Не заполучишь главную роль - умрёшь. 95 глава
95 глава - Возвращение блудного сына (2)
По мере приближения к замку, ярко-белые наружные стены и остроконечные голубые башни со шпилями казались всё более вытянутыми и огромными.
Когда я подошёл к рыцарям, у которых когда-то усердно наращивал уровень благосклонности при помощи капустной кассероли, и с простодушным блеском в глазах стал расспрашивать о разных вещах, они с лёгкостью разговорились.
— Самая высокая башня в центре — это башня Рондине, в которой проживают члены семьи Эртинез. Башня Нидум по соседству служит для приёма вассалов графа и гостей…… и ещё есть самая старая крепость Лилиум. Но её больше не используют.
— Да просто слишком обветшала. Она существовала ещё до появления цитадели, да и расположение не самое удобное для подступи к ней.
Слушая объяснения рядом со мной, Витторио посмотрел сначала на Леонардо, потом на замок, а затем сделал совершенно непонимающее выражения лица. Он тихонько спросил у Леонардо:
Леонардо, не в силах сразу прямо ответить на вопрос Витторио, отвёл глаза и посмотрел на меня. Как и всегда, его взгляд был наполнен мольбой о помощи.
Временами он ведёт себя так глуповато.
Но вот замешательство Витторио было вполне себе понятным.
Хоть он и слышал от других, что он — молодой господин из дворянского рода, сам Леонардо ни разу не вёл себя перед нами как сын феодала, и не делал ничего, что выдавало бы его как человека, выросшего в замке.
Ведь Леобальт в действительности не имел за собой такой подоплёки.
Тому, в чьём сердце нет места, которое можно было бы представлять, в тягостные времена нечего вспомнить с тоской, а безысходность от отсутствия пути вперёд заставляет ценить ближайшее завтра больше, чем далёкое будущее, и в то же время странное душевное спокойствие, рождённое от отсутствия цели — необходимости куда-либо возвращаться — делает таких людей безмятежными.
Жизнь, в которой ты плывёшь по течению, отдавшись потоку. Её знаю я, знает Леонардо.
И Витторио, сознательно или нет, наверняка смутно чувствует то же самое. Потому он и ощущает диссонанс между данной ситуацией и тем образом Леонардо, что он наблюдал до сих пор.
— Это правда, что вон там — замок рода Эртинез. Но пока давай разделять Леонардо, которого знаем мы от того Леонардо, о котором говорят другие. Лео до встречи с нами и после — совершенно разные.
Как только я прошептал ему это, словно раскрывая секрет, Витторио кивнул с серьёзным выражением лица.
Вскоре наша группа подошла к замку, и Фердинандо слез с коня.
Внутри замка царила атмосфера, приветствующая возвращение Фердинандо, и казалось, все радовались, заметив барона Роальда, — но ситуация резко переменилась, стоило только Леонардо переступить порог.
Люди от изумления округлили глаза, — одни суетливо разбежались кто куда, другие склонились в почтительном поклоне, продолжая перешёптываться между собой. То и дело долетали слова вроде «сбежал из дому» или «вернулся живым».
Стоит ли считать это эффектным возвращением безалаберного младшего сына, пропадавшего без вести больше месяца?
В следующий момент немалая толпа расступилась, словно Красное море, и кто-то зашагал вперёд. [1]
Судя по элегантному одеянию, исходящей от него ауре и тому, как люди относились к нему, было ясно, кто перед нами. Хозяин, управляющий всем графством, включая Эль-Данте.
Граф Эртинез собственной персоной.
Граф молча кивнул в ответ на приветствие Фердинандо, а его леденяще голубые глаза устремились на Леонардо.
Леонардо застыл на месте как вкопанный, — хоть роль безмолвной ширмы, стоящей на месте, ему и удавалась, но он совершенно не имел таланта к живой актёрской игре, оттого и выглядел крайне неестественно и скованно.
Может, это было даже по-своему неплохо. Могло показаться, словно блудный сын, сбежавший из дома, пойманный и доставленный в этот самый дом, теперь напрягся и замер в ожидании неминуемого родительского гнева.
Одного лишь краткого ответа хватило, чтобы вновь навести шумиху вокруг. Что же могло быть такого спорного в простом «да»?
В этот момент послышался чей-то полный потрясения шёпот:
— Молодой господин Леонардо вежлив перед графом, и даже не пытается улизнуть? И он не пьян в стельку…… мне это снится?
Как же вёл себя оригинальный Леонардо перед графом, раз такие слова вообще звучат?
Он что, круглый год вёл себя как огненное воплощение аморального человека, будучи при этом всегда вдрызг пьяным?
Видимо, граф тоже не ожидал такой послушной реакции, как раз в духе Леобальта, ведь всего раз произнеся имя Леонардо, он замолчал, плотно сжав губы.
На первый взгляд вид сына и отца, вровень застывших во внутреннем дворе замка, был крайне напряжённым и неловким. И Леонардо уже второй раз за сегодня бросил на меня свой молящий о помощи взгляд.
Ладно-ладно, сначала он подвергался нападкам монстров, а теперь со всех сторон на него давят люди — жалко же бедолагу.
Может, найти хоть какую-нибудь зацепку, которая могла бы разрулить ситуацию?
