Жуки в янтаре. Глава 83
Светофор переключился на красный. Мэнни нажал на тормоз и, как бы напоминая, сказал:
– Я же предупреждал? Грейс точно снова отпустит какую-нибудь колкость в твой адрес. Но ты просто сделай вид, что не заметил. Пропусти мимо ушей, ладно.
– Вот и хорошо. Хоть какое-то облегчение.
По тому, как Мэнни искренне вздохнул с облегчением, было ясно – он действительно рад. Светофор загорелся зелёным, и машина тронулась. Исайя, облокотившись локтем о подоконник, спросил:
– Если я ей так не по душе, зачем вообще звала на ужин? Хотела расстроить желудок?
– Видимо, так ей посоветовал консультант. Сказал, что Честеру нельзя давать повода отвлекаться на что-то другое. Надо окружить его дорогими и любимыми людьми, чтобы провести с ними приятный вечер. А тут как раз Седрик уехал, вот она и решила, что момент подходящий.
– Лихорадочно старается, смотрю, – Исайя откровенно усмехнулся. – Я тебе так скажу: лучший вариант – отправить его в реабилитационный центр.
– Честер уже был на реабилитации.
– Значит, надо отправить ещё раз.
– Пока ещё не настолько всё плохо, – Мэнни отчаянно оправдывал Грейс. Она всё ещё верила, что Честер ограничится марихуаной и ЛСД. Ну, верить в это ее право, конечно, но сам факт, что ЛСД "можно", а кокаин и героин – "нельзя", был просто смешон.
Оба были людьми Честера. Славились скверным языком и жестокими выходками, а потому внутри организации имели сомнительную репутацию. Но Честеру они, как ни странно, нравились. Когда он надолго уезжал, мог спокойно оставить им ключи от своей квартиры, поручив выгуливать пса и следить за порядком. Наверное, ему льстило, что при нём они ведут себя так почтительно, словно язык во рту держат. Ну и зрение у него, конечно, никудышное, раз он так ошибался в людях.
На вопрос Исайи у Мэнни округлились глаза. А потом он вдруг кивнул, будто вспомнив:
– А, точно, тогда же ты был не в себе. В день, когда ты познакомился с Грейс, ты и Хейли тоже видел. На похоронах тёти Анджелины. Она – невеста Честера, дочь вице-президента AII.
– Точнее, это Грейс пытается их обручить, – но, судя по лицу Мэнни, у него были большие сомнения, что это вообще возможно.
И как только Исайя увидел Хейли, он сразу понял почему.
– Спасибо, что пригласили меня, миссис Каллиши.
– Ох, да бросьте, заходите. Ах да, мужу пришлось срочно уехать.
– Да, я слышала. Говорят, его друг скончался.
– Да, старые друзья, а так внезапно всё произошло. Муж тоже надеялся снова встретиться с мисс Конвелл. В любом случае, проходите.
Грейс радушно встретила Хейли. Едва заметно кивнув, она дала знак Честеру, который тут же подошел, чтобы принять у гостьи пальто, и с напускной учтивостью поздоровался:
– Давно не виделись, мисс Конвелл.
В отличие от позавчерашнего дня, Честер держался бодро, говорил непринужденно и выглядел полным уверенности. Правда, глаза у него были слегка затуманены, и было очевидно, что перед приходом он снова где-то успел затянуться.
Но это не имело значения. Даже пожимая руку Честеру, Хейли, стараясь не выдать себя, оглядывала комнату в поисках кого-то. И вот, когда запоздавший Бран вошел в столовую, Хейли внезапно залилась румянцем и первой заговорила:
– Мы снова встретились, мистер Уайзман.
– Прошла всего неделя. Как вы поживали, мисс Конвелл?
Бран снял пиджак и передал его слуге, затем протянул Хейли руку. Она, пожимая её, смущенно сказала:
– Можете просто звать меня Хейли.
Бран без колебаний принял её просьбу. Всего лишь назвал её по имени, но Хейли посмотрела на него так, будто он преподнес ей откровение свыше. Бран, заметив это, лишь мягко улыбнулся.
– А мне будет достаточно просто Бран.
– Бран… – почти в забытьи прошептала Хейли.
Бран сел на заранее подготовленное для него место – рядом с хозяином вечера. Сегодня хозяйкой вечера была Грейс, занявшая место, которое обычно принадлежало Седрику. Справа от Грейс сидел Честер, рядом с которым разместилась Хейли. Однако во время ужина она разговаривала гораздо больше с Браном, сидевшим напротив, чем с Честером, находившимся рядом.
Впрочем, дело было не только в расстановке. Как бы их ни рассадили, Хейли все равно бы искала возможности поговорить с Браном. Даже когда она с увлечением обсуждала театр с Грейс, внезапно обрывала разговор, чтобы спросить: "Кстати, Бран, а вы любите театр?" Или, беседуя с Честером о вине, вдруг вставляла: "Но, кажется, Бран больше любит виски, чем вино. Вы ведь почти не пьете вино, только виски?" Тем самым она естественно давала понять, что уже давно наблюдает за ним.
Тут уж даже трехлетний ребенок бы догадался: Хейли по уши влюблена в Брана. Даже Честер понял. Если сначала он всеми силами пытался завязать с ней разговор, то в какой-то момент просто заткнулся и принялся заливать в себя алкоголь.
Хотя, строго говоря, дело было не в Хейли. Ей было все равно. Честера убивало чувство собственной несостоятельности перед Браном.
Честер – ладно, от него такого можно было ожидать. Но вот поведение самого Брана оказалось неожиданным. Казалось бы, узнав, что Грейс видит в Хейли будущую невестку, он должен был бы держаться подчеркнуто официально. Однако вопреки ожиданиям он всегда с готовностью поддерживал её разговор.
Конечно, Бран всегда был человеком, вежливым с женщинами. Но это всегда выглядело как проявление элементарной учтивости. В его жестах и манере речи чувствовалась привычка, доведённая до автоматизма. Из-за этого он казался даже более отстранённым.
Но с Хейли всё было немного иначе. Нельзя было точно сказать, в чём именно разница, но, например, его улыбка казалась чуть теплее, а взгляд – слишком мягким, настолько, что это могло ввести в заблуждение. По крайней мере, Исайя был уверен, что обычный Бран так себя бы не вёл. Тем более в ситуации, когда Хейли буквально всем своим видом демонстрировала: "Я тобой заинтересована".
Сначала Исайя подумал, что Бран делает это специально, чтобы насолить Честеру. Но вскоре отверг эту мысль. Бран был не из тех, кто доказывает своё превосходство подобным образом. Особенно когда речь шла о Честере. Он и так знал, что ему не нужно с ним тягаться. Подобная игра попросту оскорбила бы Брана.
Скорее всего, причина была куда прагматичнее. Например, Седрик мог пообещать передать пост босса тому, кто станет зятем семьи Конвелл. Да, это казалось куда более вероятным. Человек, который ради задания скрывает свою личность и проникает в организацию, наверняка был бы готов на многое ради достижения цели.
Исайя решил оставить всё как есть. Не обращать внимания на то, о чём говорит Бран с Хейли, какие взгляды она ему бросает. Так он себя уверял.
Но ничего не вышло. В какой-то момент он поймал себя на том, что прислушивается к их разговору. Тем более что Хейли сидела прямо рядом, так что слышать было проще простого. А если чуть поднять голову – можно было увидеть и Брана. Улыбающегося не ему, а той, которая сидела рядом.
Но раздражало даже не это. Больше всего злило то, как он сам цепляется за каждое выражение лица Брана, за его интонации, за его жесты. И всякий раз, когда их взгляды так и не встречались, Исайя испытывал разочарование. И чем больше он разочаровывался, тем сильнее презирал себя за это.
Кажется, теперь он понимал, почему Честер напивается до беспамятства. Если бы Исайя тоже пил, то, вероятно, осушил бы уже три бутылки вина. С такой мыслью он продолжал жадно пить холодную воду, когда вдруг Грейс, словно что-то вспомнив, обратился к Хейли:
– Кстати, мисс Конвелл, вы ведь со всеми здесь уже знакомы? Мы же виделись на похоронах нашей тёти.
Бран и Хейли ещё не закончили разговор, но Грейс явно не могла больше терпеть и решила сама сменить тему.
– Ах, да, верно, – поспешила согласиться Хейли, будто только что осознав, что слишком долго была сосредоточена лишь на Бране. Затем она обратился к сидящему рядом с Браном Мэнни:
– Вы ведь Мэнни, верно? Слышал, что Честер вам больше всего доверяет.
После этого она поприветствовал Тэда и Эксли, а потом, увидев Исайю, воскликнула с особенно тёплой улыбкой:
– Исайя! В тот раз вы выглядели совсем плохо, сейчас всё в порядке?
– Да, спасибо, – коротко ответил Исайя.
– Вы тогда внезапно потеряли сознание, это было страшно! А когда Бран вас поднял и унёс, я удивилась ещё больше. Вы ведь высокий. Как он вас так легко поднял? Это не было тяжело?
И снова всё свелось к Брану. Но сейчас это было не так важно.
Я потерял сознание… И Бран меня унёс? Прямо во время похоронной службы? На глазах у всех?
Исайя не мог в это поверить. Он в оцепенении огляделся. Никто не смеялся, все молча кивали, будто действительно вспоминали тот момент. К сожалению, это оказалось правдой.
– Вы тогда нормально добрались до больницы? В субботу, кажется, работал только травмпункт, – с легкой обеспокоенностью спросила Хейли.
– Ах, ну это… – замялся Исайя, не зная, что сказать.
– Нет, больница была слишком далеко, поэтому мы поехали в ближайший отель.
– В отель?.. – переспросила Хейли.
– Да, в отель, – спокойно подтвердил Бран.