Провести черту
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 87. Наступающий рассвет (6.17)
— Надеюсь, там у тебя появится удостоверение личности. Чтобы однажды ты мог сесть в самолёт, пересечь границу — и мы смогла встретиться.
Мак слабо улыбнулся, Хион ответил тем же. Потерять Шеда, которого он долгое время считал другом, оказалось на удивление не тягостным, даже каким-то пустым событием. У него был Мак, Петров и Хейвен. Их жизни были слишком заняты, чтобы они могли постоянно быть рядом, но Мак всегда был его человеком.
Конечно, было бы неправдой сказать, что Хион совсем не обижался на Мака. В конце концов, именно Мак когда-то положил его на лабораторную койку и передавал все результаты исследований правительству.
Но теперь это уже казалось неважным. Винить Мака за то, что он подчинялся приказам государства, смысла не было — он, по сути, сделал для Хиона всё, что мог в тех обстоятельствах.
— Мак, я теперь дезертир. Может, дадите немного денег на карманные расходы?
— Я теперь сам еле выкручиваюсь, так что нет.
— К следующей нашей встрече подготовьте заранее.
— Постараюсь, но, сдаётся мне, ты быстрее меня разбогатеешь.
Кивнув, Хион поставил чашку, которую держал в руке, и поднялся.
— До восьми тебе лучше полностью покинуть это место. После этого я буду делать вид, что ничего не знаю.
Даже сделав несколько шагов, Хион и Мак не попрощались. Они намеренно не стали этого делать, словно оставляя надежду на новую встречу когда-нибудь в будущем. Некоторое время Хион смотрел вслед Маку, который повернулся первым. Затем, нервно сглотнув, он опустил голову и вышел из барака.
К тому времени, как Хион снова добрался до холма, уже опускались сумерки. Ему нравилось, как шуршат опавшие листья под ногами при каждом его шаге. Он уже собирался войти в знакомое заброшенное здание, как увидел припаркованную перед ним большую машину, рядом с которой стоял Лиам, загружая вещи в багажник.
Лиам захлопнул багажник, закончив укладывать сумки, отряхнул руки и подошёл ближе. Было странно видеть его в солнцезащитных очках, когда почти стемнело, и Хион наклонил голову в недоумении.
— А, нет. Я просто… уже неделю как не могу смотреть в лицо капитану. Очки — моя защита. И… оправдание.
Это было дело рук Хейвена. Усмехнувшись этой ребяческой выходке, Хион коротко кивнул на прощание и уже собрался уходить, но Лиам окликнул его:
— А, капитан. Говорят, вы всё вспомнили?
Хион подумал, что Лиам называл капитаном только его. Кажется, Хейвена, бывшего капитана «Эпсилон Форс», он так не называл никогда. И это было логично — Хейвен ведь не был военным.
— Да. Это заняло слишком много времени.
— Не думайте так. Сколько бы времени ни прошло, господин Хейвен всё равно продолжал бы приходить к вам во снах.
Увидев выражение лица Хиона, ясно говорившее, что он не понимает, о чём речь, Лиам вздрогнул и осторожно спросил:
— Значит, вы ещё не всё знаете…
— Хейвен проникал в мои сны? И притом периодически?
— Эм… — Лиам нервно почесал затылок, видимо не зная, как выкрутиться, но в итоге обречённо вздохнул:
— Вы же знаете, что Блокеры могут входить в сны Мендеров без побочных эффектов?
— Нет. Я знал только, что Мендер не может входить в сон Блокера.
Действительно, в Хафроксе не было точной информации о Блокерах, так что неудивительно, что Хион этого не знал. Лиам засомневался, стоит ли вообще это рассказывать, но по сравнению с непроницаемым Хейвеном, чьи мысли было невозможно угадать, с Хионом было проще иметь дело, так что и говорить было легче.
— Э-э, в общем. Блокеры обладают способностями Мендеров в том числе. Вот только никаких побочных эффектов у них не наблюдается. И самая выдающаяся особенность способностей Блокеров заключается в том, что, в отличие от Мендеров, они могут проникать в сны и покидать их, не оставляя никаких следов.
— Да. Обычно, когда цель просыпается, даже если она не понимает, что это был Мендер, она осознает, что видел сон о прошлом или о незнакомом человеке, верно? Но..
— Но вы хотите сказать, что Блокер может скрыть даже сам факт проникновения в сон?
Хион усмехнулся, глядя на мужчину в солнцезащитных очках. Он слишком хорошо понимал, что сейчас говорит Лиам, отчего ему стало не по себе. Его душила какая-то нелепая досада.
— Он пошёл куда-то за здание. Привести его?
Хион, кажется, догадывался, где он может быть. Подойдя ближе к зданию, он увидел, что стеклянные двери главного корпуса заперты на замок. Внутри было темно, и казалось, что сюда давно никто не заходил. Хион прошёл мимо здания с разбитыми кое-где окнами и подошел к забору из колючей проволоки.
