Провести черту
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 58. Обратная сторона сделки (4.9)
В той тесной комнате Хион не мог сделать абсолютно ничего. Казалось, прошли примерно сутки в этой ненавистной кромешной тьме, но Шед, который долго его избивал, так и не вернулся. Видимо, снаружи ситуация была не менее хаотичной.
Он попытался вспомнить, был ли в его жизни хоть один человек, которого он мог бы назвать «своим», но в голову никто не приходил. Единственный, на кого он когда-либо полагался, — Мак, но теперь он не был уверен, что может ему доверять. Мак принадлежал правительству. Разница между Шедом и Маком заключалась в том, что Шед следил за ним тайно, а Мак делал это открыто — его главной обязанностью было заботиться о нём и одновременно наблюдать.
В жизни, где у меня не было ничего, я думал, что он – единственный, кто сбизился со мной просто по зову сердца. Сколько бы стен я ни воздвигал, пытаясь отвергнуть такие отношения, каждый раз, приходя в себя, я видел, что он всё равно стоит рядом.
Но мне это не было неприятно. Напротив, именно потому, что это не было неприятно, я становился с ним ещё холоднее. Как люди жмурятся, когда солнечный свет внезапно заливает всё вокруг и слепит глаза, так и Хейвен был для меня слишком тёплым.
Кровотечение уже остановилось, но теперь тело начинало лихорадить. Он не спал с той ночи, когда узнал, что Хейвен может быть Блокером. После прибытия в Сидель его едва не погребло под обломками здания, а потом он выдержал жестокие побои от Шеда.
Но он понимал, зачем его оставили в таком состоянии, и не собирался проигрывать. Он знал, как побеждать. Шед наблюдал за ним, но и он наблюдал за Шедом.
Когда они были просто друзьями, он делал вид, что не замечает, но Шед имел совершенно ненужное, завышенное чувство собственного достоинства. Он не был ни особо способным, ни фанатично преданным тренировкам, ни даже особенно умным, но его самолюбие было настолько велико, что Хион мог разорвать его на куски, если бы захотел.
В любом случае, как ни поступи, в итоге меня изобьют. Так лучше уж раздавить ему эту чёртову гордость.
Его загнали в угол, но именно в такие моменты нужно сохранять ясность ума. Пусть даже он майор, но в армии, где всё решают приказы начальства, он не мог поступать с ним так, как ему вздумается. В худшем случае его бы просто пытали. Хион спрятал ледяное спокойствие за бесстрастной маской.
Государство не сможет отказать ему в праве оправдаться. Они вложили в его воспитание слишком много. Потратили слишком много времени и усилий, чтобы сделать его Мендером. Они не могут просто так убить его на основании косвенных улик.
Нужно подождать. Дождаться шанса. Хион, с трудом сдерживая жаркое дыхание, пытался успокоиться. Он хотел схватить Шеда за горло и свернуть его, но его тело было связано, и в этот момент он точно будет выглядеть как человек Баситрокса. Нужно выдержать. Выдерживать — это то, что он всегда делал.
Хион, пытаясь привыкнуть к темноте, сжал бессильные руки. Когда-то в его руке был брелок в форме гранаты, а теперь он валялся на полу. Ему казалось, что он слышит звук радио за стеной.
Щелчок. Только спустя долгое время послышался звук открывающегося замка двери. Хион знал, что кто-то войдёт, как только услышал шаги, но старался не реагировать.
В тишине и темноте он провёл долгие часы, не двигаясь. Однако, несмотря на это, он так и не смог полностью отдохнуть. Если бы Шед внезапно вошёл и дал ему снотворное, ему ничего не оставалось бы, кроме как сразу заснуть. Но он не хотел, этого. Он предпочёл бы, чтобы тот его пытал. С этой мыслью Хион отвернулся.
— Просто молчи. Даже рта не открывай.
Шед выглядел довольным. Он даже не закрыл за собой дверь. Хион, сохраняя бесстрастное выражение лица, внимательно оглядел его руки. Лекарства в них не было, но это не значило, что можно расслабляться.
Однако, напевая что-то себе под нос, Шед вдруг отошёл в сторону, освобождая пространство у входа. Внимательный взгляд Хиона тут же устремился в эту брешь. Что это значит? Вряд ли он предлагает выйти. Внезапно он почувствовал чьё-то присутствие — не Шеда, кого-то другого.
— Я хочу вас познакомить. Поздоровайтесь.
Петров? Или он привел какого-нибудь палача? Если такой извращенный человек, как Шед, возможно, сам представил бы меня Мендеру, чтобы насладиться моими страхом и болью. Сумасшедший ублюдок. Пока в голове пронеслись десятки догадок, в дверях показался человек, чьего появления Хион никак не ожидал.
Незнакомец вошёл внутрь и внимательно оглядел Хиона с ног до головы, даже кончики пальцев не оставив без внимания. Дотошный, почти педантичный взгляд остановился лишь тогда, когда Шед включил небольшой светильник.
Потрясённый, Хион застыл, не в силах отвести глаз. Хейвен тем временем сел напротив, с бесстрастным лицом глядя на него, а затем равнодушно перевёл взгляд на Шеда. В его выражении не было ни радости, ни беспокойства.
