Моря здесь нет
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 156. Опавший цветок (15)
У входа в огромный особняк, застыв друг напротив друга, стояли мужчина и женщина. Они молча сверлили друг друга взглядами. Мужчина безучастно наблюдал за женщиной, а женщина смотрела на него с наглой улыбкой на лице. В их взглядах, устремлённых друг на друга, не было ни капли уступчивости.
После гнетущей тишины первой двинулась женщина в изящном платье. Женщина, Ли Юна, коротко кашлянув, заправила выбившуюся прядь волос за ухо. Хотя она знала его с самого детства, стоило этому мужчине оказаться перед ней, как она без причины начинала нервничать..
В тот момент, когда мужчина открыл рот, Юна сжала кулаки и выпрямилась. Она едва не съежилась, и это движение было чисто рефлекторным. Если бы он заметил ее страх, это могло бы вызвать ненужные подозрения, да и собственная гордость ей этого не позволяла.
— Так зачем ты пришла? — безразличным тоном спросил Джу Дохва, глядя на Юну сверху вниз. В его звериных, ярко-жёлтых глазах читалась откровенная скука. Словно он хотел сказать: «Какого чёрта ты снова притащилась сюда надоедать?».
— Думаю, нам нужно пересмотреть условия, — спокойно ответила Юна заранее заготовленной фразой. Мужчина, который был намного выше нее, выслушал ее и безразлично переспросил:
— Условия расторжения нашей помолвки.
Буквально вчера их помолвка была расторгнута. Точнее, он расторг её в одностороннем порядке. Это было будущее, о котором Юна всегда мечтала, и компенсация оказалась даже лучше, чем она могла себе представить.
— Нет, ну согласись, — несмотря на это, Юна невозмутимо пожала плечами. Сложив руки на груди, она посмотрела на него снизу вверх и намеренно сделала наглое лицо. — Все то, что ты предложил, стало бы моим, выйди я за тебя замуж. Так что получить жалкие крохи и отвалить — это просто нелепо.
При словах «жалкие крохи» на лице Джу Дохвы промелькнул интерес. Юна и сама понимала, что несёт полный бред. Условия, которые он выдвинул, были настолько щедрыми, что заставили замолчать не только ее, желавшую разрыва, но и ее родителей, которые были против.
И речь шла не только о деньгах. Джу Дохва сказал, что даже после расторжения помолвки он, как и обещал, передаст ей права на дистрибуцию в Германии в её следующий день рождения. Точнее, права давал не он, а председатель Джу, но уговорил его, несомненно, сам Джу Дохва.
«И как только ему удалось обвести вокруг пальца этого змея?» — втайне удивлялась Юна.
Их помолвка, устроенная еще до их рождения, не была из тех, что можно расторгнуть просто потому, что изменились чувства. У семьи Кымро права выбора не было вовсе, и единственным, кто мог хоть как-то повлиять на ситуацию, был Джу Дохва. Но и он был лишь наследником «Сахэ Групп», а не её владельцем, так что его возможности тоже были ограничены.
И все же этот самый Джу Дохва убедил председателя Джу и гладко организовал расторжение помолвки. Как он его убедил, что для этого сделал — этого Юна не знала. Впрочем, не это было главным.
— Ни больше ни меньше — предоставь мне всего один морской путь. Кажется, наш новый соджу будет хорошо продаваться и за границей.
Юна пришла сюда лишь по одной причине. Чтобы сдержать обещание, данное вчера. Обещание, данное прекрасному до умопомрачения мужчине, которого ее бывший жених где-то раздобыл.
«Я помогу тебе, так что беги».
Нынешняя кукла Джу Дохвы, мужчина, исполнявший роль его «хёна», медленно гнил в этом доме, словно стоячая вода в пересохшем море. С бледным, бескровным лицом, иссохший, как мумия, он выглядел как человек, что день за днем ждет лишь собственной смерти.
Юна была уверена, что в обычной ситуации она бы безжалостно отвернулась. И в самом деле, она хоть и сочувствовала бетам, жившим в его доме, но никогда им не помогала. Да, она могла бы просто притвориться, что ничего не знает, забрать свою выгоду и уйти.
— Мне ведь тоже нужно сохранить лицо перед родителями, — но вместо этого Юна стояла здесь, готовая ко многому, чтобы выиграть ему время для побега. Ей было жаль его: как омеге — омегу, она не могла просто проигнорировать его; как человеку — человека, её мучила совесть… Нет, к чёрту всё это, она просто была у него в долгу.
— Подумай, как им будет обидно, что дочь, которую они так усердно растили как истинную омегу, просто бросили.
Хотя она и сказала мужчине, что поможет ему сбежать, на самом деле Юна собиралась заботиться о нём, пока он не восстановит здоровье. Выбросить в мир человека, который к тому же был не один, — хорошо, если бы его не поймали и не поступили с ним ещё хуже. Так что как минимум она должна была помочь ему с прерыванием беременности… нет… если он захочет родить, то она должна помочь и с этим.
Черт, не надо было ей ездить на тот остров. Не надо было встречать там того мужчину и смотреть в его посиневшие глаза.
