Моря здесь нет. Глава 269. Обреченная красота (2)
<предыдущая глава || следующая глава>
Когда Джу Дохва проводил время с Юнсыль, я всегда был рядом. Учитывая, что виделись мы трижды в неделю, от силы по паре часов, возможности побыть с ребенком наедине у него почти не было. Даже во время феромонотерапии я не отходил от них ни на шаг. Так когда же он успел рассказать ей про радугу?
— Секлет! — бросила Юнсыль обидное словечко, которое когда-то уже задело меня за живое.
— Ха-а, — растерянно выдохнул я, а она похлопала меня по плечу, прося спустить её на землю.
Выбравшись из моих объятий, малышка тут же повернулась к Джу Дохве и вежливо поклонилась:
Они обменялись приветствиями так непринужденно, будто делали это сотни раз. Конечно, они уже не были чужими, но я все равно задавался вопросом: и когда это они успели так сблизиться? И дело даже не в реакции самой Юнсыль. Лицо Джу Дохвы выглядело настолько умиротворенным и естественным, что я поразился, как мог не замечать этого раньше.
— Ты… — не успел я договорить, как Юнсыль потянула меня за руку.
— Посли сколее, папа! — позвала она меня, не переставая махать маленькой ладошкой Джу Дохве.
Пока малышка тащила меня за собой, Джу Дохва молча последовал за нами.
В самой терапии, как всегда, не было ничего особенного. Юнсыль удобно устроилась на кровати в глубине комнаты, а Джу Дохва медленно выпустил свои феромоны, подавляя железы ребенка. Если раньше малышка лежала в напряжении, испуганно хлопая глазами, то теперь спокойно смежила веки, словно приготовилась к сладкому дневному сну.
Комната быстро наполнилась запахом Дохвы, но меня это ничуть не пугало и не отталкивало. По правде говоря, его феромоны никогда не вызывали у меня неприязни. И не знаю уж, виновата ли в этом пресловутая природа вторичных полов, но, если начистоту, этот аромат был мне даже приятен.
— ...Всё готово, — прошептал Джу Дохва, оставив позади посапывающую Юнсыль. После сеансов она спала так крепко, что хоть из пушки стреляй — вряд ли проснется в ближайшее время.
За дверью дежурил лечащий врач, постоянно проживающий на вилле. По его словам, состояние дочки было гораздо стабильнее, чем мы опасались. Врач отметил, что проявление сущности, вероятнее всего, скоро завершится, причем быстрее ожидаемого. Если так пойдет и дальше, количество сеансов можно будет сократить.
Это же замечательная новость. Так почему вдруг стало так пусто на душе? Может, из-за того, что перед глазами упорно появлялась картина: они вдвоем, смотрящие друг на друга золотистыми глазами в полнейшей тишине.
После этого я занялся сбором хэхянчхо, посаженного на берегу. Стебли вымахали выше, чем я ожидал, но это было неважно. Бутоны еще не распустились, да и все равно пора было постепенно увеличивать дозировку других компонентов, а не этой травы.
Когда проявление Юнсыль завершится, наша привычная жизнь изменится. Мне придется закончить все дела, вернуться к дочке и наконец-то стать нормальным отцом. А для этого нужно было немного ускорить ход событий.
После того как Юнсыль проснулась, я еще долго играл с ней, дожидаясь возвращения Согён, чтобы попрощаться.
— Угу-у… — огорченно протянув, малышка крепко обхватила меня за шею и потерлась личиком о мой подбородок. — Плиходи, когда я посплю два лаза.
— Обязательно. Всего две ночи — и я вернусь.
Пушистые, как сладкая вата, волосы щекотали мне кожу. Нос уловил сладковатый аромат, и я уже не мог разобрать — пахнет ли так моя дочка или это остатки феромонов Джу Дохвы.
— А доктол? — спросила Юнсыль, отстранившись от меня, и посмотрела на Джу Дохву. Тот стоял неподалеку, сунув руки в карманы, но стоило девочке обратить на него внимание, как лицо его смягчилось.
— Да, доктор тоже скоро вернется.
Это прозвучало немного фамильярно, но ругать её я не стал. Глядя на то, как лучезарно она улыбается Джу Дохве, я не мог отделаться от мысли, насколько сильно она похожа на кое-кого. И это белоснежное, словно припудренное мукой личико, и разрумянившиеся щеки — вылитая копия одного знакомого мне ребенка.
Поэтому я так ничего и не спросил. Когда этот «доктор» успел рассказать про радугу? Как они умудрились так сдружиться за моей спиной?
То, как они смотрели друг на друга, выглядело так естественно, будто так и должно было быть с самого начала.
Тем же вечером мы отправились к Ли Юне. Как и в прошлый раз, она остановилась в отеле и, не проявляя ни малейшей настороженности, сразу открыла нам дверь. Её коротко остриженные волосы уже успели отрасти до плеч, но до былой длины было еще далеко.
