Изетов Р.А. Белый террор в Феодосийском уезде в марте-апреле 1919 года по материалам «Известий Феодосийского военно-революционного комитета»
Библиографическое описание: Изетов Р.А. Белый террор в Феодосийском уезде в марте-апреле 1919 года года по материалам «Известий Феодосийского военно-революционного комитета» // Феодосия. История, События. Судьбы. Народная тропа памяти. / Феодосийская организация РОО Русская община Крыма, общественный совет «Храни и помни». Феодосия, 2026. С. 94-108.
С. 94
Руслан Изетов, студент Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского
После занятия Феодосии частями РККА 21-22 апреля 1919 г. представители Феодосийского военно-революционного комитета (далее – ревкома) принялось к сбору данных об актах белого террора. Результаты были опубликованы в «Известиях Феодосийского ВРК».
В номере «Известий Феодосийского ВРК» от 4 мая 1919 г. впервые появляется информация о создании по постановлению Феодосийского ревкома «Комиссии для расследования убийств, грабежей и насилий, имевших место в г. Феодосии и окрестностях в апреле сего года» при участии иностранных консулов. Также газета сообщает: «Комиссия просит всех пострадавших, их родственников, а равно очевидцев сообщить имеющиеся у них сведения в здание Феодосийской Городской Управы» [1].
Одним из результатов деятельности данной комиссии можно считать публикацию в №9 «Известий Феодосийского ВРК» от 7 мая 1919 г. списка заключенных Феодосийского тюрьмы, расстрелянных в ночь с 27 по 28 марта 1919 г., состоящий из 24 человек [2]. Следует отметить, что данный акт белого террора произошел в тот период, когда Крым был отрезан
С. 95
по суше Красной Армией от остальных территорий, занятых Вооружёнными силами Юга России (далее по тексту – ВСЮР), и наступление советских частей на полуострове было лишь вопросом времени. Социальный состав расстрелянных был следующим: 10 мещан, 8 крестьян, 4 человека неизвестного классового происхождения (2 гражданина, 1 человек без каких-либо обозначений, 1 турецкий подданный), 1 казак, 1 магометанин (мусульманин). 13 расстрелянных являлись выходцами из Крыма (11 из них – выходцы из Феодосийского уезда), остальные фигуранты списка имели внекрымское происхождение. Среди
С. 96
расстрелянных фигурировал М. Ф. Барсов – бывший комендант Феодосии в первый период советской власти в Крыму (январь-апрель 1918 г.).
Заявления от местных жителей комиссией принимались с 4 до 15 мая включительно [3]. Таким образом, весь материал был собран за 9 дней.
В №22 «Известий Феодосийского ВРК» от 24 мая 1919 г. сообщалось: «Заслушав доклад т[оварища] Дворецкого о собранном ценном материале о зверствах и насилиях, учиненных белогвардейскими бандами над мирными жителями, военно-революционный комитет постановил: Материал комиссии по расследованию зверств, учиненных белогвардейскими бандами, широко распространить через местные органы печати, перевести на английский и французский языки и доставить судам, стоящим на рейде. Делегировать т[оварища] Дворецкого в Симферополь, Киев и Москву с ценным материалом» [4].
Как следует из №24 «Известий Феодосийского ВРК» от 27 мая 1919 г., данный доклад был заслушан 21 мая. В этом же номере газеты разъясняются причины создания комиссии, и ее состав: «Комиссия эта составлена таким образом, что заподозрить ее в пристрастии абсолютно не приходится. Она состоит из быв[вшего] городского головы, быв[вшего] председателя городской думы, быв[вшего] председателя съезда мировых судей итальянского консула, швейцарского консула одного представителя революционного ко-
С. 97
митета. Комиссия работала совершенно независимо, даже без какого либо определенного плана, выезжая на места и выслушивая потерпевших и свидетелей. Справедливость требует еще отметить, что инициатива расследования совершенных зверств исходила с е одновременно, как от революц[ионного] комитета, так и от представителей бывшего городского самоуправления и иностранных консульств. Члены комиссии подчеркивали, что ими, в предпринятой на себя работе по расследованию руководит одно лишь желание – оградить мирное население от ужасов, не вызываемых военной необходимость.
