Коррекция. Глава 49
< предыдущая глава || следующая глава >
От оглушительного звонка Чонмин, не открывая глаз, нашарил телефон. Он с трудом вытащил мобильник, который придавил собственным телом, и поднёс его к уху.
— Это телефон господина Шина? — раздался мужской голос. Он был тонкий и незнакомый. Чонмин взглянул на экран и удивился: высветилось имя «Джи Сухан». Он мгновенно проснулся и рывком сел.
Он уснул на диване сразу после разговора с Джухваном, поэтому спина немного затекла, но сейчас его гораздо больше волновало состояние владельца телефона.
— Кто это? Разве это не телефон Сухан-хёна?
— Ах, да, его. Мы сегодня выпивали с господином Чжи Суханом, и он сейчас совсем пьян... Все время зовет господина Шина... Вы не могли бы его забрать? Боюсь, я один не справлюсь.
— А, да. Понял. Диктуйте адрес.
Чонмин быстро записал адрес. Странно. Это был какой-то бар на окраине, а не то место, где они обычно ужинали с коллегами.
Может, корпоратив сегодня в другом месте? Да нет. Какая сейчас разница.
Чонмин схватил куртку и поспешно вышел из квартиры Сухана. К счастью, у дома сразу удалось поймать такси. Ехать пришлось минут тридцать. Учитывая, что на часах было два часа ночи, это означало, что бар находится на порядочном расстоянии. Больница и дом Сухана были совсем рядом, так почему бар оказался так далеко?.. Сплошные загадки.
К тому же, это оказался бар с приватными комнатами.
Неужели корпоратив был с обслуживанием? Странно. Хён ненавидит такие мероприятия и всегда их избегает. Что происходит?
Чем ближе Чонмин подъезжал к месту, тем больше росло недоумение.
Чонмин, следуя указаниям официанта, открыл дверь в нужную комнату и застыл от удивления. Он на миг задержал дыхание, захлебнувшись ударившим в нос мощным феромоном доминантного омеги. Затем быстро обвёл комнату взглядом.
Повсюду валялись пустые бутылки. За столом, уткнувшись в него лицом, распластался мужчина, а рядом, поспешно приводя в порядок одежду, нерешительно мялся омега-мужчина — источник феромонов.
И этого омегу Чонмин узнал. Это был тот самый доминантный омега, которого недавно привозили в больницу.
Чонмин мгновенно оценил ситуацию. Неясно, как так вышло, но корпоратив был лишь предлогом. Сухан выпивал со своим бывшим пациентом, доминантным омегой. И, возможно, они здесь занимались сексом.
Но зачем тогда было звонить мне?
Раз уж приехал, не бросать же его здесь.
— Тц, — цыкнув языком, Чонмин подошёл к Сухану, который, видимо, сполз на пол, и, взвалив его на себя, усадил на диван.
— Хён, Сухан-хён. Ты в порядке?
Судя по всему, он напился до беспамятства. Вид у него был ужасный. Аккуратная прическа, всегда идеально отглаженная одежда... всё было в полном беспорядке.
Чонмин спокойно поправил ему воротник и пиджак и начал искать сумку.
Доминантный омега окликнул его, но Чонмину было не до ответов. Нужно было как можно скорее увести отсюда Сухана. Жаркий феромон омеги, черт бы его побрал, начинал соблазнять и самого Чонмина. Каким бы равнодушным он ни был к омежьим ароматам, полной невосприимчивости у него не было. Столкнувшись со столь откровенным искушением, тело альфы невольно начинало реагировать.
— Вот, это... — омега протянул Чонмину сумку. — Мне так жаль, что мы встретились вот так... господин Шин.
Почему этот пациент встречался с хёном? Вряд ли, конечно, но… может, что-то случилось?
Чонмин решил, что все же обязан выяснить, что произошло. Он медленно выдохнул и посмотрел на омегу. Тот всхлипывал, утирая слезы.
— Я... я здесь работаю... Немного раньше господин Чжи Сухан пришел с другими врачами. Остальные... они ушли с омегами... А я остался с господином Чжи Суханом... Но он сказал, что с пациентами нельзя, и... просто пил, не останавливаясь...
Картина прояснилась. Чонмину захотелось отвесить себе пощечину за то, что он хоть на миг усомнился в Сухане.
Точно. Чжи Сухан никогда бы так не поступил.
Именно за это он и доверял этому человеку, за это и следовал за ним.
— Я… я выпил лекарство, но феромоны вышли из-под контроля…
Наверное, дешевый возбудитель, которым их пичкают в этом заведении.
Чонмин вздохнул, снова усадил Сухана на диван, вытащил бумажник и протянул омеге порошковый подавитель, который всегда носил с собой на всякий случай.
