Жуки в янтаре. Глава 66
– Почему вдруг? – Бран спросил, снимая пиджак от костюма.
Исайя замялся, не зная, что сказать, и в итоге просто отмахнулся:
– Да так… Вчера во время службы заметил, что ты хорошо знаешь молитвы.
Он не стал говорить прямо, что все из-за татуировки – казалось, Бран не слишком любит эту тему. Вчера он тоже как будто нарочно не дал Исайе разглядеть её получше.
– Седрик довольно набожный протестант. Да и кроме меня, почти все в организации ирландцы.
Впрочем, неудивительно. Ирландцы, похоже, считают естественным ходить в церковь всей семьёй на Пасху и Рождество. Семья Каллиши, несмотря на то, как их воспринимают со стороны, внутри себя твердо верит в какую-то чушь о наследовании духа традиционной ирландской нации, так что случаи, когда все члены организации участвуют в службе, как в этот раз, вероятно, не редкость.
– Да и не только поэтому, но молитвы я знаю более-менее.
– Детский приют, где я рос, принадлежал католическому фонду. Если пропустишь ученическую мессу в субботу – получишь штрафные баллы.
Исайя представил себе маленького Брана в белой рясе, следующего за священником. В этот момент официант принёс кофе. Бран добавил в эспрессо немного сахара и воды, сделал глоток.
Бран хвалил кофе впервые. До этого везде пил его без особого энтузиазма.
– А ты? – спросил он, ставя чашку.
– А… – Исайя чуть откинулся назад, расслабленно опираясь на спинку стула.
– Ну да, логично, ты же латино, – Бран кивнул, будто только что осознал очевидное. – А ты помнишь, как ходил в церковь?
– Ну... Даже если и бывал, какая в этом разница? Все воспоминания – подделка. Разве нет? – Исайя нарочно повторил слова Брана. Тот, конечно, понял, что это мелкое подначивание, но лишь усмехнулся и продолжил:
– Всё равно расскажи. Если ничего не помнишь, просто опиши образ церкви, который первым приходит в голову, – судя по тону, Бран не пытался вытянуть воспоминания всерьёз – скорее, просто убивал время в ожидании заказа.
Исайя снова перевёл взгляд на рождественскую ёлку за окном. Среди сияющих огней разноцветные украшения переливались мягким светом. Среди них были фигурка ангела и младенец, мирно спящий в колыбели.
Исайя, теперь с чуть более мягким выражением лица, сказал:
– Не знаю насчет церкви, но когда смотрю на рождественскую елку, почему-то чувствую легкое волнение..
– Это общее чувство для всех американцев. Религия тут ни при чём.
Исайя повернулся к Брану и посмотрел на него.
– Вчера в часовне я тоже не чувствовал какого-то дискомфорта.
Почему-то в глазах Брана мелькнуло удивление.
– Ну да. Хотя, если честно, мне просто было слишком плохо, чтобы вообще о чём-то таком думать.
Бран снова взял чашку с кофе. Возможно, потому, что он снял пиджак, его вид, сидящего у окна, залитого солнечным светом, в белой рубашке, с поднятой чашкой, был слишком элегантен. В этой спокойной, чуть возвышенной позе вдруг проступил неожиданный образ. Исайя, будто вспомнив что-то, произнёс:
– Ах, да. Ты ведь говорил про мессу. В тот момент мне вдруг представилось, как ты выглядел бы в одежде служки.
– Правда? – на лице Брана отразился немой вопрос: "С чего вдруг?"
– Просто, ты говорил, что посещал мессы в школьные годы, и я представил тебя подростком в одежде служки, идущего за священником. Хотя, если честно, лицом ты, наверное, выглядел так же, как сейчас.
Бран сделал глоток кофе и поставил чашку на стол.
– В средней школе я уже выглядел так же, как сейчас.
– Не может быть, – Исайя рассмеялся. – Но всё-таки должен же был выглядеть моложе. Думаю, тогда ты был ещё симпатичнее.
– Сомневаюсь, что была большая разница. Меня даже за студента университета иногда принимали.
– Да ну? Значит, я правильно тебя представил? Ты и правда когда-то был служкой?
– В самом деле? – Исайя удивлённо распахнул глаза, но в этот момент принесли еду.
Закуска состояла из жареных гребешков и кабачков. Сопровождающий их апельсиновый соус был одновременно освежающим и сладким, что определенно помогало пробудить аппетит.
Затем подали основное блюдо в небольшом горшочке. Услышав слово "колбаски", Исайя почему-то представил обычные франкфуртские сосиски, но на самом деле это были домашние колбаски с ярко выраженной мясной текстурой.
