Жуки в янтаре. Глава 107
Стоило лишь слегка, едва касаясь, провести рукой поверх джинсов, как давно возбужденный член отреагировал мгновенно. Предэякулят тут же пропитал ткань, будто только этого и ждал.
– Смотри, ты уже мокрый, – прошептал Бран ему на ухо, и этот шепот показался куда более влажным и обволакивающим, чем мгновенно промокшее белье и джинсы. Каждый раз, когда большая рука сжимала его между ног, влажная ткань белья липла к члену. Головка, набухшая и пробившаяся сквозь крайнюю плоть, остро чувствовала грубое трение ткани. Особенно когда пальцы надавливали у самого отверстия уретры – тогда с губ срывались уже откровенные стоны.
– М-мх, а-ах, хватит… – простонал Исайя, умоляюще качая головой. – Прекрати.
Но рука не останавливалась, и Исайя, извиваясь, вскрикнул. Новая порция смазки толчком выплеснулась из уретры, мышцы ягодиц непроизвольно сжались. Внизу живота стало нестерпимо горячо. Нет, даже не горячо – там все зудело. Словно десятки насекомых прилипли к слизистой и теперь копошились, ползали внутри. Не в силах терпеть это ощущение, Исайя вцепился рукой в рубашку Брана и всхлипнул:
– Просишь прекратить, так почему ноги сами раздвигаются, м? – прошептал Бран, еще сильнее сжимая его пах. Казалось, эти мерзкие насекомые заползли и в уши. Исайю трясло – он то мотал головой, то сжимал плечи, то подёргивался, едва не впадая в истерику.
– Чего ты хочешь? Зачем так раздвигаешь ноги?
– Ах, прошу тебя… – "Войди в меня", – молил Исайя всем своим существом, еще шире разводя ноги. – Мне этого уже недостаточно.
– Ты же сам говорил, что это разрушает мозг.
– Он уже разрушен!.. – взмолился Исайя, роняя слезы и утыкаясь лбом Брану в грудь. – Пожалуйста, Бран. В следующий раз… я больше не буду просить. Буду делать все, как ты скажешь. Умоляю, только сейчас… войди в меня. Просто войди, больше ничего не надо.
Исайя отчаянно закивал. Конечно, стоило Брану войти, как он тут же передумал бы, но сейчас было не до этого. Прямо сейчас нужно было хоть как-то унять этот зуд внизу живота. Казалось, он не успокоится, пока что-нибудь не окажется внутри.
– Умоляю, спаси меня… – наконец Исайя громко разрыдался.
Бран, кажется, не ожидал услышать "спаси" вместо "помоги", и на его лице отразилось удивление, смешанное с растерянностью. Он усмехнулся.
– Успокойся. – Он обхватил ладонью мокрую от слез щеку Исайи. Жест должен был успокоить, но для Исайи сейчас даже это прикосновение стало невыносимым раздражителем.
– Не-ет, твоя рука… горячая… Больно…
Исайю трясло, плечи дёргались, словно в судорогах. Бран выглядел озадаченным. От этого растерянного взгляда Исайе стало еще обиднее, и он разрыдался ещё громче. Ни тело, ни разум его больше не слушались. Он сам лучше всех понимал, насколько жалко сейчас выглядит. Но хуже всего было то, что даже в таком состоянии его непослушное тело продолжало извиваться, пытаясь прижаться задницей к бедрам Брана.
– Ладно, я понял. Успокойся уже, – усмехнулся Бран и снова уложил Исайю на спину.
Исайя испугался, что Бран откажет, но тот, к счастью, сразу потянулся к ремню на своих джинсах:
– Знаешь, ты коварный, хоть и не подаёшь виду.
"Неужели это он обо мне?.." – удивился Исайя, хотя мысли в голове путались. Он ни разу не вёл себя так, чтобы заслужить такое обвинение. Бран – вот кто всегда был олицетворением коварства, разве нет?
– Ты прекрасно знаешь, перед чем я не могу устоять. Верно?
Исайя совершенно не понимал, о чем говорит Бран. Он хотел спросить, но Бран поцеловал его, и все вопросы и сомнения тут же вылетели из головы.
– Но учти, это в последний раз, – сказал Бран, как только оторвался от его губ, дергая пряжку своего ремня. – В следующий раз я найду способ вытащить тебя из этого состояния, даже если придется упечь тебя в больницу. Так и знай.
– Да, да, – закивал Исайя как сумасшедший. Честно говоря, ему было плевать, что будет потом. Важно было лишь то, что прямо сейчас он получит член Брана. Этого достаточно.
– А это почему вдруг так болтается? – спросил Бран, заметив, как свободно сидят на Исайе джинсы – стоило потянуть за ремень, как пояс оттопырился. – А? Раньше же они сидели идеально.