— Это экстренный подавитель. Через пять минут вам станет легче.
— Спаси... спасибо, — он осторожно принял порошок двумя руками, готовый разрыдаться.
Чонмин снова взвалил на себя Сухана.
— Спасибо вам и за тот раз. Вы мне так помогли... я смог благополучно выписаться, без всяких... последствий.
— Я лишь выполнял свой врачебный долг. Я попрошу официанта вызвать вам такси. Всего доброго.
Поддерживая Сухана, Чонмин выбрался из бара.
Он загрузил Сухана в такси, которое велел ждать, и сел рядом. Дверь захлопнулась. Чонмин приоткрыл окно. Запах алкоголя... и омежьих феромонов.
Наверное, он так напился, чтобы не поддаться этим феромонам. Поразительный человек.
Обратная дорога до дома Сухана показалась короче. Едва уложив все еще не пришедшего в себя хёна на кровать, Чонмин залпом выпил стакан холодной воды.
— Фу-х... — Он вытер губы и на мгновение прислонился к столу.
В последнее время Сухан вел себя совсем не как обычно, и это выводило из себя.
Да что, черт возьми, с ним не так? — думал Чонмин. — Или это просто... способ снять напряжение? А может, у него какая-то старая рана? Я ведь спрашивал, и он сказал, что все в порядке... но для "все в порядке" его как-то слишком долго штормит. Кстати, он и правда звал меня? Черт, надо было спросить. Хотя... странно, если звал. И не менее странно, если нет...
Чонмин взял еще один стакан холодной воды и подошел к Сухану. Будить его он не собирался, поэтому просто поставил стакан на прикроватную тумбочку и принялся стаскивать с хёна пиджак.
— М-м-м... — Сухан нахмурился и шумно выдохнул. В нос ударил густой перегар.
— Хён, ты проснулся? Выпей воды. Хён, — Чонмин позвал его еще раз, вглядываясь в лицо.
В тот же миг чья-то рука схватила его за предплечье и дернула на себя. Потеряв равновесие, Чонмин рухнул на кровать и стукнулся головой об изголовье. В ушах зазвенело. Он на секунду зажмурился, а когда открыл глаза, то ощутил, как на него давит тяжелая, удушающая волна феромонов.
Прямо перед ним, оседлав его бедра, сидел Сухан. Он смотрел на Чонмина абсолютно ясным, трезвым взглядом.
И он вовсю источал феромоны, провоцируя альфу Чонмина.
— Хён... Убери феромоны. Мне тяжело.
Чонмин с облегчением выдохнул, поняв, что Сухан его узнал. Он был уверен, что хён сейчас же сдержит свой давящий запах, но не прошло и пары секунд, как феромоны Сухана ударили по нему с новой, еще более агрессивной силой.
Не успел он выкрикнуть его имя, как язык Сухана вторгся в его рот.
— М-мпф! — Чонмин уперся руками, пытаясь оттолкнуть его. Он мотал головой, уворачиваясь от губ, жадно терзавших его рот, но Сухан был настойчив.
Сухан начал срывать с Чонмина одежду. Тот, выкрикивая его имя, бил кулаками по спине, но Сухан, казалось, даже не замечал этого.
Феромоны двух альф столкнулись с такой силой, что, окажись здесь омега, он бы, наверное, умер от одного этого давления. Агрессивный феромон Чонмина и полный вожделения запах Сухана смешались в удушающий коктейль, от которого у самого Чонмина перехватывало дыхание.
Но в битве феромонов ему не одолеть Сухана. Чонмин был альфой, близким к рецессивному типу, тогда как Сухан был почти доминантным. К тому же, победить пьяного альфу, в котором проснулись одни лишь инстинкты, было почти невозможно. А главное, Чонмин и не подозревал, что разница в телосложении окажется настолько критичной.
И все же он не собирался покорно принимать эту чудовищную ситуацию. Пусть в прошлом у него и был опыт близости с альфой, но Шину был последним. После него Чонмин ни разу ни с кем не был и даже не помышлял об этом.
Потому что... Пусть первый раз был не по его воле, он хотел, чтобы последним, кто к нему прикасался, остался Шину. Он не желал перекрывать эти воспоминания чьими-то чужими следами.
Чонмин сжал кулаки и снова попытался оттолкнуть Сухана. Попытка провалилась. Мысленно извинившись, он дождался, пока Сухан, стянув с него остатки рубашки, припадет к его груди, и что есть силы ударил его в солнечное сплетение.
Раздался глухой стук. Движения Сухана прекратились, и он со стоном обмяк, навалившись на Чонмина всем телом.
Чонмин отпихнул бесчувственное тело в сторону и скатился с кровати. Рука, которой он ударил, немела и саднела, пока он подбирал разорванную одежду.