за годы скитаний по улицам. Внутренний голос подсказывал мне, что если я задержусь здесь подольше, пути назад уже не будет. Причём дело было не только в том, что я не смогу вернуться к прежней, бедной жизни. Больше всего я боялся утонуть в этом комфорте и забыть о своей изначальной цели.

В такие моменты нужно знать своё место. Если я не могу жить здесь вечно, то разумнее уйти, пока не стало слишком поздно. Прежде чем умереть от руки Джу Дохвы или от руки председателя Джу. Или же прежде, чем это слабое тело привыкнет к спокойной жизни.

Но, если быть честным, дело было не только в этом. Если бы причина была настолько проста, я бы не дал себе неделю на раздумья. Главная проблема заключалась в том, что с той самой ночи в Джу Дохве я начал видеть того самого ребёнка.

‘Это…’

‘…’

‘Потому что хёна не было’.

Я вовсе не собирался говорить банальности вроде "я привязался". Да кто я ему вообще такой? Но я и не собирался глубже копаться в этом вопросе. Это прошлое, за которое я не в силах нести ответственность, так что проще сделать вид, будто я ничего не помню.

Так что причина была предельно проста. Чтобы не заблуждаться. Чтобы не цепляться за его привязанность. Чтобы помнить слова Ли Юны, что это всё не моё.

Люди — поистине высокомерные существа, легко возносятся от одной лишь мысли, что стали для кого-то особенными. Будучи всего лишь заменой, они начинают тешить себя тщетными мечтами о том, что отношения господина и слуги перевернулись. Я был уверен, что не поддамся таким пустым мечтам, но не был уверен, что не заражусь ностальгией, которую демонстрировал этот ребёнок.

Я ведь уже говорил, что иногда вспоминал его и тосковал? Что даже жалел о том, что покинул тот дом?

Однако нынешний Джу Дохва отличался от того невинного ребёнка, которого я знал. Он без колебаний убил человека. Он хватал меня за горло и угрожал убить. И если, несмотря на всё это, я всё ещё испытывал к нему жалость, значит, проблема не в нём, а во мне.

— …Почему ты здесь?

На следующее утро, после того как мы заснули рядом, первым проснулся не я, а Джу Дохва. Он сидел, прислонившись к изголовью кровати, и рассеянно смотрел перед собой. Когда я, наконец, открыл глаза, он взглянул на меня с явным недовольством, а затем перевёл взгляд на мою руку, обвивавшую его талию.

— Мы так спали всю ночь?

Хотя именно он первым обнял меня перед сном, сейчас его выражение говорило о полном непонимании происходящего. В его необычайно ярких глазах читался сплошной вопрос. Хоть я и не был уверен, нужно ли вообще что-то объяснять, но всё же осторожно убрал руку и заговорил:

— Вчера вечером…

Но стоило мне открыть рот, как охрипший после сна голос подвёл меня. Слова застряли в горле, так и не оформившись. Глядя на это, Джу Дохва спокойно заговорил:

— Похоже, ты хорошо выспался.

Интересно, он сам понимает, что его волосы торчат в разные стороны? Насколько же крепко он спал, если его феромоны, которые он обычно держал под контролем, все еще слабо ощущались вокруг.

Не оставалось другого выбора, как слегка размять шею и медленно приподняться. Когда тепло соприкосновения исчезло, я почувствовал, как все тело ломит и болит. Видимо, я долго спал в неудобной позе.

— Ты ничего не помнишь с прошлой ночи?

Джу Дохва слегка прищурился на мой вопрос, будто еще окончательно не проснулся. Некоторое время он просто смотрел на меня, затем спокойно сказал:

— Помню.

Ну и ладно, значит, объяснения не требуются. Я с облегчением отбросил одеяло и уже собирался вернуться в свою комнату, чтобы умыться. Заодно и смыть с себя остатки его феромона. Но стоило мне спустить ноги с кровати, как позади раздался его медленный голос:

— Ты ведь ничего мне не подсыпал?

— …Ты же сказал, что помнишь вчерашнее.

Тогда должен помнить и то, что у меня просто не было возможности что-то подмешать. От неожиданности я переспросил, но Джу Дохва лишь внимательно посмотрел на меня, не отвечая.

И лишь спустя мгновение, почти неслышно, он произнёс:

— Уходи.

