Коррекция. Глава 68
<предыдущая глава || следующая глава>
Хённим, поспешно приехавший в родительский дом, старался сохранять спокойствие, говоря так, словно пытался убедить Чонмина признаться. Но, видит бог, Шин Чонмину нечего было рассказывать.
— Если ты ни при чем, то почему со стороны «Хёнджэ» вдруг заговорили о расторжении помолвки?..
Честно говоря, обиднее всего в этой ситуации было самому Чонмину. Хоть они и встречались всего около месяца, в больнице он вел себя достойно, и на паре свиданий за пределами клиники выкладывался на полную.
Может, проблема была в том, что они до сих пор ни разу не занимались сексом? Они ведь договорились сделать это во время его течки, но вместо этого он вдруг получил уведомление о разрыве.
— Тебе правда ничего не сказали?
— Нет. Я тоже в растерянности. С чего вдруг они так поступают...
— Попробуй позвонить ему, что ли.
Послушавшись брата, Чонмин со вздохом набрал номер. Разумеется, он был заблокирован. Чонмин включил громкую связь, чтобы дать брату послушать гудки, и поднял телефон.
— Похоже, с той стороны всё действительно кончено. Ещё до твоего приезда я пытался дозвониться несколько раз, но… соединения нет. Я не чувствую с их стороны ни малейшего желания разговаривать со мной.
— Вот как, понятно…… — Старший брат выглядел очень разочарованным. Вероятно, он уже распланировал множество дел, рассчитывая на связь с корпорацией «Хёнджэ Мульсан». Чонмина не радовала роль пешки в планах хённима, он всё равно чувствовал себя виноватым. Ему казалось, что всё это произошло из-за его собственной неполноценности.
— За что ты извиняешься? Если честно, я еле сдерживаюсь. Чего тебе не хватает, черт возьми, что всё так внезапно оборвалось?!
— Дорогой, успокойся. И дорённим, правда, не нужно брать вину на себя и извиняться, как говорит мой муж. На самом деле, грубияны здесь — это они… Видимо, вас ждет более достойная пара. Дорённим, не расстраивайтесь слишком сильно.
Единственное, что его беспокоило, — это мать. Всё-таки её сына уже дважды отвергли, так что её душевные страдания были вполне понятны. Как и ожидалось, она с самого начала не проронила ни слова, лишь обхватила голову руками и непрерывно вздыхала. Хёнсуним взглянула на Чонмина и жестом показала, чтобы он поднимался наверх, давая понять, что сама со всем разберется. Чонмин попрощался со старшими, встал и поднялся на второй этаж.
Ёнмин лежал на кровати и играл в телефоне.
— И это поза человека, который пришёл утешать?
— Ну, наверное, да. — Ёнмин, смущенно хихикнув, выключил игру и сел на кровати. — Не, ну серьезно, что стряслось? Почему они захотели расторгнуть помолвку?
— До расторжения помолвки дело не дошло, у нас даже церемонии не было, и официально ничего не объявляли.
— Шин Чонмин, но люди в наших кругах всё равно в курсе. «Хёнджэ Мульсан», небось, уже немало поимели с этого? Мы ведь не какая-то заурядная семейка. И они решили всё это бросить и расторгнуть помолвку? Значит, произошло что-то очень серьезное.
— Не знаю, что там за «серьезное» событие, но вряд ли это связано со мной. Я не делал ничего, что могло бы привести к такому.
— Ты, случайно, не импотент? Не встаёт? — Чонмин швырнул подушку в Ёнмина, который задал этот вопрос с абсолютно серьезным лицом. — Ай, за что?!
— Придурок. Мы хоть и братья, но следи за языком.
— Нет, ну если не это, то почему тебя бросили? Говорю не потому, что ты мой брат, но где сейчас в наших кругах найдешь такого альфу, как ты? Омеги в очередь выстраиваются, чтобы выйти за тебя, а этот берет и отшивает? Пак Сонджин, или как там его, Чонджин… он спятил? Или, может, нашел себе какого-нибудь крутого альфу из хост-бара? И поэтому сбежал под покровом ночи?
— Ёнмин-а… давай закроем тему. Всё уже кончено, я не хочу больше гадать, и уж тем более не хочу перемывать кости, опираясь на непроверенные слухи.
— Ой-ой, какие мы правильные! Скукотища!
Ёнмин постучал себя кулаком в грудь и снова плюхнулся на кровать.
— Кстати, у нашей мамы судьба тоже та еще злодейка. Всего двое детей, и ни один не может нормально жениться.
Что касается Чонмина — допустим, но Ёнмин сам закрутил узлы своей судьбы, и, похоже, даже не осознавал, насколько смешно звучат его слова. Чонмин не стал указывать на это. Ссориться с братом не хотелось.
— Нет смысла насильно удерживать то, что не суждено… это бесполезно, — с горькой усмешкой произнес Чонмин.
Разве это не была истина, которую он прочувствовал до глубины души ещё в детстве? Истина, которую он познал на собственном опыте после нескольких неудачных попыток.