Из всего этого ясно, что заподозрить комиссию в каком бы то ни было пристрастии или сгущении красок – не приходится» [5].
Известно, что по итогам выборов в городскую думу Феодосии городским головой Феодосии был избран присяжный поверенный беспартийный Николай Михайлович Николаенко, председателем городской думы стал кадет Аарон Яковлевич Крым, являвшиеся представителями думского «центра» [6]. Вероятно, именно А. Я. Крым и был «бывшим председателем городской думы». Участие Н. М. Николаенко в деятельности
С. 98
комиссии подтверждается в книге Ф. С. Загородских «Борьба с деникинщиной и интервенцией в Крыму». В ней также сообщается об участии в деятельности комиссии Л. Д. Гричука в качестве председателя съезда мировых судей [7].
Ф. С. Загородских также обнаружил протокол комиссии от 17 мая, в котором говорилось следующее: «Заканчивая настоящим протоколом свое производство по расследованию насилий, грабежей и убийств в городе Феодосии и окрестностях, мы нижеподписавшиеся считаем необходимым заявить, что принимали участие в работах комиссии, руководствуясь исключительно целью оградить мирное население нашего края от жестокости и насилий, не вызываемых военной необходимостью. Мы верим, что эти факты должны сделаться известными всему высшему командованию воюющих стран, побудят их принять меры предотвращения повторений подобных печальных явлений в будущем» [8]. Из данного отрывка мы можем сделать вывод, что окончательно расследование комиссии прекратилось 17 мая – спустя 2 дня после окончания приема заявлений от жителей уезда.
В этом же номере газеты имеется первая публикация протокола данной комиссии, где мы впервые встречаемся с ее полным официальным названием – «Комиссией по расследованию белогвардейских зверств в Феодосийском уезде». Из этого протокола следует: «2 мая 1919 года Комиссия в составе: пред-
С. 99
седателя военно-революционного комитета, председателя феодосийской городской думы, феодосийского съезда мировых судей, при участии итальянского консульского агента и швейцарского консульского агента и священника греческой церкви г. Феодосии — производила допрос свидетелей и потерпевших по делу об убийствах, грабежах и, насилиях, произведенных в местностях Курбаш (совр. Виноградное муниципального округа Феодосия – Р. И.) и Ламбире близ г. Феодосии». Стоит отметить, что в тот момент этот пост занимал Хаим Мордухович Гильдин, в связи с чем можно предположить, что именно он являлся представителем ревкома в комиссии [9].
В данном номере газеты представлен протокол расследования акта Белого террора, произошедший 6 апреля в селе Курбаш. Необходимо отметить, что
С. 100
двумя днями ранее, 4 апреля, РККА совершила прорыв позиций ВСЮР и греческих войск на Перекопе, и вело бои в районе Ишуньских позиций и Сивашского залива, тем самым мы наблюдаем, что в очередной раз акт террора произошел после крупного поражения белых сил. Как следует из протокола, преступления совершались чеченцами, являвшиеся представителями ВСЮР численностью в 40-50 человек солдат, руководимых двумя офицерами. Основные действия солдат ВСЮР, о которых свидетельствовали очевидцы, являлись грабежи, избиения, убийства и изнасилования женщин. Общая численность убитых составила 15 человек, изнасилованных – 6. Необходимо отметить, что по свидетельствам большинства опрошенных местное население войскам ВСЮР сопротивление не оказывало. Одна из опрошенных, 24-летняя садовод Мария Савельевна Семерджи, недоумевала: «чем была вызвана такая расправа, мне неизвестно» [10].
