Не заполучишь главную роль - умрёшь. 66 глава
66 глава - Лавина (8)
[Условия чёткого выполнения сценария достигнуты!]
[«Примечание к сценарию #011» благополучно завершилось. До появления следующего примечания осталось 3 часа 00 минут. Пока назначение сценария не будет завершено, персонажи вправе инициировать «свободное действие», чтобы заполнить пробелы меж строк. Действуйте естественно, чтобы никто не заметил различий в мире пьесы.]
Когда передо мной появилось знакомое сообщение, силы покинули моё тело.
Вечный лабиринт наконец-то закончился. Вот правда, такое чувство, что под землёй со мной происходит только плохое. Я никогда больше не хочу идти туда вновь.
Когда, шатаясь, я едва выбрался на поверхность, там царил беспорядок.
Я нахмурился, недоумевая, что происходит, но Леонардо навострил уши, разобрался в ситуации и сообщил мне. Кажется, многие граждане были напуганы землетрясением.
Судя по всему, толчки, ударившие под землёй, не ограничивались только четвёртым подземным этажом, а распространились по всему городу. Общая атмосфера была нестабильной и беспокойной, и люди толпились вокруг церкви.
Благодаря этому мы, выглядевшие в точности, как оборванные, мокрые крысы, смогли вернуться, не привлекая особого внимания. Как только беспризорник с каштановыми волосами, наматывающий круги в гостинице, обнаружил Витторио, его лицо тотчас же просветлело.
Пока беспризорники радостно убеждались в безопасности друг друга, Леонардо усадил меня на стол, взял полотенце и начал окутывать моё тело полотенцем. Я благодарен, но это чересчур.
Дабы показать, что уже достаточно, я вытянул полотенце и накинул ему на голову, легонько потирая. Леонардо послушно отдал свою голову моим рукам.
Он прищурил один глаз и пристально посмотрел на меня, но когда я перекрестил руки, плотно обернув его лицо полотенцем, он что-то пробормотал и схватил меня за запястье.
Ухмыльнувшись, я сыграл в молчанку, притворяясь невежественным, но мне стало интересно, какой резон в том, что он не освободился самостоятельно, а просто остался неподвижен. В итоге я первым освободил его.
В этот момент каштановолосый мальчик подошёл и, шмыгая носом, потянул меня за рукав. Ай-яй. И, конечно же, это должен был быть именно правый рукав.
— Спасибо, что спас, шмыг, Витторио......
— Как я уже говорил, вы прикреплены к нашему двору, а потому малыш тоже наш, так что это естественно.
И я не сделал ничего хорошего.
— Это из-за меня ты прошёл через неприятности. Прости.
Когда я тихо добавил это, лицо Витторио вспыхнуло ярко-алым. Малыш не решаясь, подошёл, схватил мою руку и потёрся об неё щекой.
— …...Я в порядке. Потому что вы, ребята, пришли спасти меня.
Примечание к сценарию тоже благополучно завершилось.
На этом я, наконец, смогу отдохнуть. Мне действительно отчаянно необходим отдых. Я хочу хотя бы ненадолго прикрыть глаза.
Леонардо, должно быть, заметил мою усталость, и снова поднял меня, сказав, что мне нужно помыться и отдохнуть. Поза, к которой я всё никак не могу привыкнуть, сколько бы раз ни проходил через это.
Пока я ворчал, и меня насильно переносил на себе этот непослушный парень, я также подумал, что с одной стороны, мне повезло. Думаю, что сомнение и напряжение между мной и Леонардо рассеялись после пережитого вместе крупного инцидента.
Думаю, осталось ещё совсем немного до того, как я стану второстепенным персонажем. По крайней мере, до тех пор……
Прибыв в комнату, Леонардо на мгновение замешкался, пытаясь уложить меня на кровать.
— Лучше бы тебе помыться, прежде чем ложиться.
— Я позабочусь об этом, так что тебе сначала стоит позаботиться о себе.
Он сделал вид, что не слышит, усадил меня на стул, а затем пошёл прямиком в ванную. Наблюдая за тем, как он впервые за долгое время демонстрирует натуру батрака, наружу вырвался смешок.
Это займёт некоторое время, так как воду нужно нагреть.
Засыпать вот так определённо неудобно. Может, просто прикрыть глаза ненадолго? Да, всего на мгновение.
В тот момент, когда я медленно закрывал глаза, свет потух.
[Сильная воля «главного писателя» зовёт вас.]
[Сильная воля «помощника писателя» зовёт вас.]
[Произошла ошибка соединения: вход в «???».]
[Главный писатель: Он выяснил! Похоже, после стольких повторяющихся откатов, он в итоге заметил ваше вмешательство. Поторопитесь отступить или предпринять какие-то контрмеры—]
[Помощник писателя: Он приближается.]
Кратковременный сон, продолжавшийся всего несколько минут, не помог снять усталость. Казалось, что время вообще не прошло.
Я проснулся, сонно моргая глазами, и почувствовал дрожь в теле, перед собой я увидел Леонардо, — он уставился на меня тихим, тяжёлым взглядом.
Моё затуманенное зрение, словно во сне я был погружён в облака, понемногу прояснилось.
Я понял, что Леонардо держится рукой за мою верхнюю одежду, он молча подтянул правую руку. Рукав задёрнулся, обнажив мою рану.
— Эта рана. — тихо прошептал он, осматривая мою обнажённую кожу.
— Она была на теле того существа, которое самоуничтожилось, пытаясь подражать кому-то.
Дум-дум. Моё сердцебиение понемногу набирало обороты.
— Торговец информацией, предсказатель, а теперь ещё и естественный враг тех существ? Ты всегда превосходишь мои ожидания. Сколько же ты скрываешь?
Пальцы Леонардо слегка скользнули вниз. Глядя на рану на моём предплечье, Леонардо пробормотал:
— Почему парень с таким большим количеством секретов подобрал меня и попросил остаться с ним, и почему это должен быть именно я. Я продолжал думать об этом.
Он поднял взгляд, и наши глаза встретились друг с другом. Одновременно с этим, его пальцы обхватили моё запястье. Мозолистые пальцы коснулись моей кожи, словно пальпируя что-то.
— Поэтому я спрошу. Ты уже знаешь это, не так ли?
Я держал рот на замке, но Леонардо обхватил меня руками и слегка притянул к себе, прижав ухо к моей груди. Его низкий, басистый голос раздался возле моего сердца.
Заявление, полное уверенности.
Пар, поднимающийся от воды в ванне, согревал воздух. Звук стекающих капель воды был настолько отчётлив, что казалось, будто звук проносился прямо у моего уха.
— Зачем ты сблизился со мной? ― тихо спросил он, всё ещё прижимаясь ко мне.
Ощущение влажной, прилипшей к телу одежды было отчётливо ужасающим и доставляло неудобство, а пепельно-серые зрачки Леонардо, вцепившиеся в меня, светились настойчивостью, как у хищной птицы, обнаружившей свою добычу.
Я крепко схватил его за плечи. Даже если бы я попытался отшутиться от его слов о Леобальте, было очевидно, что нынешний Леонардо не стал бы послушно спускать с рук мою ложь.
Если таким образом он почувствует себя преданным или, сомневаясь во мне и не доверяя, в конечном итоге и вовсе оставит меня…
Что бы я делал в таком случае?
Тогда я, накрепко вцепившийся в главного героя, благодаря чему едва выживший, понемногу перетягивающий на себя направленный на него интенсивный свет прожектора……
В конце концов, у меня нет другого выхода, кроме как впихнуть ему правду вместо лжи, упаковав её в другую обёртку.
— …...Ты герой, и твоё святописание было не завершено.
— Я сделаю всё для того, чтобы помочь тебе завершить твою историю. Чтобы ты мог вернуть то, что у тебя отняли.
Если я помогу тебе, главному герою, увидеть концовку этой сцены, то думаю, что в таком случае я не умру и смогу жить дальше.
Я не хочу умереть, не в силах даже оставить что-то после себя. Я не хочу смерти, которая рассеет меня, обратив пеплом.
Если награда, обещанная мне главным сценарием, — это возвращение, то я отчаянно надеюсь и желаю этого.
— Так что я пришёл сюда ради этого……
Пока я был в оцепенении, из моих уст внезапно вырвались слова, которые я сам не мог понять.
«Пришел сюда?» — мгновенно по мне пробежались мурашки, будто меня окатили ледяной водой, заставив меня остолбенеть, и рассеяно моргать. Словно это я сам ступил в мир пьесы, а…
Глаза Леонардо дрогнули, словно услышав что-то неожиданное, и он переспросил:
— Хочешь сказать, что ты апостол, посланный Богом, чтобы помочь мне?
— С древних времен пророчества и святописания — это пути, предопределённые небесами, но засвидетельствовать их – это роль апостола. Вот так звучат для меня твои слова. Ты говоришь, что ты апостол, спосланный для меня Богом.
Он сосредоточено смотрел прямо мне в глаза.
В этот момент я почувствовал, как капля холодной воды коснулась моего лба и кисти. Леонардо отвёл взгляд. На тыльной стороне моей ладони засиял вычурный узор.
Пока я был в замешательстве, странный блеск вспыхнул в глазах Леонардо. Он поочерёдно смотрел на мою кисть и лоб.
Пока Леонардо всё дальше в одиночку продвигался в своих домыслах, я поймал себя на мысли, что этот причудливый узор похож на растекающиеся капельки воды, и тут же в памяти вспыхнуло воспоминание из прошлого.
Безмятежный сад церкви. Архиепископ с доброжелательным лицом в тяжёлой епископской митре на зрелых, седых волосах.
И ощущение святой воды, касающейся моего лба, и стекающей по тыльной стороне моей руки, когда она освящала и благословляла меня.
— Вот почему они не смогли подражать тебе, а ты вёл себя так, будто мог видеть будущее.
Леонардо сам себя в чём-то убедил. Пока он тихо смотрел на узор, осторожно держа мою кисть, а я уставился на его круглый затылок, моя голова закружилась в путанице.
Орлие. Бутье. Орлие. Бутье…… .
Вдруг раздался громкий шум, кто-то стучался в дверь. Она открылась, и из-за неё появился Витторио.
— Те монстры― кажется, они последовали за нами. Я чувствую их поблизости……!
Гадая, о чём он говорит, я посмотрел на Леонардо в поисках ответа. Он повернул голову, посмотрел в окно и нахмурился.
Я поспешил к окну и увидел графа Вермонта, тело которого странным образом искривилось и растаяло, он прямиком пересекал улицу. Оно шло по прямой, пожирая людей без разбора.
Его целью, несомненно, была гостиница.
[От переводчика] — Когда она освящала и благословляла меня* — ..Лишь в этой главе выяснилось, что архиепископ — женщина. До этого к ней не применялось местоимений. Думаю, в оригинале это было сделано для интриги (в 26 главе Орлие упоминал какую-то женщину), в силу того, что грамматика корейского языка позволяет это сделать. Я решила не исправлять с самого начала, и упоминать в дальнейшем местоимение "она" только когда оно конкретно будет упоминаться. Во-первых, для сохранения оригинальной интриги. Во-вторых, сошлась на том, что архиепископа упоминают по профессии, а профессия мужского рода.