Моря здесь нет
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 135. Воссоединение (1)
Ш-ш-шааа… Шум набегающих волн звучал на удивление спокойно. На безупречно чистом небе не было ни единого облачка, и даже ветер, что завывал здесь круглый год, на этот раз стих. Идеальная погода, чтобы выйти в море на лодке. И день для этого выдался подходящий.
Согён стояла на скале и отрешённо смотрела на горизонт. Она видела, как по бескрайней морской глади, на которой не было ни единой помехи, скользила лодка. Маленькое рыбацкое судёнышко, в котором могли поместиться от силы два человека, уже превратилось в едва различимую точку.
— Ну и упрямец… — тихо пробормотала Согён, убирая с лица волосы, растрепанные ветром. Небрежно подстриженные пряди торчали во все стороны. От неприятного чувства она яростно почесала затылок, но ушедшая лодка и не думала возвращаться.
‘Я собираюсь отправиться на тот остров.’
Сказав это, мужчина покинул это место меньше, чем через час. На той самой лодке, что сейчас качалась на волнах. Хоть Согён и одолжила ему лодку, но, проводив его, не могла избавиться от неприятного осадка на душе.
«Может, стоило его удержать подольше?» — подумала Согён с сожалением глядя вслед удаляющейся лодке. Сначала она отдалялась с каждым морганием, а теперь, казалось, застыла на месте. Хотя Согён знала, что и это обман — скоро лодка исчезнет совсем.
«Просила же остаться ещё на денёк. Куда он так торопится? Раз уж свела их судьба, мог бы составить компанию одинокой старушке, хоть немного поболтать с ней.»
Она знала, почему мужчина хотел на тот остров. Чтобы найти Джису-онни, или, как сказал тот мужчина, «Юн Джису».
Вчера Согён встретила этого мужчину здесь. Подозрительного незнакомца, который в наступившей темноте стоял посреди пляжа и отрешённо смотрел на море. Нет, при первой встрече она приняла его за женщину.
Честно говоря, она подумала, что это призрак. Его застывшая фигура казалась такой нереальной, а лицо, которое она увидела следом, было до боли знакомым. Она решила, что это Джису, существовавшая лишь в фотоальбоме, спрятанном в шкафу, и в её детских воспоминаниях, вернулась после смерти.
Однако тот человек был ни Джису, ни призраком, и даже не женщиной. Просто подозрительно выглядящий молодой человек с отменным аппетитом, который, будучи голодным несколько дней, умял три миски каши с морской капустой.
«А я-то думала, что-то тут не так», — вспоминала она. Несмотря на внешность, он оказался на удивление тяжёлым, а когда она несла его на спине, груди тоже не ощущалось. Она списала это на худобу, но кто бы мог подумать, что причина в том, что он — мужчина.
Когда он снял перед ней парик, она мысленно ахнула. Выступающий на шее кадык, ставший видимым после того, как волосы были убраны, был явным доказательством того, что перед ней мужчина. В растерянности она присмотрелась повнимательнее, и только тогда стали заметны отличия от Джису.
Хотя лицо у него было утончённым, а шея тонкой, сложение у него было определенно мужское. Он был довольно высоким, и, несмотря на худобу, плечи были широкими, так что он не выглядел тщедушным. Однако его черты были настолько прекрасны, что в неоднозначной одежде он производил андрогинное впечатление.
Свою роль сыграло и по-детски миловидное лицо, не соответствовавшее возрасту. Для двадцати пяти лет он выглядел слишком юным. Его ясные глаза пробуждали необъяснимое желание защитить, поэтому Согён, не особо его подозревая, и привела его домой.
Конечно, она и не мечтала услышать из его уст знакомое имя.
Конечно, она её знала. Как можно забыть такого человека?
Мужчине она ответила, что не помнит, но на самом деле Согён довольно подробно помнила прошлое. Шесть лет — это, конечно, юный возраст, но ей не составляло труда помнить особо яркие моменты.
При этом в памяти всплывали не только значимые события, но и, мелкие, повседневные мелочи. То, как она тайком съедала морковь, которую Согён терпеть не могла. Как обнимала её, после того, как бабушка её ругала. Как мыла ей голову, когда они вместе принимали ванну. И как в её округлившемся животе трепетала драгоценная жизнь.
Согён тихо вздохнула и прищурилась. На берегу больше не было ничьих следов. Даже длинный хвост, оставленный тарахтящим мотором, давно смыли набегающие волны.
Очень похож. И лицом, и даже уходящим силуэтом. И, возможно, даже манерой прощаться.
‘Мне нужно идти, пока не поздно.’
Мужчина, собравшийся во что бы то ни стало плыть на остров, не отступал, сколько бы Согён его ни удерживала. На вопрос, как он собирается добираться, он на мгновение замялся, но тут же отрезал, что разберется сам. Он выглядел так, будто готов был отправиться вплавь, если придётся, поэтому Согён ничего не оставалось, как предложить ему старую рыбацкую лодку.
‘Не стоит. Я не смогу её вернуть.’
Это означало, что он не вернётся, и в этих словах чувствовалась непреклонная решимость. Точно так же, как когда-то Джису покидала этот дом. Она словно проводила черту, говоря, что больше не может быть обузой, а когда её насильно чем-то одаривали и отказываться было уже поздно, с виноватым лицом благодарила.
Он так много говорил о деньгах, но в конце даже не заикнулся о том, что вернёт их. Причину Согён уже поняла и не считала его неблагодарным. Ей было лишь любопытно, что же за история за всем этим стоит.
Во что он был одет — не её дело, но во внешности мужчины определённо было что-то странное. Нельзя было сказать, что у него просто своеобразный вкус — не было похоже, что ему привычно носить юбку, а парик и солнцезащитные очки делали его вид ещё более подозрительным. И всё это указывало на то, что мужчина переоделся, чтобы скрыть свою личность.
Бабушка никогда не рассказывала Согён, почему ушла Джису. Вероятно, для Согён, которая всю жизнь собирала водоросли на берегу, это было что-то непостижимое. Может, поэтому она иногда строила догадки, и хоть и понимала всю глупость этих мыслей, приходила к выводу, что Джису страдала из-за своей красоты.
Эти мысли невольно приходили в голову, когда она, повзрослев, смотрела на фотографию Джису. Говорят, у красавиц горькая судьба, и мир вряд ли оставил бы в покое такого прекрасного человека. Особенно её синие глаза, которые казались привлекательными даже маленькой Согён, ничего не понимавшей в жизни.
И вот теперь всё это унаследовал тот мужчина. Разница была лишь в том, что, в отличие от постоянно улыбающейся Джису, выражение лица мужчины было холодным, как у куклы.
Простояв ещё некоторое время на берегу, Согён решила вернуться домой, пока не стало слишком поздно. Мужчина уже ушёл, а у неё было слишком много дел, чтобы зацикливаться на мимолётной встрече.
От моря до дома было недалеко, поэтому, даже несмотря на медленный шаг, ворота показались быстро. Согён ускорила шаг, открыла незапертую калитку и вошла внутрь.
Когда она вошла во двор, бабушка, сидевшая на деревянной скамейке, радостно её встретила. Её доброе улыбчивое лицо было таким же, как и всегда, но в глубине души чувствовалась затаённая грусть.
В отличие от Согён, которая пошла к морю, чтобы проводить мужчину, бабушка попрощалась с ним дома. Она сказала, что у неё много дел, но Согён знала, что на самом деле у неё просто не было сил снова смотреть кому-то в спину.
— Ага, он и с управлением неплохо справляется.
— Это хорошо. Лишь бы добрался благополучно…
Остров, где скрывалась Джису, находился почти в часе пути от этого берега. И хотя на лодке был навигатор, всё равно было беспокойно, сможет ли мужчина найти дорогу.
— Как-нибудь справится. Сразу видно, что парень не из робкого десятка.
Однако у Согён была необъяснимая уверенность, что он справится. Иногда что-то чувствуешь, даже не видя этого своими глазами. По её мнению, тот мужчина не отступился бы, пока не достиг своей цели.
— Это ведь сын Джису-онни, правда?
Бабушка не ответила, а лишь улыбнулась. Согён и не ждала ответа, поэтому, вместо того чтобы настаивать, сама присела на скамейку.
Но не успела она устроиться, как со стороны ворот раздался оглушительный стук.
От яростного стука Согён вздрогнула и вскочила на ноги. Бабушка тоже растерянно моргала, не понимая, в чём дело. Тем временем человек снаружи ударил в ворота ещё раз.
Это был бесстрастный мужской голос. Нахмурившись, Согён медленно подошла к воротам м спросила:
— Кто вы? — спросила она, и из-за ворот донёсся безэмоциональный ответ:
— Мы из «Сахэ Груп». Хотим задать несколько вопросов.
В этой стране не было человека, который не знал бы этого названия. Корпорация, спасшая Южную Корею вместо некомпетентного правительства. Фактические хозяева страны и единственная семья, владеющая морскими путями.
— Согён-а, — за спиной растерянной Согён незаметно появилась бабушка. Она схватила внучку за руку и твёрдо сказала:
Тревога только усилилась. Увидев застывшее лицо бабушки, Согён инстинктивно покачала головой.
Хотелось бы сделать вид, что их нет дома, но она уже ответила. Поэтому Согён решительно шагнула вперёд и открыла ворота. На всякий случай она не теряла бдительности, но, к счастью, мужчина, стоявший за воротами, вежливо поклонился в знак приветствия.
— Прошу прощения за беспокойство. Вот, — он вежливо протянул ей визитку с логотипом «4HAE».
Генри Марк. Прочитав имя, Согён, стараясь изо всех сил сохранять спокойствие, спросила:
— Мы ищем человека. Просим вашего содействия.
Следом Генри протянул листовку. На ней была чья-то фотография и сумма вознаграждения. Сначала Согён была поражена огромным числом, а затем, увидев лицо на фотографии, широко раскрыла глаза.
Это был тот самый мужчина, что совсем недавно уплыл на лодке. Мужчина с ярко-синими глазами, как две капли воды похожий на Юн Джису. Её сын.