В №25 «Известий Феодосийского ВРК» от 28 мая 1919 г. опубликован протокол расследований акта Белого террора на хуторе Ламбиров (ныне не существует), расположенного на расстоянии 2 верст (около 2 км) от Курбаша. Расследование проводилось также 2 мая. Расправы и грабежи продолжались с 5 по 7 апреля. Контингент участников преступлений вырисовывается более широким, чем в прошлом случае – помимо «белочеченцев» в расправах участия принимали казаки и непосредственно офицеры. В данном поселении террор приобрел большие масштабы – помимо ранее
С. 101
перечисленных действий участники разбоя также занимались поджогами жилых домов, при этом позволяя местному населению заниматься тушением жилищ только после уплаты денег. Известны фамилии двух офицеров, участвовавших в разбое – Зарудский, который, судя по воспоминаниям Петра Ивановича Петрова, принадлежал к составу штаба ВСЮР в Насыпкой (совр. Насыпное муниципального округа Феодосия), и Иванов. Дальнейшее изучение документации ВСЮР, возможно, приведет к выявлению больших данных об организаторах разбоя в Ламбирове. Общая численность убитых составила 12 человек (из них 7 детей), имеются данные об одном случае изнасилования. Также необходимо отметить, что в протоколе сообщается о 17 сожженных постройках [11].
В №26 «Известий Феодосийского ВРК» от 29 мая 1919 г. опубликован протокол расследования расправ, произошедших 27 апреля в деревне Дальние Камыши (ныне не существует, входит в пгт. Приморский муниципального округа Феодосия). Необходимо отметить, что, в отличие от инцидентов, разобранных ранее, данный акт белого террора произошел уже в период начала боев на Ак-Монайском перешейке и силы ВСЮР попали в село после боев с Красной Армией, что, безусловно, необходимо учитывать при анализе имеющихся данных. К сожалению, часть информации, приведенная в газете, оказалась утрачена из-за плохого состояния документа, что не позволяет прочитать некото-
С. 102
рую часть текста. Характер разбоев схож с прошлыми случаями (но отсутствуют поджоги домов), однако грабежи в Дальних Камышах происходили с большей ожесточенностью, чем в Курбаше и Ламбирове. Из сохранившегося текста известно, что в результате разбоя погибло 10 человек [12].
В этом же номере сообщалось о грабежах белых в Феодосии, однако из-за плохой сохранности текста его анализ невозможен [13].
В №29 «Известий Феодосийского ВРК» от 1 июня 1919 г. опубликованы протоколы комиссии, связанные с расследованиями расстрела 24-х заключенных в ночь с 27 на 28 марта (список жертв данного расстрела был опубликован в газете ранее, о чем автор упоминал). Допрос очевидцев расстрела производился 4 мая. Из показаний члена караульной команды Арсентия Ивановича Дубинина следует, что вывод заключенных из тюрьмы и их последующий расстрел произвел отряд из 20 человек, среди которых были 4 офицера сводно-гвардейского полка и автобронированного дивизиона. Также из данных показаний известно, что участниками отряда был подпрапорщик Глонти. Этот отряд произвел арест караульной команды (включая и А. И. Дубинина), и капитан отряда объявил о том, что они пришли взять из тюрьмы 24 заключенного и выпустить их в связи с угрозой скорого прихода большевиков в город. Из показаний А. И. Дубинина и остальных допрошенных известно, что убитые были сильно
С. 103
изуродованы в результате частичного расчленения тел, изуродования лиц, проломов черепов и огнестрельных ран. Как свидетельствовал смотритель кладбища Андрей Ильич Деревянко: «смотреть долго не мог, мне стало нехорошо» [14]. 19 убитых были захоронены на территории нынешнего Феодосийского старого кладбища.
В этом же номере был опубликованы протоколы расследования в с. Насыпкой, проходившего 11 мая. Из опросов свидетелей следует, что утром 5 апреля приблизительно в 500 метрах от села действовала
С. 104
группа вооруженных лиц с красным флагом, состоявшая приблизительно из 50 человек и именовавшая себе 1-м революционным полком. Одновременно в Насыпкой вошел 2-й конный полк ВСЮР, скорее всего, с целью борьбы с партизанами. Полк пробыл в селе до 7 апреля [15].
