Провести черту
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 55. Обратная сторона сделки (4.6)
Даже если не думать о тех временах, дни, проведённые в болезни и одиночестве, сами собой всплывали в памяти.
Каждую ночь после выполнения работы Мендером он мучился. Последствия не проходили просто так, и Хион терпел. Он бил себя по голове или рвал на себе волосы, лишь бы выдержать.
В такие моменты он особенно остро ощущал, что рядом никого нет. И каждый раз напоминал себе, что он должен выжить сам! Он не хотел ни на кого опираться. Хотел выдержать всё в одиночку. Казалось, сам мир кричит ему, что это его судьба. Поэтому ему оставалось только держаться. Потому что другого выбора не было.
Но сегодня утром, глядя на Хейвена, который просто сидел рядом, ничего не говоря, Хион поймал себя на том, что его сердце уже тянется к нему. Его тепло тела, его запах — все это успокаивало. Голос, произносящий его имя, приносил облегчение.
По-другому и быть не могло. Он был слишком притягательным для Хиона. Рядом с ним он мог хорошо спать, боль утихала, и он всегда оказывался рядом в самый нужный момент. Он чуть не…, чуть не остался рядом с ним. Он чуть не отдал ему все свое сердце…
Но жизнь снова вернула Хиона к реальности.
Мысль о том, что Хейвен может быть Блокером, поразила его, словно ледяной душ. Осознание этого факта, пришедшее прошлой ночью, заставило его взглянуть на всё происходящее с новой точки зрения.
«Этот человек… знает ли он, что я — Мендер? Действительно ли наша встреча — просто совпадение? Как так вышло, что он появлялся в нужные моменты, спасал, утешал, помогал заснуть? Почему, подозревая всех, я ни разу не усомнился в нем?»
Осознав это, он только усмехнулся. Этот мужчина не мог подойти к нему просто ради тела. В этом мире у него был бесконечный выбор партнеров.
«Я сам хотел так думать. Раз он приблизился ко мне ради личной выгоды — значит, это не страшно? Если он хочет лишь этого, разве нельзя позволить? Разве нельзя немного перешагнуть черту? Разве нельзя заключить такую сделку? Разве нельзя хотя бы чуть-чуть ожидать чего-то? Разве нельзя, разве нельзя…»
И пока он тешил себя этими мыслями, Хейвен оказался уже слишком близко.
Если разобраться, было смешно чувствовать себя преданным.
Он не знал, зачем Хейвен скрывал, что тоже является Разделяющим воспоминания, но Хион ведь тоже не признался, что он — Мендер. Оба держали козыри при себе. Просто теперь, когда он узнал чужую карту, начал делать вид, будто жертва — только он.
— Понял. Возможно, с небольшим разрывом во времени так будет лучше и для них, и для тебя.
Еще до конца связи с Маком он уже окончательно решил, что пойдет один. Независимо от чувств, он не мог позволить, чтобы Лиам и Хейвен рисковали из-за него. Они все равно получили тот же приказ. Так что в любом случае поедут следующим поездом. Главное — сначала разделиться.
Хион, рассеянно уставившись на быстро проносившийся за окном пейзаж, машинально сглотнул, чувствуя, как во рту снова собирается слюна. Чувство потери от того, что он лишился своих любимых членов команды. Пустота от того, что снова позволил кому-то быть рядом и получил взамен предательство.
Хион не мог доверять людям, поэтому верил в вероятность. То, что в его жизнь, как Мендера, внезапно вмешался Блокер, не было судьбой. Это не было чьим-то личным желанием. Возможно, это была его миссия, или стратегия, или замысел правительства.
С каждым ударом сердца казалось, что внутренности опускаются к самым стопам, а затем возвращаются обратно. Будто воздуха не хватало, будто дышать было невозможно. Он вообще дышал? Хион с трудом проглотил все слова, что так и рвались наружу.
Как только он позволял себе испытывать надежду, она неизменно оборачивалась разочарованием и предательством. Жизнь в очередной раз кричала ему: не смей зазнаваться.
Хион никогда не пытался бороться со своей судьбой. Если правительство указывало путь, он шел по нему. Потому что иначе в его существовании не было бы смысла. Псу, у которого нет дома и который служит государству, не положено жить иначе. Поэтому и на этот раз он собирался покорно принять свою участь.
За окном стояла ясная погода, и кроме равномерного грохота колес о рельсы, не было слышно ни единого звука. Ни чужого голоса, хрипло предлагающего секс, ни приятного запаха его тела. Хион снова был один. Как всегда.
— Вам что-нибудь нужно?— спросил проводник спустя несколько часов.
— Нет, спасибо, — тихо сказал Хион, отказываясь от его предложения, затем перевел взгляд на расписание остановок, прикрепленное к стене рядом с дверью. Он уже проверял его раньше, еще до того, как связался с Маком. По расписанию поезд направлялся в Сидель. Вряд ли кто-то, кроме него, собирался выходить, но состав все равно должен был задержаться минут на десять для разгрузки.
Хион поднял с пола валявшуюся бутылку воды и сунул в карман сигареты со стола. Там же, в кармане, лежала зажигалка Хейвена, которую он так и не успел вернуть. Он медленно провел по ее краю большим пальцем.
Он не хотел больше ни о чем думать. Просто встретиться с Шедом, разобраться в ситуации, доказать свою невиновность и снова подчиниться приказу государства. Ему хотелось сосредоточиться только на этом простом плане.
Это были привычные слова, но с каждым разом в них становилось все больше правды. Он устал. Вымотался. Все, что происходило с ним, давило грузом на плечи, а будущее казалось размытым и мутным.
«А если тогда Хейвен говорил всерьез? А если бы я согласился сбежать? Что бы изменилось? Или это тоже было частью чьего-то плана? Чего он хотел добиться, когда подошел ко мне? Что пытался выведать?»
Хион закрыл сухие глаза. До Сиделя оставалось немного, и он хотел хотя бы ненадолго забыться.
Спустя час, проведенный в борьбе с хаосом в голове, он почувствовал, как поезд начал сбрасывать скорость. Они прибывали на платформу.
Хион поднял голову, которую до этого держал опущенной, и выпрямился. Он всегда был уверен в своих действиях. Жизнь без уверенности была для него невозможна. Такова была жизнь того, кто крал чужие воспоминания. Груз убеждений всегда давил на Хиона. И сейчас должно было быть так же. Он сжал кулак, и зажатая в нём зажигалка, нагревшись от тепла его тела, тоже стала тёплой.
— Песчаная буря слишком сильная.
Донеслись голоса людей, разгружавших товары с поезда. Скрыться от их взглядов и сойти с поезда, когда их было всего двое, не составило труда. Но войдя из поезда, Хион невольно нахмурился. Песка в воздухе было так много, что дальние предметы казались желтыми, и каждый вдох вызывал щекотку в носу.
Сидель лежал в руинах. В найденных записях он был мирным городом, утопающим в лесах и деревьях. Конечно, записи были десятилетней давности, так что он ожидал увидеть разрушения. Но реальность оказалась хуже, чем он предполагал.
Жёлтые песчаные вихри не успевали пролететь и квартала, как тут же закручивались снова, бурей налетая на улицы. Среди зданий вдоль дороги не осталось ни одного целого. Судя по всему, раньше перед вокзалом был рынок, но теперь улицы были завалены обломками прилавков и досок. Вонь от разлагающейся еды жгла нос. При каждом шаге крысы разбегались в узкие щели.
Обвалившиеся кирпичные стены, разбросанные разбитые машины — всё это сбивало с толку и не давало сориентироваться. Не сумев сразу решить, куда идти, Хион спрятался в тени здания вокзала, который мало чем отличался от заброшенного строения.
Как бы он ни просчитывал возможные варианты, другого пути не оставалось. Он должен был встретиться с Шедом и доказать свою невиновность, а затем лично связаться с семьями погибших товарищей. Ведь в том, что они ушли, была и его вина. Не в том, что он совершил ошибку, а в том, что он был их командиром — и это значило слишком многое.
Внезапно Хион подумал о Хейвене.
«К этому времени он, наверное, уже сел на поезд, уходящий из того города.»
Честно говоря, даже если Хейвен и был Блокером, для него это не несло угрозы. Скорее наоборот — возможно, он спал так спокойно рядом с ним, потому что тот умел блокировать проникновение в его память со стороны других Мендеров. То есть, если и был от этого какой-то эффект, то только положительный.
Напротив, осознание, что Хейвен, как и он сам, способен делить память с другими, должно было принести Хиону облегчение. За всё время работы Мендера он ни разу не встречал другого человека с такой же способностью. А теперь впервые узнал, что он не один.
Но всё изменилось. Всё усложнилось. Он начал полагаться на него. Искать его взглядом. Ждать его запаха, который приносил покой. Чувства, нарастающие в нём, уже нельзя было назвать просто облегчением.
Он был Мендером, а тот — Блокером. Их взгляды на мир отличались, и задачи у них были разные. К тому же, вероятность их случайной встречи была практически нулевой.
Когда снова начала подниматься волна чувства предательства, Хион покачал головой. Потом. Чуть позже.
В этот момент в поле его зрения вспыхнул белый свет. Он стоял в тени здания, так что это точно был не солнечный луч. Свет отражался от стеклянной поверхности, которую держал кто-то другой. Присутствие было очевидным.
Хион инстинктивно пригнулся. Пуля вонзилась в стену, к которой он только что прислонялся, от удара посыпались осколки камня.
Только что этот выстрел должен был попасть прямо ему в голову. Он не знал, кто держал его на прицеле, но тот явно не собирался его щадить.
Не скрываясь больше, он рванул в противоположную сторону, подальше от приближающихся шагов.
«Шед и Мак... Они выслушают меня. Я должен их найти.»
<предыдущая глава || следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма