Не заполучишь главную роль - умрёшь. 65 глава
65 глава - Лавина (7)
Издалека доносился звук катящихся валунов. Мелкие камешки, разбросанные по земле, подпрыгивали. Воздух, заполнявший подземную полость, был полон влаги и содрогался.
Орлие сказал сбросить воду, так что, это, должно быть, был звук прорыва какой-то дамбы.
Подземный лабиринт Синитры — место для сдерживания «оно», построенное с использованием святого озера в качестве центральной оси. Но никаких средств нападения или каких-то специальных ловушек, заставляющих вас лишь плутать, здесь не было.
Это показалось мне странным. Какой смысл просто длительное время удерживать здесь монстров?
Лабиринт может исполнять свою роль лабиринта только в том случае, если есть способ убить или избавиться от пойманных в него существ, например, залить маслом или выпустить стрелы.
Причина, по которой подземное святилище церкви было соединено с подземным лабиринтом подъёмником, а на стенах лабиринта остались следы разводов от воды? Каким образом справляются с сущностями, захваченными в лабиринт?
Этот звук принадлежал не катящимся камням. Это звук выливания огромного объёма воды.
С древних времён Божества имели привычку карать грехи, смывая их водой, и происходящее сейчас — очень типичная интерпретация фольклора.
Перебравшаяся через стену лабиринта, выливавшаяся понемногу вода уже доходила до моих лодыжек. Скорость подъёма воды слишком быстрая. Сильное течение заставило меня покачнуться.
Как только я экстренно позвал Леонардо, кто-то схватил меня. Я спешно просканировал его проницательностью трактирщика. К счастью, это был не имитирующий монстр, а Леонардо.
Единственным преимуществом в сложившейся ситуации было то, что граф пока не мог атаковать нас.
Как только граф столкнулся с водой, тело его пошатнулось, а черты лица растаяли. Похоже, вода, вытекшая из святого озера, оказала какое-то воздействие на него.
Выход из лабиринта был недалеко, поэтому нужно выбраться, пока есть возможность.
Пока Леонардо вкладывал меч в ножны и взваливал Витторио себе на спину, я начал двигаться по карте, вглядываясь в кромешную тьму.
Свет фонаря погас, и если не считать звука хлюпанья ног о воду под ногами, я не мог понять, ступаю я по воздуху или по земле, но, по крайней мере, Леонардо следовал за мной без колебаний, твёрдо доверяя мне как своему путеводителю.
Мы начали пробираться сквозь воду. Она быстро поднималась, и уже омывала мою талию. По мере того, как уровень воды поднимался, скорость нашего продвижения, конечно же, замедлялась.
Вода обжигала место, где красовалась рана. Мой плащ куда-то уплыл, а ощущение прилипшей к коже промокшей насквозь рубашки, было неприятным. Я не проверял показатель своей физической силы, но было очевидно, что она невысока.
Когда уровень воды поднялся, Леонардо поднял Витторио намного выше, себе на плечи, и обнял меня за талию. Внезапное тепло другого человека в ледяной воде напугало меня.
Он заметил, что я явно отстаю по скорости.
Словно пытаясь успокоить меня от неожиданного испуга, Леонардо несколько раз провёл рукой вверх-вниз, а затем прижал меня к себе. С его поддержкой я едва смог оторвать от земли прикопанные ноги.
— Ещё немного, ещё совсем чуть-чуть. Ты в порядке, малыш?
— Угу-у…... . Я умею плавать и задерживать дыхание под водой.
Я пытался ответить абсолютно спокойно, но по моему позвоночнику пробежал холодок.
Вода постепенно поднялась до моей груди и тотчас достигла подбородка. Если я вскоре не оттолкнусь ногами от земли и не поплыву, всё моё тело уйдёт под воду.
Вода продолжала вваливаться на меня, и я немного наглотался. Моё горло горело, а эта вода была не простой, она была солёной, поэтому моя жажда сохранялась, несмотря на то, что я наглотался солёной и острой воды.