Из данного протокола также следует, что в селе были похоронены 2 офицера ВСЮР, убитые, со слов Петра Петрова, в садах Ломбирова. Эти смерти могли быть связаны либо с действием 1-го революционного полка, либо с сопротивлением жителей Ломбирова присутствию ВСЮР в хуторе.
К сожалению, вторая часть протокола, связанного с событиями в Насыпкое, была опубликована в следующем номере «Известий Феодосийского ВРК», который на данный момент не обнаружен, что не позволяет нам в полной мере изучить материалы комиссии, связанные с белым террором в данном селе. Однако уже имеющиеся данные позволяют нам сделать вывод, что в Насыпкое было убито, по меньшей мере, 5 человек [16].
Последствия белого террора в Феодосийском уезде были крайне тяжелыми для жителей пострадавших сел, о чем мы также можем свидетельствовать из материалов газеты. Так, в №15 «Известий Феодосийского ВРК» от 15 мая 1919 г. сообщалось: «Следственная комиссия обратилась в отдел призрения с представлением, в котором указывается на бедственное положение поселков: Курбаш, Ломбиров, Дальние Камыши,
С. 105
Насыпкой, особенно пострадавших от добровольческих зверств.
Огромное количество крестьянских семейств осталось под открытым небом, многие семьи с 5-6 малолетними детьми лишились кормильцев, зверских убитых белогвардейцами.
Отделом призрения приняты активные меры помощи пострадавшим. Круглые сироты помещаются в приюте. Оставшиеся без крова размещены по квартирам, и им оказывается посильная помощь» [17].
Необходимо обратить внимание и на сообщение в газете, напечатанное 28 мая: «Несмотря на то, что Отделом социального обеспечения были посланы особые работники в окрестности Феодосии и дер. Дальние Камыши для оказания помощи пострадавшим от добровольческих банд и для «подбирания» всех сирот очутившихся благодаря пожарам и разрушительному огню с англо-французских судов, без крова и хлеба, отдел считает оказанную помощь недостаточной. Жители пострадавших местностей разбежались по многим деревням и там вынуждены голодать или жить подаянием. Отдел социального обеспечения просит всех лиц и учреждения, могущих помочь делу оказания помощи и собирания разбежавшегося населения окрестностей Феодосии, Ламбирова, Дальние и Ближние Камыши предоставлять сведения в отдел» [18].
В ноте правительства Крымской ССР странам Антанты с протестом против интервенции от 3 июня 1919 г.
С. 106
содержатся упоминания о расстрелах в Феодосийском уезде: «Временное рабоче-крестьянское правительство заявляет, что согласно данным, обнаруженнымкомиссией по расследованию убийств, грабежей и насилий, выяснилось, что союзное командование было участником тех печальных событий, которые имели место в дни пребывания добрармии в Феодосии.
В дер. Куру-Баш (она же Курбаш – Р. И.) убивали, грабили, насиловали греческо-подданных в то время, когда на рейде стояли греческие суда, командование которых также было осведомлено о происходящем в городе и окрестностях. Между тем отряды добрармии, убивавшие, грабившие и насиловавшие мирное население, стремительно отступали от Симферополя и задержались под Феодосией исключительно благодаря прикрытию союзников и по их приказу. Таким образом, союзное командование отказало в защите населению, защищая добровольцев, совершающих эти насилия. <…>
Между тем, как установлено комиссией, по единодушному показанию опрошенных свидетелей в дер. Дальние Камыши, успехи сводились к тому, что отряд добрармии под прикрытием огня союзных судов совершил набег на мирное население деревни. Причем была вырезана значительная часть жителей, и вся деревня была разграблена. Все это происходило на берегу моря, в пяти верстах от места стоянки союзной эскадры, у нее на виду. <…>
Убийства, грабежи и насилия производились в местностях Куру-Баш и Ламберово, близ Феодосии 6 апре-
С. 107
ля с. г. Убийства, грабежи и насилия производились в селении Дальние Камыши 27 апреля с[его] г[ода]» [19].