— Значит, ты достал бухгалтерские книги?
Едва мы сели, Юна сразу перешла к делу. Конечно, мы были не в тех отношениях, чтобы обмениваться любезностями, но со стороны подобная прямолинейность выглядела чересчур холодной. Впрочем, меня такой расклад полностью устраивал.
— Хм, вот как? — усмехнулась Юна. Закинув ногу на ногу и подперев подбородок рукой, она понимающе прищурилась. — Да уж, давняя дружба — страшная сила.
Вряд ли дело было в привязанности. В обмен на гроссбухи я пообещал Линлин исполнить её желание. Хотя, если учесть, что возможность поговорить с ней появилась благодаря давней связи, крыть мне было нечем.
— Отличная работа, Юн Хэрим. Вот всё и закончилось.
На самом деле, это был не конец, а лишь начало. Даже получив бухгалтерские книги, я еще не решил, как именно пущу их в ход. Самое время было определиться с планом действий.
— Кто знает, как мне поступить? — задал я вопрос, но в ответ получил другой. Юна, чуть ли не напевая себе под нос, переспросила с таким видом, словно это её вообще не касалось:
— А чего хочешь ты сам, Хэрим?
Его спокойный ответ на мое замечание о том, что председатель не выглядит разозленным на «Кымро».
Выяснить истинное отношение председателя к «Кымро». А затем сделать так, чтобы он собственными руками слил компромат на них. В этом с самого начала и заключалась моя задача.
— Судя по тому, что я видел в «Океанах», теневые сделки «Кымро» держались в тайне от председателя Джу. Не знаю как, но он, похоже, обо всем догадался. Раз уж у меня на руках неопровержимые доказательства, попробую подтолкнуть его к тому, чтобы он избавился от «Кымро».
Именно для этого мне так были нужны бухгалтерские книги. Этот старый змей не пошевелит и пальцем просто по моей указке. Точно так же, как он затащил меня на материк, пообещав защиту, но при этом палец о палец не ударил, ограничиваясь совместными ужинами.
Но проблема заключалась в другом. Не в интригах против председателя и не в крахе «Кымро», а в человеке, который от этого пострадает.
— А как же ты, Юна… — начал я фразу, но слова застряли в горле. «Ты будешь в порядке?» — задавать этот вопрос было откровенно поздно. К тому же, даже если бы она ответила «нет», я бы всё равно не отступился от своего плана.
— Мне хватило одного раза, когда из-за нерешительности я потеряла всё, — ответила Юна на удивление бесстрастно. Она спокойно улыбалась и выглядела при этом безмятежно. — Я же говорила, что хочу, чтобы ты уничтожил «Кымро».
— Им изначально было не суждено стать такой крупной компанией, — продолжила она.
Слишком безжалостный вердикт для собственной семьи. Но, если подумать, Юна всегда вела себя так, словно ей было абсолютно плевать, что станет с «Кымро». Словно их крах вообще её не касался.
— Так что со мной всё будет хорошо, — подытожила она.
Эти слова должны были успокоить, но почему в них слышался трагичный надрыв?
И это было вполне естественно. Как бы сильно Юна ни ненавидела родителей, последствия падения «Кымро» неминуемо ударят и по ней. Её карьера, репутация, вся поддержка семьи — всё это рухнет в одночасье.
Тем более, та Юна, которую я знал, гордилась своей работой больше, чем кто-либо другой. Хоть она и выполняла родительские поручения с видом обреченной, но стоило заговорить об алкогольном бизнесе — её глаза загорались неподдельным энтузиазмом.
Неужели она правда смирится с потерей всего этого? Ведь даже тогда... даже если всё рухнет, погибшего любимого это не вернет.
— Ладно, вам пора. Как-то неловко так долго сидеть в гостиничном номере с бывшим женихом.
Пока я витал в облаках, нам указали на дверь. Юна имела в виду Джу Дохву, но и мне явно не стоило здесь задерживаться. Я неловко поднялся со стула, и Джу Дохва окликнул меня:
— Счастливо, — произнесла Юна, не вставая с места, и помахала нам рукой.
Я направился к двери вслед за Дохвой. Она явно не собиралась нас провожать, только добавила с легкой улыбкой:
На душе становилось всё тревожнее. Вроде бы та же самая Юна, но липкое чувство неправильности закрадывалось под кожу. Настолько, что я невольно выдавил из себя неуклюжее прощание, что было мне совсем не свойственно:
Но на эти с трудом выдавленные слова она ничего не ответила. Только пожала плечами со своей обычной легкой усмешкой. И это выглядело до странности многозначительно.
Спустя несколько дней я узнал, что Джу Дохва успешно вытащил Линлин. Бухгалтерские книги оказались у меня в руках, а саму Линлин спрятали в безопасном месте. Я попытался связаться с Ли Юной, чтобы сообщить ей эти новости, но почему-то она не брала трубку.