Важно было не только то, что он омега. Важно было то, на кого походили его ярко-синие, словно море, глаза, и то, что кровь ультра-доминантного омеги, о которой ходили лишь слухи, текла в этом мужчине.
Почему он оказался сыном именно Юн Джису? Не будь этого, она бы не ввязалась во все эти проблемы по своей воле.
— Так что давай поужинаем и обсудим все подробнее. Я привезла образцы продукции, которую собираюсь продавать, так что заодно и посмотришь.
Проглотив мысли, которыми она не могла ни с кем поделиться, Юна очаровательно улыбнулась. Это было то самое выражение лица, которое она всегда надевала, общаясь с Джу Дохвой, изображая любящую невесту. Обычно, когда она так улыбалась, он смотрел на неё так, словно говорил: «Прекрати свои дешёвые уловки».
— Жаль ведь вот так заканчивать наши отношения, — с этими словами она намеренно ласково взяла его под руку. Чтобы взбесить его. Наглый ублюдок, заставил её стоять у входа, даже не пригласив войти.
Она собиралась настаивать, если он откажет, но Джу Дохва неожиданно легко согласился.
От такого ответа, наоборот, растерялась Юна. Она замерла и подняла голову. На губах Джу Дохвы играла лёгкая улыбка.
Не было нужды спрашивать, о ком идёт речь. В этом доме был лишь один человек, о чьём питании он бы так беспокоился.
— Это ведь благодаря тебе, так что я должен хотя бы выслушать, — он сказал это с искренней радостью, и Юна с трудом подавила усмешку, готовую сорваться с губ. Она и не думала благодарить его за оценку, но в душе почувствовала облегчение. Раз он поел, значит, у него появилась хоть какая-то воля к жизни.
— …Да, тогда я могу войти внутрь?
«Значит, он решил бежать». Похоже, мужчина, который до этого лишь апатично лежал, наконец принял какое-то решение.
— Господин управляющий, принесите, пожалуйста, образцы.
После этого непринуждённого указания секретарь, стоявший позади, оставил Юну одну и вышел из здания. Юна, сбросив напряжение, вошла внутрь вслед за Джу Дохвой. В голове она ещё раз прокручивала составленный план и слова, сказанные тому мужчине.
‘Тебе нужно только спуститься.’
Когда мужчина спустится в гараж, телохранитель, который будет там ждать, проводит его к машине. Не к лимузину, на котором приехала Юна, а к грузовику, доставившему товар. После выгрузки ящиков с соджу в нем освободится достаточно места, чтобы поместился взрослый мужчина.
После этого грузовик должен был покинуть особняк раньше Юны. Никто не станет задерживать машину «Кымро», которая просто уезжает, выполнив свою работу, — в этом не будет ничего странного. Так что по крайней мере мужчина сможет благополучно выбраться за ворота.
Она не надеялась, что это останется в тайне. Рано или поздно Джу Дохва заметит, что в доме пропал человек. И то, что это ее рук дело, он тоже поймет — это был лишь вопрос времени. В худшем случае ее могли поймать с поличным прямо здесь и сейчас.
Но как только «Море» окажется за пределами этого дома, у Юны появятся шансы на победу. Грузовик с мужчиной сразу же направится в безопасное частное владение, так что даже Джу Дохве потребуется время, чтобы его найти. Это означало, что, по крайней мере, можно было не беспокоиться о том, что мужчину снова поймают.
Она не думала, что он не способен её убить. Джу Дохва, которого она знала, мог в один миг убить даже её, знакомую с детства, если она перейдёт ему дорогу. Но в то же время Юна была уверена, что он не убьёт её, а использует.
Джу Дохва умён. По крайней мере, достаточно умён, чтобы понять, что нужно оставить её в живых, чтобы найти «Море». Если он захочет узнать, где она его спрятала, если захочет вернуть мужчину, то попытается вытянуть из нее информацию, а не станет сразу применять силу.
Даже если в процессе пострадает ее семья, Юна считала, что это та цена, которую заплатят ее алчные родители. Пусть это и неблагодарно, но что поделать. Это их кара небесная.
Погруженная в свои мысли Юна резко обернулась на его голос. Они уже дошли до столовой, расположенной в глубине особняка. Джу Дохва стоял у стула, на котором обычно сидел, и легонько постукивал указательным пальцем по виску.
— Я слышу, как у тебя в голове скрипят шестеренки.
Выражение ее лица невольно застыло. Она посмотрела на него ледяным взглядом, но Джу Дохва, не обращая внимания, сел на стул.
К счастью, он, кажется, не догадался о ее плане. Слова «не старайся» скорее всего относились только к условиям их помолвки. Этот тип, рожденный с морем во рту, всегда так говорил, глядя на ее тщетные попытки чего-то добиться.
— Надрываюсь… я просто пытаюсь сделать как лучше.
Юна заставила себя улыбнуться и села напротив. Как долго продержится это самодовольное выражение на его лице? Сможет ли он оставаться таким же невозмутимым, когда его предадут и когда он потеряет «Море»?
Она с огромным нетерпением ждала шанса утереть ему нос.