Хотя это прозвучало почти как приказ, я не обиделся. Наоборот, было бы гораздо неприятнее, если бы он начал допытываться, действительно ли я ему ничего не подмешивал.

До самого того момента, как я вышел из комнаты, я чувствовал его взгляд, прожигающий затылок.

* * *

В этот день я проснулся позже обычного, поэтому по времени это был ни завтрак, ни обед — что-то среднее.

Джу Дохва сел за стол в безупречно аккуратной одежде и всю трапезу молчал. Единственные слова, которые он сказал за всё это время, прозвучали в ответ на вопрос Генри:

— Как вы себя сегодня чувствуете?

— Хорошо, сегодня я выйду.

Услышав ответ, Генри украдкой посмотрел на меня. По его виду было видно, что он удивлён, но на его обычно бесстрастном лице это чувство долго не задержалось.

— Тогда я подготовлю машину, — сказал он и покинул столовую, а Джу Дохва снова сосредоточился на еде.

В отличие от меня, которому подали вилку, перед ним лежали палочки для еды. Я мельком взглянул на его руку, державшую палочки, и как можно естественнее спросил:

— Куда-то собираешься?

Вообще-то, я бы не стал спрашивать, но из-за своих планов мне нужно было это знать. Если я хотел что-то предпринять, мне нужно было узнать его расписание. Сейчас у меня почти не было информации о его передвижениях.

— С чего вдруг такой интерес? — произнёс Джу Дохва, не глядя на меня. К счастью, он не заподозрил ничего странного и, беря закуску, всё же ответил:

— В офис.

— …Ты работаешь?

— Ты не знал? — он наконец посмотрел на меня, и в его взгляде читалось искреннее недоумение.

Я смущённо нахмурился и замолчал. Хоть он и был в костюме, но я ни разу не видел, чтобы он куда-то выходил. И вот теперь он вдруг решил поехать на работу.

— Даже при том, что люди называют меня директором?

Ну, я думал, это просто… формальность.

— Похоже, ты считал меня бездельником.

— Это не ...... так, — я неловко покачал головой, глядя на Джу Дохву, который беззаботно улыбался.

Правильнее было бы сказать, что я считал его скорее прожигателем жизни. Скорее я воспринимал его как обеспеченного человека, которому не нужно работать. Думал, что он просто наслаждается жизнью. Хотя, если задуматься, я ведь ни разу не видел, чтобы он бездельничал.

— Ну да, в твоих кругах можно было и не знать.

Под «твоими кругами» он, видимо, подразумевал "Океаны". Хотя в «Океанах» обычно были хорошо осведомлёны о делах высших слоёв, но даже там Тео был единственным, кто знал имя Джу Дохвы.

— Отцу не нравится, когда я появляюсь на публике.

Странно. Он же не бесполезный сын, наоборот, его публичное появление только повысило бы статус семьи. Просто продемонстрировав всему миру своего редкого доминантного альфу с золотыми глазами, они бы укрепили положение «Сахэ Групп».

— Поэтому я не участвую в публичных мероприятиях. Работаю, но в вашем районе мне делать нечего.

Джу Дохва прямо очертил границы, обозначив место, где жил я и другие «вашим районом». На самом деле, обитатели бедного района через дорогу почти никогда не пересекались с высшим обществом.

— Как давно ты работаешь?

— Лет восемь.

Значит, он начал не позже, чем в четырнадцать. Услышав это, я не удивился. В мире, где работают даже четырёхлетки, четырнадцать лет — это уже поздний старт. Конечно, если считать попрошайничество и карманные кражи работой.

— В основном я работаю из дома. Совещания вполне можно проводить по видеосвязи.

Вот почему он иногда надевал костюм. А приходил ко мне в обеденное время, потому что это был его перерыв.

— Неудивительно, что я не знал.

— Именно, хён, неудивительно, что ты не знал.

Когда я с лёгким раздражением попытался возразить, Джу Дохва легко согласился, чем немного задел мою гордость. Но в следующую секунду его слова заставили забыть об этом.

— В ближайшие две недели я буду уходить каждый день. Появились дела.

Две недели… Мне повезло. Если я собирался уладить все свои дела и уйти, лучше всего было бы, чтобы Джу Дохвы не был дома. Хотя… ночью всё же безопаснее. Как только я подумал об этом, меня охватило нехорошее предчувствие.

— …Я ведь не буду ездить с тобой, правда?

<предыдущая глава || следующая глава>

Оглавление