И тут Исайя вспомнил, что за последние два дня почти ничего не ел. Он всё время смотрел в смартфон, что оставил Бран, и напрочь забывал о еде.
– Так усердно молился, что забыл поесть? – усмехнулся Бран. Наверное, это была шутка, но голова соображала плохо, и Исайя не нашелся, что ответить. Видя, как Исайя лишь растерянно хлопает глазами, Бран вопросительно нахмурился: – Серьезно?
– Нет, я… я всегда такой, – поспешно солгал Исайя. – В это время я не чувствую голода. Потом наверстываю.
Это была не совсем ложь. По крайней мере, его центральная нервная система действительно начала возбуждаться пару дней назад. А в периоды возбуждения аппетит и правда пропадал.
– Ясно. Тебе нужно больше есть, – сказал Бран, ловко расстегивая ремень, пуговицу и молнию на его джинсах. Стянув с него джинсы вместе с бельем, он сперва цокнул языком, глядя не на член Исайи, изогнувшийся почти до живота, а на его бедра и низ живота, лишенные малейшего жира. – Слишком худой. Особенно здесь. – Большая ладонь скользнула между ног. Шершавая кожа коснулась внутренней стороны бедер, обильно смоченных предэякулятом. Ощущение было настолько острым, что волосы на теле встали дыбом. Исайя невольно вцепился пальцами в простыню. Но он касался не только бедер. Когда рука двигалась вверх и вниз, пальцы Брана то и дело задевали промежность, туго натянувшуюся от возбуждения.
– Та-ам… прекрати… – Исайя уже лежал на боку, сжав ноги, и тяжело дышал. Услышал ли Бран его мольбу или нет, но его рука скользнула дальше, проникая глубже.
– А вот здесь, на удивление, мясо есть, – Бран сжал его ягодицу, и Исайя вскрикнул, дернув бедрами. – М? Спортом занимаешься? – Сжав обе половинки ягодиц, он с силой нажимал и отпускал, оставляя следы на коже. От одной только этой манипуляции отверстие нервно сжималось и разжималось. Бран, должно быть, заметил это, но Исайе было все равно. Пылая от стыда, он схватил его за руку и прижал к собственному анусу, с трудом выговаривая:
– Бы-быстрее… – взмолился он голосом, готовым снова сорваться на рыдания. Бран, не колеблясь, ввёл в него один палец.
– Ах… – Внутренности словно ждали этого – мышцы тут же сжались, и они крепко обхватили палец. Исайя судорожно обнял Брана за шею и простонал. Вскоре добавился второй палец. Отверстие было уже достаточно податливым, но глубже внутри слизистая все еще ощущалась упругой. Когда Бран добавил третий палец, Исайя больше не мог терпеть. Он обвил ногой талию Брана и простонал:
– В такой позе я в тебя входить не буду.
"Тогда как?" – прочел Бран в глазах Исайи. Вместо ответа он взялся за плечи Исайи и снова уложил его на спину. Затем он приподнялся и открыл ящик прикроватной тумбочки. Внутри валялись лосьоны, кремы и прочие мелочи, оставленные предыдущими постояльцами. Поперебирав несколько флаконов, Бран выбрал масло для тела.
– "Масло из дамасской розы, выращенной в Болгарии. Может использоваться в пищу". Хм. – И действительно, стоило открыть крышку, как комнату наполнил густой аромат роз. Обоняние Исайи обострилось, и запах показался ему резким, даже навязчивым, но Бран ведь не собирался выливать весь флакон, так что это было неважно. Хотя, по правде говоря, сейчас ему было бы все равно, даже если бы Бран вылил все до капли.
– Ноги разведи, – скомандовал Бран, наливая масло в ладонь. Исайя тут же широко развел ноги. Согнув колени, он ухватился руками за ягодицы и раздвинул их, полностью открывая проход. Бран усмехнулся, глядя, как Исайя делает даже то, о чем его не просили.
– Какой послушный. – Он устроился между ног Исайи и тут же ввел блестящие от масла пальцы ему в анус. Вход был уже расслаблен, растягивать мышцы не требовалось. Вместо этого он щедро смазал все еще тугие внутренние стенки, а затем нанес масло и на свой член.
– Расслабься. Ты слишком напряжен, – с этими словами головка коснулась входа. От одного этого прикосновения у Исайи перехватило дыхание, а сердце заколотилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди.
Вскоре большой член начал медленно раздвигать узкое отверстие и входить внутрь. Тихий стон боли от того, как его насильно растягивали, сорвался с губ лишь в самом начале. Стоило ему полностью принять толстую головку, как все внутри затрепетало, требуя немедленно впустить и остальное.
– А-ах, м-м-мх… – простонал Исайя, обнимая Брана за спину и еще шире разводя ноги. Смазанное маслом отверстие сжималось и разжималось вокруг члена, издавая влажные, хлюпающие звуки. Это были жадные звуки поглощения мужского члена.