Жуки в янтаре. Глава 144
– А, да… – с трудом выговорил Сэмюэль. – Я буду иметь в виду…
Бран хлопнул его по руке и, повернувшись к стоящему рядом Исайе, сказал:
"Чуть позже… Сможем ли мы действительно увидеться?" – Исайя хотел было это сказать, но язык будто прилип к гортани. Бран, не дав Исайе и шанса возразить, отвернулся и, похоже, он направлялся к задней двери.
"На что он, черт возьми, так рассчитывает, раз так без сожалений уходит? Неужели он действительно думает, что мы снова увидимся?" – Запоздалая волна гнева начала подниматься в Исайе. Как ни посмотри, бухгалтерские книги казались лишь предлогом, а всё это – планом по его эвакуации в безопасное место. Но ослушаться Брана и остаться здесь… Исайя не мог полностью исключить вероятность того, что книги действительно важны, и это сводило с ума.
Нет, они и в самом деле важны. Поэтому Бран, должно быть, и припрятал их заранее.
Сдерживая желание броситься за Браном, Исайя с силой затолкал пистолет в задний карман, Сэмюэль, стоявший рядом, спросил:
– Что бы я ему сказал? – буркнул Исайя.
– Тогда почему Бран, черт возьми…– Сэмюэль с бледным лицом что-то бормотал, но потом осекся. – А, неважно. Пошли.
Когда они с Сэмюэлем вышли через главный вход, их уже ждал черный Форд. Вокруг него стояли пятеро или шестеро полицейских в форме и трое-четверо мужчин в черных костюмах, которые о чем-то серьезно беседовали. Мужчины в черных костюмах явно были из ФБР.
– Исайя! – крикнул Микки, стоявший среди людей в черных костюмах, как только увидел Исайю.
Исайя вместо ответа сел на заднее сиденье Форда. Одно место там уже занимал Пустельга, так что Сэмюэлю пришлось сесть на переднее пассажирское.
Микки тоже, попрощавшись с людьми в черных костюмах, быстро сел в машину. Едва усевшись на водительское сиденье уже заведенного автомобиля, он пристегнул ремень безопасности и спросил:
Пока машина отъезжала от главного здания, вертолет окончательно приземлился. Дверь открылась, и из него выпрыгнули тяжело вооруженные бойцы спецназа. Оставив позади зрелище того, как они, разделившись на группы, устремились к задней парковке и главному корпусу, машина полностью покинула территорию церкви. Похоже, с ФБР уже обо всем договорились, так как полицейские, видя отъезжающий прямо у них перед носом автомобиль, никак не воспрепятствовали этому.
– Я так еще никогда в жизни не ссыковал, – простонал Пустельга, как только они выехали на дорогу. Лицо у него было бледным, будто он и дышать толком не мог, пока их окружали полицейские и ФБРовцы.
– Ты что, преступление совершил? Чего ссышь?
– Ну, грехов на мне не меньше, чем на тебе.
– Только к твоим еще и грех уродства добавить надо.
Исайя, проигнорировав Пустельгу, показавшего ему средний палец, спросил Сэмюэля:
Сэмюэль, схватившись за ручку над окном пассажирской двери, вздохнул:
– Этот старик сегодня даже на службу не пришел.
– Он выглядел не в духе с самого утра, когда Честер заявился на завтрак в виде оборванца. Когда я заглянул после обеда, они, похоже, крепко из-за этого повздорили. Он сказал, что плохо себя чувствует и, возможно, не пойдет сегодня на службу, на что я ответил, что ему все равно стоит прийти, но…
– То есть он действительно не пришел? – Исайя ударил по подголовнику пассажирского сиденья и вспылил:
– Ты идиот? Тебе это не показалось странным?
– Эй, это ты сейчас так говоришь. Седрик и раньше пропускал службы и собрания членов организации, жалуясь, что здоровье уже не то. Он ведь даже вчера на крестины Брана не пришел.
Это было правдой. Оглядываясь назад, Исайя и сам с какого-то момента начал воспринимать отсутствие Седрика на различных встречах как должное. Это даже в значительной степени повлияло на его положительную оценку старика. Мол, раз уж все равно собрался передавать пост босса, то ведет себя прилично, не лезет везде без разбору, знает, когда нужно поберечь себя. Мысли у людей схожи, так что, вероятно, члены семьи Каллиши придерживались примерно такого же мнения.
– И все же, сегодня день объявления нового босса. Естественно, он должен был прийти.
– Да, его приход выглядел бы лучше, но что поделать, если он неважно себя чувствует. К тому же, он не получает пост, а передает его, так что если и не смог прийти – это досадно, но не проблема. Объявить нового босса все равно должен был пастор Бенджамин. Что ему тут делать, прощальный марш устраивать?