– Это вкусно, – кусочек стейка из дорадо, который Исайя попробовал у Брана, просто таял во рту.
Когда они вышли из ресторана после сытного обеда, включавшего сыр и десерт, на часах было чуть больше трех часов дня.
– Не опаздываешь? Ты же говорил, что с трёх работаешь.
Видимо, кто-то должен был связаться с ними онлайн, или, возможно, они планировали что-то вроде групповой видеоконференции. "Мафиози, а занимаются всякой ерундой", – подумал Исайя и сказал:
– Тогда я прогуляюсь и заодно осмотрюсь вокруг.
– Купи себе одежду. Я отвезу тебя туда, где много таких магазинов.
Бран нашёл кафе в относительно оживлённой части туристического района и припарковался на его стоянке.
– Ты будешь работать в этом кафе?
– Спасибо. Потрачу её с размахом, – помахав картой, Исайя вышел из машины. Он уже собирался покинуть стоянку, когда сзади раздался голос Брана.
Вместо ответа Исайя просто обернулся. Бран уже вышел из машины и, держа в одной руке пальто, направлялся к нему. Это было то самое пальто, что лежало на заднем сиденье.
– Морской ветер куда коварнее, чем кажется. Даже если ты не собираешься спускаться к пляжу, в таком виде тебе скоро станет холодно, – сказал Бран, накидывая пальто на плечи Исайе.
Золотые глаза Брана смотрели так тепло и заботливо, что смотреть в них прямо оказалось почти невыносимо. Исайя отвёл взгляд, делая вид, что поправляет рукава.
– Оно больше, чем я думал, – сказал Бран, увидев, что кончики пальцев Исайи едва были видны из-под длинных рукавов пальто
Исайя поспешно подвернул рукава. К счастью, длина пальто лишь слегка прикрывала колени, так что смотрелось оно неплохо. Несмотря на его объём, пальто оказалось удивительно лёгким, но при этом невероятно тёплым – едва накинув его, он тут же почувствовал, как тело согревается.
Тепло разлилось по телу, но почему-то отозвалось и в сердце. Чтобы скрыть дрожь в голосе, Исайя нарочито бодро взмахнул руками и сказал:
Выйдя со стоянки, Исайя пошел по дороге. Хотя это был оживленный район, это была очень маленькая деревня, и туристическая разработка началась только в последние несколько лет, так что она не могла сравниться с городом. Немногочисленные здания были заняты развлекательными заведениями, обычно встречающимися в туристических местах, а остальные были в основном ресторанами и барами. За десять минут ходьбы он увидел всего два магазина одежды: один был только с женской одеждой, а другой был закрыт в воскресенье.
"Интересно, тут хоть Walmart есть? Если да, можно вечером с Браном заехать и купить себе хотя бы пару футболок…"
Отказаться от шопинга было неплохим решением, но после этого он вдруг понял, что совершенно не знает, чем теперь заняться. Можно было бы вернуться в кафе, но слоняться там без дела рядом с работающим человеком и отвлекать его совсем не хотелось.
Кажется, он видел неподалёку тир. Может, пострелять для развлечения?
Как раз в тот момент, когда он собирался повернуть обратно, его взгляд зацепился за вывеску салона временных татуировок . В обычной ситуации он бы просто прошёл мимо, но, возможно, из-за увиденной у Брана татуировки, едва его глаза выхватили слово TATTOO, ноги сами понесли его внутрь.
Звон колокольчика возвестил о его появлении, и из глубины салона вышла женщина средних лет с дредами. На ней были перчатки – возможно, она как раз замешивала пасту хенны или работала с какими-то составами, потому что в воздухе витал резкий, характерный запах.
– Можно посмотреть? – спросил Исайя, указывая на эскизы, развешанные на стене.
– Конечно, выбирайте, – женщина добродушно кивнула. – У меня есть ещё здесь.
Она положила на стол перед ним толстую прозрачную папку. Это было её портфолио, аккуратно разложенное по зонам нанесения, так что просматривать его было удобно.
– Бона… Это ваше имя? – пробормотал Исайя, разглядывая подпись мастера.
– Ага, я Бона, – с улыбкой ответила она, стягивая перчатки.
– Круто. У вас много клиенток.
– Да, в основном женщины. Хенну обычно выбирают те, кто не хочет делать постоянное тату. К тому же, это туристический район. Если уж носить открытую одежду, то почему бы не добавить небольшой узор в качестве акцента? Многие приходят сюда спонтанно, даже если раньше не планировали.
Исайя понимал, о чём она говорит. Он и сам оказался здесь по чистой случайности, поддавшись внезапному порыву. Конечно, не из-за открытой одежды.