Известно, что в Курбаше было убито как минимум 2 греческих подданных, что позволяет говорить о том, что информация Крымского советского правительства, как минимум, отчасти правдива и взята из протоколов феодосийской комиссии [20]. Остальные приведенные данные из документа также позволяют нам сказать о том, что правительство Крымской ССР было ознакомлено с протоколами комиссии, что говорит об успешном прибытии миссии Дворецкого Симферополь.
Следует сделать несколько выводов. Во-первых, на основании имеющихся данных есть возможность восстановить имена и фамилии нескольких членов комиссии: Х. М. Гильдин (председатель ревкома), А. Я. Крым (кадет), Н.М. Николаенко (беспартийный прокадетской ориентации). Материалы комиссии показывают, что с 27 марта по 27 апреля 1919 г. в Феодосийском уезде военнослужащими ВСЮР были убиты 66 человек. Всплеск насилия был вызван несколькими факторами: 1) военными поражениями ВСЮР в Северной Таврии и угроза возможной эвакуации белых сил из Крыма; 2) присутствием в уезде частей, состоявших из представителей народов Кавказа и казаков, которые были более склонны к разбоям и грабежам (нежели
С. 108
иные белые подразделения) в силу их нахождения вне родных земель; 3) действиями красных партизан возле Феодосии.
Последствиями белого террора явился коллапс социально-экономической жизни пострадавших сел, что стало одной из проблем советских учреждений в Феодосийском уезде. Достоверность приведенных комиссией видится достаточно высокой, так как были допрошены непосредственные свидетели, имена большинства жертв были выявлены и опубликованы в протоколах. В пользу достоверности материалов также говорит многопартийный состав комиссии. Необходимо учитывать данные этой комиссии, для наиболее точного подсчета жертв белого террора в регионе.
[1] «Известия Феодосийского ВРК», №7, 4 мая 1919 г.
[2] «Известия Феодосийского ВРК», №9, 7 мая 1919 г.
[3] «Известия Феодосийского ВРК», №15, 15 мая 1919 г.
[4] «Известия Феодосийского ВРК», №22, 24 мая 1919 г.
[5] «Известия Феодосийского ВРК», №24, 27 мая 1919 г.
[6] Бобков А. А. Разворот солнца над Аквилоном вручную. Феодосия и Феодосийцы в Русской смуте. Год 1918. / А. А. Бобков. – Феодосия-Симферополь: Издательская фирма «Оригинал М», 2008. 384 с. С. 312, 355; Чемакин А. А. Выборы в городские думы Крыма в январе-феврале 1919 г.: избирательный закон, кандидатские списки, общие итоги // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Серия «Исторические науки». 2023. № 1. С. 134-150. С. 142.
[7] Загородских Ф. С. Борьба с деникинщиной и интервенцией в Крыму. Симферополь: Крымгиз, 1940. 136 с. C. 88.
[8] Там же.
[9] «Известия Феодосийского ВРК», №24, 27 мая 1919 г.
[10] Там же.
[11] «Известия Феодосийского ВРК», №25, 28 мая 1919 г.
[12] «Известия Феодосийского ВРК», №26, 29 мая 1919 г.
[13] Там же.
[14] «Известия Феодосийского ВРК», №29, 1 июня 1919 г.
[15] Там же.
[16] Там же.
[17] «Известия Феодосийского ВРК», №15, 15 мая 1919 г.
[18] «Известия Феодосийского ВРК», №25, 28 мая 1919 г
[19] Борьба за Советскую власть в Крыму: Документы и материалы. Т. 2. Симферополь: Крымиздат, 1961. С. 173-174.
[20] «Известия Феодосийского ВРК», №26, 29 мая 1919 г.