На слова Сэмюэля Пустельга хмыкнул:
– Прощальный марш мафиозного босса? Я бы на это посмотрел.
Сэмюэль бросил на него свирепый взгляд и продолжил:
– И самое главное, у него с Честером давно были натянутые отношения. Он всячески показывал, что уступает место босса крайне неохотно. Да что там, мы до последнего не теряли надежды. Все думали, а вдруг боссом станет Бран?
Необычайно хитрый старик. С помощью адвоката он заранее распустил слух, будто Честер уже назначен боссом, тем самым разжигая конфликт среди подчиненных. При этом сам он демонстративно показывал, что ему не по душе этот преемник, и его отсутствие на службе выглядело вполне естественным. Конечно, он не забыл поселить Брана и Честера под одной крышей, чтобы они грызлись, как пауки в банке. На словах он говорил, что это шанс для них стать настоящими братьями, но Седрик не мог не знать, что, учитывая их характеры, они скорее станут злейшими врагами, чем когда-либо поладят. Более того…
[Если я умру раньше срока – Рэймонд вскроет это. Здесь распоряжение о ликвидации всех текущих активов семьи Каллиши с последующим переводом остатков средств и всего моего личного состояния на благотворительность. Это касается не только меня. Если кто-то из вас двоих погибнет или серьёзно пострадает, конверт тоже вскроют.]
Седрик создал идеальные условия для взаимной ненависти, но при этом он подчеркнул, что если кто-либо из них умрет или будет ранен до объявления босса, все будет кончено. Тогда они думали, что это мера для их защиты, но это было не так. Это было ради его собственного плана. Потому что оба они должны были дожить до сегодняшнего дня, чтобы устроить эту бойню. Так или иначе, они должны были поддерживать эти враждебные отношения и оставаться невредимыми до дня решающей битвы.
В этот момент беспокойство перевесило восхищение. Неужели это конец? Неужели Седрик, такой умный старик, не продумал все наперед? Неужели он не подготовил второй и третий планы на случай, если Честер умрет, а Бран останется жив?
Конечно… конечно, Бран тоже не стал бы просто сидеть сложа руки. Да, он, вероятно, что-то заподозрил. Поэтому, должно быть, и припрятал бухгалтерские книги. Ах… но, судя по разговорам в церкви, Бран, кажется, не знал, что Седрик втянет в это Бароне. Или это не имеет значения?
Пока Исайя ломал голову до такой степени, что она, казалось, вот-вот взорвется, машина промчалась по обочине перекрытой дороги и всего за шесть минут добралась до The Bell Financial. Исайя вышел из машины, прихватив на всякий случай и сумку для гольфа, привезенную из Вирджинии, и рыбацкую сумку из Тейтон.
Добравшись до номера 2527, Исайя поставил рыбацкую сумку и сумку для гольфа на стол, уже успевший покрыться пылью. Затем, распахнув дверцу шкафчика в углу, он позвал Сэмюэля:
– Возьми это, – он указал на рыбацкую сумку в шкафчике.
– Откроешь – узнаешь, – Сэмюэль достал сумку.
– Бран велел передать это тебе, – сказав это, Исайя подошел к окну. На подоконнике по-прежнему стояла M24A2, установленная им четыре дня назад. Как только он приложил глаз к наглазнику установленного на ней оптического прицела, подошел Пустельга и сказал:
– Ты что, серьезно собирался стрелять отсюда?
Он открыл соседнее окно, прикинул расстояние до церкви и произнес:
– Далеко же, черт возьми. Почти тысяча четыреста ярдов, да?
– Тысяча четыреста восемьдесят.
– Свихнуться можно, – цокнул языком Пустельга.
Исайя, не обращая на него внимания, покрутил колесико тонкой настройки прицела. Уменьшив ранее установленное увеличение в 1,4 раза, он сразу увидел всю церковь как на ладони. За это время количество полицейских машин увеличилось в несколько раз. Прибыло, казалось, не меньше двадцати машин скорой помощи. Больше половины из них, вероятно, были задействованы для перевозки трупов. И действительно, тел, которые выносили не на носилках, а в мешках, было бесчисленное множество. Членов организации, которым чудом удалось выжить без ранений, уводили тяжело вооруженные бойцы спецназа.
В тот самый момент, когда он собирался увеличить кратность прицела, чтобы рассмотреть, был ли тот мужчина, что курил в наручниках в углу парковки в окружении полицейских, Браном или нет…
– Эй, Сорокопут! Это точно то, что Бран велел передать? – крикнул Сэмюэль, разглядывавший блокноты, лежавшие в сумке. Судя по голосу, он был крайне обескуражен.