Слёзы текли по моему лицу из-за физиологического рефлекса, но я старался не показывать этого. Леонардо, крепко прижавший меня к себе, похоже, догадывался о моём состоянии по моим судорогам и дрожи, и часто подталкивал меня вверх своими руками, давая мне возможность глотнуть воздуха над уровнем воды.
Витторио, сидящий на плечах, плакал и вытирал мои щёки своими сырыми руками. Из-за того, что они были мокрыми, это особо ничем не помогло.
Ты поймал меня на том, что я плачу? Как стыдно.
Слепо продолжая двигаться вперёд, я заметил, что что-то преграждает путь впереди.
Моргая щиплющими глазами, я наощупь осмотрел всё, что впереди и обнаружил мешок из мешковины, наполненный камнями и песком. Кроме того, груда твёрдых камней была сложена высоко, полностью перегораживая узкий проход лабиринта. Хотя я был уверен, что на этот раз я точно опередил графа.
«Похоже, что-то здесь было установлено так, чтобы рухнуть, когда придёт нужное время. Не поэтому ли граф поспешил сбежать во время последнего сброса?»
Это потому, что я долго не спал? Не смог здраво оценить ситуацию. Как я мог подумать, что будет достаточно просто опередить графа?
Пока я угнетал самого себя, Леонардо сказал, что сам проверит и с всплеском нырнул под воду.
Плавая в воде, Витторио изо всех сил пытался меня поддержать, но я отчаянно отговаривал его, опасаясь, что он утонет.
Сила потихоньку покидала моё тело, что облегчало удержание на плаву. Если бы у меня ещё оставались силы, я бы барахтался и, вероятно, не смог бы удержаться на воде.
Тем временем Леонардо несколько раз вынырнул на поверхность, прежде чем снова нырнуть, по-видимому, пытаясь сломать барьер, блокирующий путь к отступлению внизу.
[Проверка текущего состояния «Таинственного хозяина гостиницы Синитры»: физическая сила (10/80), моральный дух (10/80)]
Вода продолжала подниматься, теперь она была уже достаточно высоко, чтобы я ударялся головой о потолок пещеры.
«Несмотря ни на что, это должна быть последняя перезагрузка».
С тревогой на душе я ждал ещё некоторое время.
Пха! Леонардо с силой вынырнул, огляделся, и поплыл к нам.
— Я проделал внизу небольшое отверстие. Мы сможем выбраться по одному.
Его ладони были полностью ободраны и окровавлены. Пока я пытался собраться с мыслями, Витторио закончил говорить с Леонардо и сделал глубокий вдох, задержав дыхание, прежде чем погрузиться в воду. Благодаря своему маленькому телу, он, казалось, легко проскользнул.
Леонардо приблизился и прошептал:
— Не осознавай своего дыхания, просто попытайся вдохнуть. Тебе не нужно открывать глаза. Потому что я буду направлять тебя. Не отвечай, просто кивни головой.
Я зажмурился и кивнул. Леонардо слегка похлопал меня по спине, словно хваля, и тихо начал считать.
С плотно закрытыми глазами меня понесло под воду. Пока я на ощупь протягивал руки, касаясь груды каменных обломков, Леонардо крепко схватил меня за нижнюю часть тела и проталкивал в проделанное отверстие.
Пройдя здесь, я освобожусь. С этой единственной, переполняющей меня мыслью, я собрал все свои силы.
И внезапно меня грубо дёрнули назад.
Что-то тянуло меня под воду. Я поспешно открыл глаза и увидел графа, лицо которого странно вытекало, он схватил меня за лодыжку, стягивая вниз.
Несмотря на то, что я барахтался, пиная эту тварь в живот, чтобы стряхнуть его, он сжал меня ещё крепче, словно петля, и с силой потянул меня вниз.
Дыхание, которое я сдерживал, вырвалось наружу. Пузырьки воздуха вспенились, затуманивая мне обзор.
Оно с видом графа подползло до верхней части моего тела и талии и надавило на меня. Пытается утопить меня вместе с собой? Моё зрение продолжало мигать, как неисправный механизм, потерявший связь с источником питания.