[Просмотр информации назначенной цели]
Уровень – Статист (значимость сценария 19,05%)
Сюжет – [Глава графского рода Эртинез], [Под его крылом находятся его старший сын Фердинандо, второй сын Леонардо, и единственная дочь Селестина, но из-за частых военных экспедиций, поскольку его владения находятся в непосредственном соседстве с государственной границей, не смог уделить достаточного внимания детству детей], [Его отношения с женой были глубокими и крепкими, после её смерти категорически отказался от повторного брака], [Начиная с похорон графини отношения с его сыном «Леонардо» погрязли в трясине]
План действий – 「Разве я неоднократно не говорил тебе, не доставлять проблем за пределами Эль-Данте?」
Однако прежде, чем я успел вмешаться, тишина разрешилась сама по себе.
Проследив за взглядом Леонардо, граф Эртинез заметил нас с Витторио и перевёл тему. Колеблясь, Витторио ухватился за мой рукав, и я взял его за руку.
Когда тема разговора сместилась с конфиденциальных семейных дел графской семьи на то, на что он мог бы дать внятный ответ, выражение лица Леонардо стало заметно естественнее. Он привычно повторил объяснение, которое уже рассказывал ранее:
— Да. Это те, за кого я взял ответственность.
Хотя, возможно, из-за того, что повторял одно и то же много раз, он сильно сократил промежуточные объяснения, опустив практически всё, кроме вывода.
Хм. Всё же будет нормально, правда? Нюансы кажутся немного странными.
Я тихонько опустил взгляд, наблюдая за реакцией графа Эртинеза.
Хоть они с Леонардо и были явно похожи друг на друга, но тень, отброшенная на его средних лет лице делала его внешность настолько серьёзной, что было трудно понять, откуда вообще взялась эта безалаберность и легкомысленность, витающие вокруг его сына.
Граф на мгновение застыл на месте, словно потеряв дар речи, прежде чем дотронуться до лба. Мужчина перед нами испустил тяжёлый вздох, словно выпущенный из самых недр горла.
Непосредственно перед тем, как напряжённая тишина успела сгуститься ещё сильнее, барон Роальд, деликатно кашлянув, вмешался:
— Кхм— Граф. Как насчёт того, чтобы для начала дать молодому лорду и его спутникам возможность перевести дух?
Хоть состояние его горла уже и вызывало сильное беспокойство, барон Роальд оказался поистине учтивым и чутким человеком.
— Взгляните, молодой лорд тоже изрядно пострадал, ему необходимо время, чтобы получить лечение, помыться и переодеться, не думаете? И к тому же, здесь слишком много лишних глаз.
— ……Пожалуй, так будет лучше. Внутренний двор — не самое подходящее место для обсуждения произошедшего.
Граф позвал слугу и отдал распоряжения:
— Передай повару подать ужин на шестерых персон. Леонардо отведи в молельню, чтобы он получил необходимое лечение. Его спутникам предоставь комнаты и чистую одежду.
На шестерых персон. Включая четырёх обитателей замка Эртинез, меня и Витторио — число сходилось.
«Шести порций явно не хватит.»
Как бы смешно это ни было, я ловил себя на одной лишь этой мысли, глядя на то, как граф удаляется, закончив с указаниями.
Как только граф Эртинез покинул это место, напряжённая атмосфера смягчилась.
Слуга, получивший приказ от графа, нерешительно приблизился с беспокойством на лице, словно боялся, что его ударят.
— Молодой господин Леонардо…… пройдёмте в молельню, пожалуйста. А насчёт ваших спутников, эм…… если подумать, какую комнату мне следует им выделить?
— Раз граф— то есть, глава семьи конкретно не указал, просто отведи их в мою комнату.
— П-покои молодого господина? Но……
Вместо заикающегося от страха слуги, вмешался Фердинандо:
— Леонардо. Твоя бережная забота о друзьях достойна восхищения, но башня Рондине предназначена для членов семьи Эртинез, так что Исааку и его сыну правильнее будет дать комнату в башне Нидум.
И почти рефлекторно из уст Леонардо вырвался полный замешательства ответ:
— Но мы не можем спать по отдельности.
Слуга впопыхах прикрыл рот рукой и резко отступил на несколько шагов назад.
Однако стоя, слегка наклонившись вперёд и навострив уши, он выглядел точь-в-точь как заскучавший офисный работник, который мгновенно оживился, стоило только услышать пикантную сплетню.
Фердинандо с недоумением переспросил:
— Хочешь сказать, есть причина, по которой вам трудно спать раздельно?
Конечно, в моём положении оставаться рядом с Леонардо и правда очень удобно и выгодно для повышения значимости.
Но в Синитре мы преспокойно спали раздельно — каждый в своей комнате — так почему теперь мы вдруг так не можем?
Взгляд Леонардо на мгновение скользнул по мне, затем отвернулся.
— За это время мы привыкли спать вместе, и……
Кому? Тебе? ……Или, неужели ты про меня?
[От переводчика] Без этого не уснуть* — Лео говорит без местоимений, поэтому я тоже перевела без местоимений, но как мы знаем, Лео всегда беспокоится о сне Исаака. Поэтому с его точки зрения перевод бы звучал так: «Без меня он не спит.»
[1] Толпа расступилась, словно Красное море* — ещё один момент новеллы, отсылающий нас к Библии. Можно прочесть, если загуглить «Разделение Красного моря Моисеем».