И один из тех, кто был частью этого опыта, выходил из больницы, где работал Чонмин. Шину, заметив Чонмина, тоже удивился и на мгновение замешкался, но вскоре подошел с теплой улыбкой.
Чонмин несколько раз моргнул, чтобы удостовериться, действительно ли перед ним Ю Шину. Он даже подумал, что это не более чем иллюзия, но, увидев его, чуть более повзрослевшего, чем он помнил, внутренне усмехнулся, подумав, что не смог бы представить себе его с такой потрясающей детализацией.
— Так ты работаешь в этой больнице? А, точно. Эта больница принадлежит «Шинсон Групп». Я и забыл.
— Верно. Так уж вышло, что я здесь работаю.
— Часто слышишь разговоры, что тебя устроили по блату?
— А как же без этого. Слышал. Но что поделать? У меня ведь и способности есть.
Когда Чонмин пожал плечами, Шину рассмеялся вслух и похлопал его по плечу.
— Ты правда сильно изменился. В лучшую сторону.
Они провели вместе много времени, поэтому если он говорит, что Чонмин изменился, значит, это, должно быть, правда.
— А ты почему в больнице, хён? Заболел?
Встреча произошла возле отделения терапии, и, судя по тому, что его принимал лично профессор, проблема могла быть серьезной, поэтому Чонмин спросил с осторожностью.
— А, нет. Местный профессор Квак — мой наставник еще со времен стажировки в Штатах. Зашел поздороваться. Ну и заодно провериться, а то ломота в теле замучила.
— Как говорится, сапожник без сапог.
На слова Чонмина Шину снова рассмеялся и легонько хлопнул его по спине.
— Раз уж мы встретились, может, выпьем кофе? У тебя есть время?
Чонмин повел Шину в кофейню на втором этаже больницы. К счастью, людей было немного, и можно было спокойно поговорить.
Когда Чонмин вернулся с айс-американо и сел, Шину принялся пристально его разглядывать. От этого взгляда стало неловко, и Чонмин, отвернувшись, спросил:
— Думаю о том, как хорошо ты вырос. Наш Чонмин-и.
— Хён… Мне тридцать лет. Не обращайся со мной как с ребенком.
— Но странное дело, для меня ты всё тот же, что и в средней школе.
— Хм… Может, потому что тогда мы могли жить, не думая о будущем?
Ю Шину был прав. Это было время, когда они могли отбросить в сторону мысли об альфах и омегах, о будущих мечтах и прочем, и втроём беззаботно веселиться и болтать, будучи счастливыми.
— Удивительно видеть тебя здесь.
— Я тоже удивлен. Не думал, что снова увижу тебя, хён, — сказал Чонмин и тут же пожалел. Фраза могла прозвучать двусмысленно, поэтому он поспешил добавить: — Нет, я не в том смысле! Просто… после того, как мы расстались, я не думал, что мы снова сможем вот так разговаривать. Поэтому и сказал.
— Я не подумал ничего такого. Столько времени прошло, естественно, всё это осталось в прошлом. Не думаю, что сейчас это имеет значения. До меня дошли слухи, что ты встречался с очень многими омегами?
— Эм… — Чонмин хотел возразить, но соврать не получилось, ведь это была правда и он с трудом кивнул.
— И еще слышал, что у тебя скоро свадьба.
«Похоже, обновленная информация до него еще не дошла.»
— Сказать «расторгнута» даже как-то неловко, мы ведь толком и не обручились… Но другая сторона предложила считать, что ничего не было, и мы решили так и поступить.
— Почему тебе жаль, хён? Всё в порядке. У нас не было таких уж глубоких отношений.
— И всё же… любые отношения значат что-то. И если дело шло к свадьбе, значит, была вероятность, что вы станете судьбой друг для друга. Когда рушатся отношения, которые должны были стать судьбой, даже если вы просто ненадолго соприкоснулись жизнями, это неизбежно оставляет рану.
Чонмин подумал, что такое мягкое утешение очень в стиле Шину. И он был прав. Пусть это не было глубокой скорбью, но внезапная пустота всё же ощущалась. Получив уведомление о разрыве, на следующий день он пришел в больницу и узнал, что тот человек уже подал заявление об увольнении и исчез, так что они даже не увиделись напоследок. Пусть между ними «ничего не было», но оставалась досада: неужели нельзя было расстаться по хорошему? С другой стороны, если тот боялся, что Чонмин начнет требовать объяснений, то такой побег можно понять… Но то, как он поспешно всё свернул и сбежал, словно преступник, наводило на мысль: может, он действительно в чем-то провинился?
— Не переживай. Хороший человек обязательно появится. Тот, кто полюбит тебя, точно существует.
"Какова вероятность, что тот, кто мне нравится, полюбит меня в ответ? И какова вероятность, что я полюблю того, кому нравлюсь я?»
Ю Шину знал, что такое совпадение — чудо, которое случается реже, чем выигрыш в лотерею, но сейчас это было единственное утешение, которое он мог предложить Чонмину.
Как раз в тот момент, когда Чонмин собирался спросить, не встречается ли он с кем-нибудь, в кафе вошел врач и окликнул Чонмина.