В этот момент внушительная сила позади, потянула моё тело назад. По знакомым формам, я инстинктивно понял, что это Леонардо.
Ах, я жив. По крайней мере, это место не будет моей точкой выхода из пьесы в качестве статиста.
Вся сила и напряжение одновременно покинули моё тело.
Граф, настойчиво вцепившийся за мою талию, с силой падал вниз после удара Леонардо, разбившего ему лицо.
Пока я наблюдал, как это существо уносится потоком воды и уменьшалось по мере отдаления от нас, моё сознание оборвалось.
За грудой камней, блокирующих лабиринт, на склоне, ведущем на третий этаж. Вместо беспощадной воды это пространство наполнял воздух. Леобальт вынырнул, поддерживая тело трактирщика.
Бессознательное и потерявшее силы тело без сопротивления послушно тянулось вперёд. Витторио, выбравшийся первым, метавшись, схватил трактирщика, и изо всех сил потянул его на сушу.
Тем временем Леобальт снова нырнул обратно под воду и ударил рукоятью меча по сделанному им проходу, завалив его камнями. Благодаря чему они не смогут выбраться наружу.
Когда он вновь вынырнул, Витторио, заливаясь слезами, кричал:
Ребёнок тряс неподвижно лежавшего мужчину. Леобальт подошёл к ним, вода капала с его мокрого тела. Мертвенно-бледный, обессиленный мужчина был без сознания.
Внезапно он заметил, что промокший насквозь, ставший прозрачным рукав мужчины, испещрён красными пятнами. Кровь хаотично растекалась. Рана, о которой он не знал.
Леобальт откинул подбородок мужчины назад, раздражаясь от внезапно возникшей без его ведома раны, которую он видел впервые.
Затаив дыхание, он прижался губами к губам мужчины, с силой вдувая в него своё тёплое дыхание. Грудь мужчины вздымалась. Из-за его привычки кусать губы он почувствовал лёгкую шероховатость в том месте, где они соприкасались.
Ощутив вкус солёной влаги, Леобальт продолжал вдувать в мужчину своё дыхание. После нескольких повторений тело мужчины дёрнулось и закашлялось.
Как только Леобальт оторвался от его губ, мужчина повернулся в сторону и начал выплёвывать воду.
Звуки прерывистого дыхания и откашливания периодически продолжались. Леобальт нежно похлопывал и поглаживал спину мужчины, утешая его. Возможно, из-за того, что ему нужно было что-то, на что можно было опереться, мужчина покорно отдал себя Леобальту.
Через некоторое время мужчина хриплым голосом позвал Леобальта по имени.
Леобальт внезапно вспомнил, что не может ответить тем же, позвав мужчину по имени. Как-то несправедливо.
— Я здесь. Теперь всё в порядке.
Не говоря ни слова, мужчина уставился куда-то в воздух. Были видны зрачки, которые он всегда скрывал за улыбкой, изгибая линию своих глаз, и редко показывал.
— Верно…... наконец-то всё закончилось.
Глазные яблоки были похожи на своего владельца, — часто прятались, не раскрывая себя. Кончики пальцев Леобальта непроизвольно дёрнулись.
Иногда, когда мимоходом он наблюдал в зрачках мужчины мысли, которые даже не мог предположить, ему хотелось вырвать их из глазниц хотя бы один разочек и внимательно рассмотреть.
Если покатать их в руке и слегка надавить, они бы стали мягкими и податливыми. Всё-таки глаза – нежная и мягкая часть. Область вокруг зрачка будет слегка выпуклой, а внешняя поверхность — гладкой, легко поддающейся катанию.
Но в следующий момент, когда мужчина слегка нахмурился, словно испытав облегчение, и наклонил голову, тайный, трудноуловимый порыв Леобальта поутих.
Он встал, подняв трактирщика. Полностью обессиленный мужчина не оказал никакого сопротивления. Витторио с облегчением на лице взялся за обмякшую руку мужчины.
Вот так они втроём и покинули подземелье.
И после того, как они покинули то место.
Что-то похожее на чёрный грязевой сгусток проковыривалось и извивалось между камней в воде.