Хион уже видел этот взгляд. В тот день, когда его допрашивали и показали ту фоторгафию, которую Шед сунул ему в лицо как доказательство предательства. Холодный, отстранённый, сугубо деловой. Он и так почти онемел, проведя долгие часы в одной позе, но встретившись с таким чужим Хейвеном, почувствовал, как внутри всё окончательно замирает.
— Ну вот, все главные герои в сборе. Давайте-ка поговорим.
Шед вёл себя так, будто был искренне доволен. И, возможно, для него это действительно было радостное событие. Сын премьер-министра Баситрокса и шпион вражеского государства, сотрудничающий с ним. Двое сразу. Он, похоже, был убеждён, что этот день принесёт ему славу.
Почему он здесь? Если его тоже схватили, то почему он выглядит таким невредимым? В отличие от Хиона, чьё тело было покрыто сплошными ранами, на Хейвене не было ни единой царапины. Неужели он сам сюда пришёл? Заключил сделку? В конце концов, он сын премьер-министра, причём в политически нестабильной стране, так что Шед вряд ли мог бы так легко его покалечить.
Когда Хион посмотрел на него, Хейвен тоже взглянул на него, но больше ничего. В его взгляде не было даже намёка на те глубокие эмоции, которые он иногда позволял себе показывать. Он просто смотрел на Хиона, склонив голову набок, как на неодушевлённый предмет.
Значит, теперь ему больше не нужно притворяться? Хион заставил себя поднять голову, скрывая, как больно ему было видеть это лицо.
— Где вы впервые познакомились? — спросил Шед.
— Ты и так знаешь. В Уайт Форесте.
Но ответ Хейвена оказался другим.
— Где-то два года назад, если не ошибаюсь, первым меня нашёл именно Хион. Он сказал, что хочет бежать в Баситрокс.
…Что? Хион не поверил своим ушам. Я тебя нашёл? Я? Тебя? Два года назад он влачил жалкое существование в Уайт Форесте. С какой стати он бы пошёл к нему? Он что, спятил?
Хион повысил голос, но лицо Шеда, похоже, озарилось интересом, будто он услышал именно то, что хотел.
— Значит, с того момента Хион стал шпионом Баситрокса?
В отличие от Шеда, который выглядел заинтригованным, Хейвен едва ли не зевал от скуки. Зато Хион был готов просто взорваться. Этот ублюдок что несёт? По дороге сюда он головой ударился, что ли? Даже когда Шед избивал его до полусмерти, Хион не кричал, но теперь, заливаясь краской до кончиков ушей, заорал:
— Да ты ебанулся, совсем уже? У тебя с головой всё в порядке?! С какого хрена я вдруг стал шпионом?!
Он резко дёрнулся, будто собираясь встать со стула, к которому был привязан, но Хейвен лишь безразлично смотрел на Шеда. Более того, он даже ткнул в Хиона пальцем и спокойно спросил:
— Разве у этого парня нет моей зажигалки? Ее мне отец лично подарил.
Этого парня? Этого?! Хион, разинув рот, потерял дар речи. Казалось, его мозг вот-вот взорвётся. Он сказал, что я забрал зажигалку?! Да этот псих конченный! Какого хрена я должен знать, что она от его отца?! Он что, по дороге сюда не просто тронулся, а уже полностью свихнулся?!
Пока Хион был в шоке, Шед усмехнулся.
Если так пойдёт дальше, его точно обвинят в шпионаже. Хион, задыхаясь от гнева, стиснул губы, пытаясь прийти в себя, пока его желудок не выворачивало наизнанку.
— …Шед, да мы с тобой столько времени провели вместе. Думаешь, я бы не смог украсть у этого ублюдка какую-то зажигалку? Ты же сам понимаешь, что этого мало. Нужны настоящие доказательства.
На его сдержанный, но полных ярости ответ Шед лишь пожал плечами и повернулся к Хейвену.
— А какие именно данные передал Баситроксу Хион?
Ну вот, теперь ты хотя бы начал задавать нормальные вопросы. Хион продолжал тяжело дышать, пока Хейвен, будто раздумывая, на секунду не замолчал, а потом лениво пожал плечами.
Вот так, значит! Так вот оно как! Хион впервые понял, каково это — когда из тебя будто вытягивают душу. Он поклялся себе: если его объявят предателем и расстреляют, он убьёт этого ублюдка раньше.
Ты знал? Ты знал, что я Мендер?! Когда? Как?! Если уж этот сукин сын в курсе, то, может, об этом знают вообще все?
Хион подозревал, что его раскрыли, но одно дело догадка, и совсем другое — услышать это в лицо. От предательства его кровь забурлила с новой силой. Хейвен действительно знал.
Хион, потеряв дар речи от шока, вдруг резко сузил глаза и уставился на него с жгучей ненавистью.
— Откуда… ты, блядь, знаешь? Ты, здоровенная скотина… Развяжите меня, — Хион сказал ледяным, спокойным голосом. — Развяжите. Немедленно.
Ему нужно было врезать этому ублюдку. Срочно.
Он с силой дёрнул связанные запястья, так что кожа натерлась до боли, но это ничто по сравнению с предательством, разрывавшим его душу.
<предыдущая глава || следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма