Не заполучишь главную роль - умрёшь. 57 глава
57 глава - Клюнуло! (6)
Выбранным местом встречи для переговоров был паб.
Так как время вечернее, здесь полно людей, в группах по три-пять человек, с бокалами, наполненными пивом и вином. Моя гостиница тоже весьма большая, но скорее всего из-за того, что это место расположено недалеко от площади и портовой гавани, проходимость посетителей отличается.
Это людное и шумное место, но на втором этаже есть отдельно помещение, в котором было тихо. Не зря для переговоров было выбрано именно это место.
В этот раз я тоже много размышлял над постановкой выхода на сцену.
Мне нужно было быть очень устрашающим перед виконтом и расхитителями могил. Но перед графом нужно вести себя надлежаще изворотливо и раздражающе, но не слишком легкомысленно, и чтобы выглядеть надменно, надо бы избегать лишней осторожности с графом.
О чём я говорю? Я тоже не знаю. Но я придумал соответствующую постановку, которая подходила как никогда.
Звук музыки эхом разносился по пабу. Пока мы никуда не торопясь, сидели, приближались виконт Лопес и следующий за ним граф, притворяющийся его подчинённым. Я хлопнул в ладоши.
Граф Вермонт ненадолго остановился, входя в отдельную комнату. На столе уже стояли бокалы, если быть точнее, девять бокалов. Глядя на пустоту позади графа, я сказал:
− Вы пришли без других своих друзей?
Количество стаканов было таким с учётом нас с Леонардо, виконта Лопеса, святой пятёрки и, наконец, графа.
Таким образом, граф поймёт, что я уже вычислил, сколько их. И это ведь правда.
Я засмеялся, глядя на девять бокалов. Я был скрыт плащом и маской, а голос изменён, поэтому улыбка моя незаметна.
− Эх. Ничего не поделать. Выпьем между собой. Присаживайтесь поудобнее.
Виконт сел, а граф встал позади него. Леонардо стоял позади меня, так что это абсолютно симметричное построение. Сидевший передо мной виконт Лопес выглядел так, будто вот-вот умрёт от перенапряжения.
Боже, какой непрофессионализм. Не хочешь прийти в себя?
Побуждённый молчаливой поддержкой графа Вермонта, виконт заговорил.
− Напал? Это моя территория. Само собой разумеется, что всё, что находится на моей территории - моё. Невзначай я обнаружил, что чужаки вторглись и рылись на моей территории, поэтому просто легонько предупредил их, но называть это нападением так обидно.
− Так ты заявляешь о своих правах на тело волка.
− А− вы, ребята, называете его волком? Если разобраться, то он достопримечательность этого города. Но что до меня, что ж, для меня это не имеет значения. Он всё равно труп. Но эти доспехи и меч весьма круты.
Я ощутил, как взгляд графа скользил по мне, пока я неторопливо отвечал. Даже если спрятан за маской, я сразу же смог почувствовать его наблюдающий взгляд.
Я легонько взялся за ручку бокала, затем отпустил её и повернул голову к виконту, излучая расслабленную ауру, но язык его тела говорил о том, что он напряжение совсем не отпустил.
− Так вы пришли, должным образом позаботившись об «искренности»?
− Перед этим. Сначала докажите, что тело у вас.
− Сомнения! Я знал, что так будет, поэтому принёс с собой.
Я открыл сумку, висящую рядом, и показал рукавицу Леобальта.
− Пойдёт? Вообще-то я подумывал отрезать палец и показать, но не оставлять же брак на творении Божьем – коже, что не гниёт. Ценность товара упадёт, поэтому я взял рукавицу.
− Это вещь волка, верно. – сказав это, виконт достал мешок и бросил его на стол.
Не знаю, сколько мешков подготовил граф Вермонт, но даже один был уже настолько тяжёлым, что стол задрожал.
На мгновение я даже представил, что это может быть не золото, а голова или конечности того существа. А что, подходящее средство для запугивания. Но не похоже на то, потому что из мешка не текла кровь.
Я наклонился вперёд, перебивая виконта Лопеса, и не обращая внимания на мешок, не считая мимолётно брошенного взгляда. Вместо этого, я поочерёдно посмотрел на графа Вермонта и виконта, и спросил.
− Сколько бы ни думал, а всё равно интересно. А когда меня что-то интересует, я не могу уснуть. Чисто ради хорошего сна хочу спросить. Где вы будете использовать это тело?
− Что-то вроде - если сварите и съешьте это тело, то станете бессмертными? Иначе кто бы захотел себе что-то такое? Не считая церкви и её последователей.
И последний удар - отшутиться, приводя его в негодование.
− Или у вас особые наклонности? Слышал, и такие люди бывают. Если так, то это действительно дорогое и опасное хобби. Он весьма ценен, поэтому стать его обладателем придаёт остринки, и захватывает.
Виконт Лопес никак не ответил на эти три вопроса и сидел весь из себя такой «помогите-спасите». Любой может понять, что реальная власть не за ним. Пристально взглянув на него, я повернул голову и уставился на графа Вермонта.
− Деньги деньгами, но эта часть тоже является искренностью, которую я потребовал.
− Этот парень – мой подчинённый. Говори со мной−
− Не ври, если не умеешь, даже ребёнок тебе не поверит. Итак, не хочешь поговорить немного?
Я знаю, что ты всё равно хочешь изучить нас. А что лучше всего подойдёт для изучения человека, если не разговор? Когда я постучал по столу, граф медленно шагнул вперёд и сел.
− Так где же ты собираешься его использовать?
− Это тебя заботить не должно.
− Да ну, я не собирался говорить это. Но что касается присутствующего здесь виконта, меня очень раздражал приезд и постоянная возня в городе, поэтому покопавшись, я обнаружил, что вы, ребята, отправляете друг другу почтовых голубей. Кажется, за вами прячется крупная рука.
Я говорил, внимательно наблюдая за реакцией графа.
− Если говорить начистоту, я вроде как заинтересовался. Постепенно я осознавал, что не могу играть на большом поле, просто без подвижек оставаясь в Синитре, поэтому я был так рад, когда что-то настолько масштабное начало происходит прямо на моих глазах.
Я отвёл взгляд, посмотрел на мешок на столе, улыбнулся и добавил:
− Крупная рука, которая может выложить такие деньжища. Естественно чувствовать небольшое разочарование от того, что всё закончится за одну сделку. Не волнуйся, вообще-то в мои намерения не входит безыскусно держать что-то в заложниках, вымогая кучу бабла. Наоборот, у меня очень продуктивное предложение.
Пожав плечами, я объяснил на словах:
− Как я сказал ранее, я хочу уйти из этого места, и действовать на крупном поле. Контрабанда, воровство или бандитский промысел - это всё, чем в этом городе занимаются такие бродяги, как я. Это не по мне. Это прямая дорога загубить такой талант, как я. Поэтому я бы хотел разок поплыть против течения, но это было не просто.
Я сделал глоток пива, и медленно раскрыл подсказки, произнося одно слово за другим.
− Но затем ты и тот человек, что стоит за тобой, внезапно появились предо мной, как комета. Как если бы перед пресноводной рыбой раскинулся целый океан? Так вот что я предлагаю. Было бы неплохо построить крепкие взаимоотношения− как то так.
Я указал пальцем на себя и графа по очерёдности и ухмыльнулся, а граф Вермонт неторопливо спросил:
− Получается, захват волка посередине дела был всего лишь средством достижения цели. Так ты говоришь, что хочешь использовать это как шанс подняться. Хочешь сказать, что быть главой городского переулка не приносит тебе удовлетворения?
Ход разговора меняется от напряжённых переговоров между человеком, укравшим товар, и человеком, пытающимся этот товар вернуть, к тонкому предложению идти одним путём, раз уж так получилось. Звучит, может и так, но по правде всё вот так, - «Ты кажешься таким выдающимся. Могу ли я пойти на риск для тебя?».
− Точно! Как и ожидалось, ты быстро понял. И вы же уже убедились, что мои способности весьма хороши? Будь то способность добывать информацию или физическая сила - нет ни одного недостатка. То, чего я хочу - очень просто. Вы ребята, подлинник, или есть картина покрупнее?
Растопырив два пальца, я добавил:
− Если вы ответите на эту часть со всей искренностью, наши взаимовыгодные отношения будут согласованы и завершится прекрасная картина, в которой я нарисован человеком, садящимся в одну лодку, и с пониманием передающим волка, как знак искренности.
Сыпанул прикормку, так сказать. Выглядел и вёл себя высокомерно, но это было ближе к притворству, и на концовочку раскрою смутное существование внутреннего напряжения.
− Не такое уж и плохое предложение, верно? Я явился сюда, потому что хотел стать подчинённым «того человека», которому вы, ребята, служите. Так что если вы заинтересованы в том, чтобы сесть в один корабль, не будет лишним объяснить пару вещей. Где место назначения, кто капитан судна, и кто из пассажиров едет с вами. Как-то так.
Стоит ли спросить снова? Так я и раскрыл предисловие.
− Лёгкая подсказка о том человеке. И что вы собираетесь делать с волком. Я хочу услышать немного.
Если граф вполне положительно отнесётся к этому предложению, то смягчит свою защиту и ограничение в отношении этой информации. А я думаю, так и произойдёт. Это даже не предположение. К такому выводу я пришёл, наблюдая за речью и жестами графа на протяжении всех переговоров.
Каждый раз, когда я упоминал того человека, аура графа Вермонта исчезала, а в его открывающихся сквозь маску глазах ощущалась слепота. [1]
В самом начале разговора, когда я украдкой спровоцировал его, спросив, было ли желание заполучить тело его уникальной наклонностью или хобби, я ощутил его недовольство, словно это было для него непочтительно, хотя, если честно, не было необходимости как-либо реагировать. Даже виконт отнёсся к этой части равнодушно, и прямо-таки бросалось в глаза, что только граф был раздражён.
Из чего я сделал вывод, что «тот человек» был для графа своего рода триггером. Возможно, это связано с тем, что он находится под воздействием особой способности, называемой «подчинение».
В любом случае, такому вот графу Вермонту я ясно дал понять, что считаю его хозяина выдающимся и хочу склонить перед ним голову.
Это пошло бы на пользу и самому «тому человеку», так что, разве мозговитая голова графа не посчитала бы, что тому человеку будет выгодно, если он сейчас мне предоставит хотя бы отрывочную информацию, чтобы я понял, насколько внушителен тот человек?
Просочится ли подсказка? Я уставился на графа в ожидании ответа. Граф медленно заговорил.
− Сосуд, который будет использовать тот человек.
[1] – слепота* - происходит от китайского (盲目), - слепота или безрассудство, неумение замечать, понимать что-либо, или совершать опрометчивый поступок.