На холме за сетчатым забором с приколоченной табличкой сидел Хейвен. Хион увидел его силуэт, сидящего спиной к нему. Ограда, казавшаяся такой неприступной и прочной, теперь обветшала, что в ней образовались щели.
Сейчас это место казалось вполне преодолимым. Не потому ли Хейвен хотел привести его сюда, на этот холм? Хион, до этого смотревший себе под ноги, опустил голову и шагнул за ограду. Порыв ветра пронёсся, обдавая шею холодом. Хион поправил куртку и сунул руки в карманы. Каждый шаг по высокой траве до щиколоток сопровождался свежим запахом зелени, щекотавшим нос.
Хейвен повернул голову — видимо, уже услышал его шаги, и Хион сел вплотную рядом с ним.
С холма открывался вид на городок, который он так хотел увидеть в детстве. Это был Сидель. Раньше он, наверное, был красивее. Какого цвета он был тогда? Сейчас от него остались лишь редкие огоньки да клубы дыма.
Хейвен нежно обнял Хиона за талию и усадил к себе на колени. Хион в свою очередь, обвил его руками и прислонился головой к его плечу. От него исходил такой знакомый и родной аромат… запах Хейвена.
— Как ты справлялся, когда скучал по мне?
— А если бы я никогда не вспомнил, что бы ты сделал?
— Неважно. Даже без воспоминай прошлого, ты бы снова полюбил меня.
Это была правда с небольшой примесью лжи. Хотя, на самом деле, ему было не всё равно.
Как только память вернулась, Хион решил, что все сны, которые он видел до этого, были обрывками его прошлого. Но это было не так. Это не он видел сны о своем прошлом — это был зов Хейвена. Он проникал в его сны и возвращал прошлое, снова и снова. Нет, он приходил посмотреть на них в детстве.
— Ты приходил повидаться со мной?
Казалось, сам ветер, ласкающий щеки, способен сделать человека счастливым. Иначе как объяснить это щемящее чувство внутри? На вопрос Хиона Хейвен на мгновение задумался.
Только тогда на лице Хейвена появилось странное выражение, сменившееся мягкой улыбкой. Он нежно прикусил мочку уха Хиона.
— Я приходил каждый день. Даже в те ночи, когда ты думал, что тебе ничего не снилось. Каждый день. Один день — в твою комнату, другой — на холм. Еще один — под дерево.
— Потому что хотел, чтобы я всё вспомнил?
Губы Хейвена скользнули от уха к щеке, коснувшись улыбки Хиона. На мгновение их дыхание смешалось, и Хион закрыл глаза, переполненный чувствами. Хейвен был прямо перед ним, но он все равно скучал по нему.
Он появился в его жизни, которую Хион считал пустой. И в этой никчемной, заброшенной жизни Хейвен дал понять, что хотя бы один человек всегда будет на его стороне. Он протянул руку тому, кто почти исчез, и спас его ещё раз.
В каждом мгновении, которого Хион не помнил, был Хейвен. Каждый день он тосковал по нему, ждал и шёл ему навстречу. Пять тысяч ночей одиночества в ожидании рассвета Хион не был один. Этот мужчина был рядом.
— Прости, Ноа… — с трудом разомкнув губы, прошептал Хион.
— Я люблю тебя, Ноа, — тихо ответил Хейвен.
Хион умирал каждые два дня. Он заглядывал в чужие сны и воровал воспоминания, а взамен платил за это собственной смертью. И при этом должен был оставаться незаметным. Никто не должен был запомнить его. Никто не должен был знать, как он умирает.
Золотистые волосы Хейвена казались особенно яркими. Если подумать, в детстве он полюбил его именно из-за этого сочетания цветов. Волосы, похожие на солнце, которое он ждал каждую ночь, и глаза, напоминавшие ему тоску по родителям. Казалось, грудь Хиона сжималась от восторга, когда Хейвен смотрел на него.
— Мне иногда так жаль тебя. Ты мог бы сиять, как звезда, все эти бесчисленные ночи.
На сентиментальные слова Хейвена Хион слабо улыбнулся. Хейвен был первым, кто пожалел о его смертях. Первым, кто сказал ему больше не умирать, не приставлять пистолет к виску.
Теперь Хион понимал, что Хейвен подарил ему много «первых разов». Первый друг, первая робкая любовь и первый человек, который его обманул. Хион влюбился в него стремительно. Это нельзя было объяснить другими словами, да и причин тоже не было. Хейвен вошёл в его сердце, как зимний ветер, пробирающийся даже под самую тёплую одежду.
Хейвен поднялся, все еще держа Хиона на руках. Внезапно оказавшись на весу, Хион наклонился и поцеловал Хейвена в лоб, на что тот радостно улыбнулся. В углу забора из колючей проволоки, через который два мальчика так часто мечтали перелезть, покосившись, висела деревянная табличка с облупившейся краской и предупреждающей надписью:
ПыСы. Далее нас ждет сайд-стори!
<предыдущая глава || следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма