Искренность лжи. Глава 12
Глава 12. Черная звездочка мелькнула в его глазах
Просмотр фотографии с расчлененкой перед сном явно крепкому сну не способствовал.
Во сне до Цзи Сюня донеслось тук — тук — тук — звук шел будто из самой головы. Словно кто-то стучал пальцами по его черепу, вызывая резонирующее эхо, которое привело к внутричерепному кровоизлиянию и смерти во сне.
«Ну прямо фильм ужасов», — отстраненно подумал Цзи Сюнь. Он лежал неподвижно, в полусне ощущая оцепенение, похожее на сонный паралич, и беззвучно считал про себя. Когда счет дошел до трехсот, онемевший мизинец вдруг невольно дернулся.
Так это был не сонный паралич — он просто отлежал все тело.
И «тук-тук-тук» в голове, очевидно, тоже не было слуховой галлюцинацией, кто-то действительно стучал в дверь.
Цзи Сюнь наконец открыл глаза и посмотрел на часы — семь утра.
Даже непонятно, что пугало больше: ночные кошмары или когда тебя будят в такое время.
Он уже почти наверняка знал, кто стоит за дверью, и через силу заставил себя выползти из постели.
Быстро умывшись и прополоскав рот в ванной, он открыл дверь, за которой оказалась Ся Юцин с двумя большими пакетами у ног. Похоже, она стояла здесь уже прилично: уставившись в телефон, она механически продолжала стучать в дверь. Очередной стук пришелся уже в пустоту, и она едва не ткнула пальцами в Цзи Сюня.
— Раз ты пришла в такую рань, я полагаю...
— Тан Цзинлун правда мертв? — прямо спросила Ся Юцин. — Его расчленили и выбросили на горе Ушань?
Цзи Сюнь коротко подтвердил. Наклонившись, он подхватил пакеты и прошел в квартиру, пропуская ее внутрь:
— Ну и связи у вас, журналистов. Полиция только вчера ночью получила совпадение по ДНК и установила личность погибшего, а ты уже в курсе… Кстати, что принесла?
— Я уже столько времени тебя напрягаю, так что это меньшее, что я могу сделать, — сказала Ся Юцин. — У журналистов таких подробностей нет, да и я оттуда давно уволилась. Просто наткнулась у кого-то в «Моментах» на фото полицейских машин и оцепления на Ушане, а потом кто-то вскользь упомянул, что фамилия погибшего Тан. Вот я и рискнула предположить. Кто убил Тан Цзинлуна? Цзэн Пэн?
— Цзэн Пэн только вчера вышел из изолятора. Если он не владеет техникой теневого клонирования и не умеет поворачивать время вспять, то убийцей быть не может.
— Значит, кто-то другой? Тан Цзинлун и правда убил Лэйлэй? А тот, кто убил его... он отомстил за Лэйлэй? — с сомнением спросила Ся Юцин.
— Трудно сказать, полиция только начала расследование. Что до того, убил ли ее Тан Цзинлун, интуиция подсказывает мне, что да, но улики говорят об обратном. Так что пока поверим доказательствам.
Цзи Сюнь зевнул, заметил в пакете кофе, достал стаканчик и сделал глоток, пытаясь взбодриться. А следом потянулся за булочкой. Но не успел коснуться, как Ся Юцин протянула ему антисептик:
— Ты пакеты трогал, а на них бактерии.
Цзи Сюнь взял гель и растер его по ладоням.
— С каких это пор у тебя мизофобия?
— Не у меня, это у Лэйлэй, — улыбнулась Ся Юцин. — Она очень следила за своей гигиеной, готова была мыть руки по восемнадцать раз на дню, да еще и меня заставляла мыть вместе с ней. Пока она была рядом, я часто об этом забывала. А вот когда ее не стало, почему-то сразу перестала забывать.
Движения рук Цзи Сюня замедлились:
— У нее была мизофобия? Сильная?
— Довольно сильная. У Лэйлэй еще и кожа была очень чувствительная: стоило прикоснуться к чему-нибудь грязному, как тут же выступала красная сыпь.
В глазах Цзи Сюня словно мелькнула черная звездочка. Он поднял голову, на мгновение задумавшись, а затем медленно произнес:
— Не сходится. Если у нее были настолько серьезные проблемы с кожей, почему тогда в ее доме не нашли никаких специальных препаратов для лечения?
— Потому что... Лэйлэй всегда очень тщательно следила за гигиеной. К тому же она считала, что эти проблемы связаны с иммунитетом, так что чаще прибегала к лечебному питанию, чем к лекарствам.
Ся Юцин немного подумала, отвечая на его вопросы один за другим. Она не понимала, почему Цзи Сюнь так подробно расспрашивает.
— А дезинфицирующие средства? — продолжал докапываться до сути Цзи Сюнь. — Если уж она была помешана на чистоте, почему в ее квартире не нашли даже средства для дезинфекции пола и одежды?
— Наверное, просто все закончилось. Недели две назад мы вместе ходили в супермаркет и покупали все это. Могу даже найти чек и показать тебе. Да и квартира маленькая, а Лэйлэй не любила запасаться впрок, предпочитала покупать понемногу по мере необходимости… А что, это так важно? — с беспокойством спросила Ся Юцин.
— В жизни полно совпадений, но не каждое помогает раскрыть дело… — пробормотал Цзи Сюнь. — У Си Лэй был пунктик на чистоте, а от контакта с чем-нибудь грязным появлялась сыпь. Никто из ее соседей совершенно ничего не знал о Тан Цзинлуне, а о ней самой все отзывались исключительно хорошо. Знаешь, о чем говорят эти два факта, если сложить их вместе?
Уголки губ Цзи Сюня приподнялись.
— …Это значит, что Тан Цзинлун у нее практически не появлялся, а тайно встречаться с ним в отелях Си Лэй не могла. Тогда, скорее всего, у них было постоянное место для встреч — квартира, которую снимал Тан Цзинлун.
В кои-то веки ее внимание переключилось с Си Лэй. Глядя на сидевшего перед ней мужчину, она словно сквозь время увидела Цзи Сюня таким, каким знала его в самом начале знакомства.
Того, чей взгляд всегда был ясным, а в чертах читалась уверенность, и кто никогда не верил, что существует задача, с которой он не справится.
Жаль только, никому не дано пройти сквозь время без потерь.
В Нине находился известный жилой комплекс «Личжу». Удачное расположение, тихая, спокойная обстановка и особенно строгая охрана. Охранники в три смены круглосуточно патрулировали территорию с шестью служебными собаками, а попасть внутрь можно было только по карте и через систему распознавания лиц, так что посторонним и мелким воришкам туда было не пробраться. Благодаря такой инфраструктуре «Личжу» действительно был на слуху на рынке недвижимости. Но для людей, знавших чуть больше остальных, все перечисленное не имело никакого значения. Главное было в другом — это был знаменитый на весь Нин «жилой комплекс содержанок». Именно здесь предпочитали селить любовниц местные боссы, имевшие деньги и положение.
Цзи Сюнь простоял у жилого комплекса около трех минут, этого времени вполне хватило, чтобы как следует все осмотреть.
У гаража дежурил охранник, еще двое стояли у главного въезда. Поверх ограды тянулась электрическая сетка, а на каждом углу ограды стояли камеры. Недавно откуда-то донесся лай, так что, похоже, рассказы в интернете об охране с собаками тоже не врали.
Ни один жилой комплекс не способен полностью оградить себя от посторонних.
Цзи Сюнь как бы невзначай огляделся и неторопливо пошел вдоль улиц, окружавших жилой комплекс. Завернув за угол, он обнаружил новую зацепку — кофейню.
Она называлась Acrosstime, а логотип оказался точно таким же, как на сине-белой термокружке Тан Цзинлуна.
Вот уж действительно: сначала ищешь до изнеможения и не находишь, а потом находка сама идет в руки.
*От переводчика. Acrosstime (англ.) — «через время».
Цзи Сюнь мельком заглянул через стекло — внутри почти никого. Он вошел и занял столик.
К нему тут же подошел официант:
— Мой друг Тан Цзинлун часто у вас бывает. Что он обычно заказывает?
Цзи Сюнь держался непринужденно, а сам внимательно следил за реакцией официанта. Заметив на его лице узнавание, он окончательно успокоился.
— Обычно господин Тан берет флэт-уайт.
Рассеянно листая меню, Цзи Сюнь достал телефон и набрал номер, сохраненный под именем «Тан Цзинлун». Спустя несколько секунд он заговорил:
— Лао Тан, я уже в той кофейне, о которой ты говорил. Сразу подняться наверх? Ага, ключ у меня. Только ты так и не сказал номер своей квартиры… Алло? Алло?
Прямо при сотруднике Цзи Сюнь снова позвонил. В трубке раздались короткие гудки.
— Вот же растяпа, вечно что-нибудь забудет, — проворчал он себе под нос, закрывая меню. — Тогда просто два флэт-уайта.
Пока бариста готовил кофе за стойкой, Цзи Сюнь продолжал возиться с телефоном. Точно подгадав момент, когда официант принес заказ, он снова набрал номер и на этот раз даже включил громкую связь. Разумеется, в ответ снова раздались короткие гудки.
— Опять не дозвониться. Занят больше, чем мэр.
Он нетерпеливо отключил звонок и сделал пару глотков кофе. Затем вдруг обратился к сотруднику:
— Лао Тан у вас ведь VIP-клиент? Не знаете, где он живет?
— Ну... по правилам... — растерялся официант.
Цзи Сюнь слегка покачал ключами:
— Да какие еще правила, ключи-то у меня. Просто комплекс огромный, охранники вряд ли знают Лао Тана, а он еще и недоступен. Иначе я бы вас и не спрашивал. Выручите, а я потом скажу ему почаще к вам заходить за кофе.
Не заметив ничего подозрительного, официант наконец разговорился:
— Господин Тан живет в комплексе «Личжу», корпус D, квартира 1808.
— Надо же, — удивился Цзи Сюнь. — Даже в журнал VIP-клиентов заглядывать не пришлось?
— Нет, — сотрудник неловко улыбнулся. — Просто господин Тан как-то раз мне помог. Однажды он здесь с кем-то пил кофе. А у меня тогда мама заболела, ее нужно было госпитализировать, а свободной палаты не нашлось. Я ужасно переживал. И когда нес кофе, случайно пролил его прямо на господина Тана. Но он не только не разозлился на меня, а еще и попросил человека, который был с ним, помочь устроить маму в больницу. Я давно хотел его поблагодарить, но в последнее время он тут не появлялся… Когда увидитесь с господином Таном, не могли бы вы передать ему от меня слова благодарности?
— Конечно, передам, — ответил Цзи Сюнь и как бы невзначай продолжил, — Кстати, а в какой больнице лежит твоя мама?
Третья больница находилась всего в двух улицах от дома Цзи Сюня. Среди тех, кто мог решить вопрос с госпитализацией, в первую очередь следовало рассматривать врача этой больницы.
Значит, в прошлый раз Тан Цзинлун вполне мог сидеть здесь за кофе с врачом из Третьей больницы.
Цзи Сюнь мысленно взял это на заметку. Возможно, эта деталь еще пригодится.
Поднялся холодный январский ветер, вздымая в воздух песок и пыль. Стоит только поработать на улице больше двух часов, и никакой крем не спасет, даже если щедро использовать его прямо перед выходом из дома: лицо покраснеет, кожа обветрится и потрескается.
Хо Жаньинь как раз вышел из химчистки «Чжоюэ».
Личность погибшего подтвердили еще вчера вечером. Сегодня, следуя обычной процедуре, полиция приехала сообщить семье о смерти и провести первичный осмотр его дома.
Тан Цзинлун и Жао Фанцзе жили в одном из элитных коттеджных поселков Нина. Перед домом стояли две каменные статуи слонов. Хозяйка сидела посреди роскошного дома и молча смотрела, как полицейские бесконечно входят и выходят. На ее лице застыло какое-то беспомощное оцепенение.
На этот раз допрос лишь подтвердил то, что полиция уже выяснила раньше. Жао Фанцзе совершенно ничего не знала о перемещениях Тан Цзинлуна. Она смогла назвать только время, когда видела его в последний раз: около шести вечера 19 января, когда он вышел из дома поужинать.
Хо Жаньинь прошелся по дому. У панорамного окна заметил недоделанный стеллаж для цветов, который собрали лишь наполовину и покрасили в сине-белый цвет, а по его углам были вырезаны живые узоры из цветов и трав. Пожалуй, это была самая полная жизни вещь во всем этом просторном и роскошном доме.
— Этот стеллаж вы заказывали у плотника? Почему его так и не закончили? — спросил Хо Жаньинь.
— Последние пару дней у него были дела, поэтому он сюда не приходил.
Жао Фанцзе сидела на диване, сложив руки на груди и закинув ногу на ногу. Будто погруженная в прострацию, она вовсе не выглядела слишком уж убитой горем, а на вопросы отвечала тоже вполне четко и по существу.
— Более-менее. Тан Цзинлун хорошо его знал, и мы всегда поручали ему всю работу по дереву в нашем доме. Кажется, несколько лет назад он заболел, и Тан Цзинлун ему тогда помог. С тех пор он всегда по дешевке делал для нас мебель и разные декоративные вещи. В общем, по дереву умеет практически все, человек он порядочный, да и работает неплохо, так что мне просто лень было искать кого-то на замену.
— Полное имя не спрашивала. Я всегда звала его Лао Лу, иероглиф «Лу» — как в слове «суша».
Когда полицейские добрались до кабинета и спальни Тан Цзинлуна, обнаружилось кое-что интересное. В кабинете стояли камеры наблюдения, браузер на компьютере работал в режиме инкогнито, а жесткий диск форматировался каждые две недели. Внутри все было просто нереально чисто, даже порно не нашлось.
По словам Жао Фанцзе, все это было обычными привычками Тан Цзинлуна.
Довольно сомнительными, конечно.
Даже если закрыть глаза на вычищенный до блеска компьютер, установленные в кабинете камеры заставляли задуматься. В комнате площадью около 15 квадратных метров их было две: одна смотрела прямо на монитор, а другая была направлена на книжный шкаф.
Однако их зоны обзора сильно пересекались. Проще говоря, хватило бы одной, нацеленной на экран. Этого было бы уже достаточно для того, чтобы охватить почти весь кабинет.
В таком случае вторая камера выглядела откровенно лишней. Именно это и насторожило Хо Жаньиня. Он велел сосредоточить обыск в этой зоне, и вскоре внутри книжного шкафа обнаружился спрятанный сейф.
Жао Фанцзе понятия не имела об этом сейфе.
Полиции пришлось изрядно повозиться, прежде чем удалось открыть сейф. Внутри оказалось два отделения. На верхней полке все было заставлено коробками с визитками — похоже, Тан Цзинлун собрал здесь базу всех своих контактов. Внизу стояла деревянная модель корабля, выполненная так искусно и реалистично, что казалась копией настоящего. На палубе лежала связка медных монет на красном шнуре. Причем они оказались не старинными, а были сделаны на заказ: на одной стороне было выгравировано «Благополучного плавания», а на другой — «Тихого ветра и спокойных волн».
Если пока не брать в расчет явно важные, но совершенно непонятные корабль и связку медных монет, эта проверка дала еще одну зацепку.
В кармане одного из костюмов Тан Цзинлуна, висевших в шкафу, Хо Жаньинь нашел квитанцию из химчистки. Это была как раз та самая химчистка, из которой он только что вышел.
Не было ничего необычного в том, чтобы сдавать дорогую одежду в химчистку. Странным было другое: она находилась далеко и от «Фуфэнь Фарма», где работал Тан Цзинлун, и от больницы «Солнечный свет», где работала Жао Фанцзе, и уж тем более не рядом с их виллой. Химчистка «Чжоюэ» располагалась в районе, никак не связанном ни с их работой, ни с повседневной жизнью.
Зачем Тан Цзинлуну понадобилось возить одежду в настолько неудобное место?
Именно поэтому Хо Жаньинь и приехал сюда.
— Тан Цзинлун довольно часто здесь бывал. Последние полгода сотрудники химчистки видели его примерно раз в десять-пятнадцать дней. Пока можно сделать вывод, что этот район был еще одной частью его привычного маршрута… Что ты там все высматриваешь? — спросил Хо Жаньинь, обращаясь к Тань Минцзю.
С тех пор как они сюда приехали, тот то и дело вертел головой по сторонам, вместо того чтобы нормально работать.
— Цзи Сюня жду, — ответил Тань Минцзю и, только договорив, заметил, что выражение лица Хо Жаньиня стало нечитаемым.
— Он ничего не говорил. Скорее всего, нет, но мне почему-то кажется, что все-таки появится, — взгляд Тань Минцзю расфокусировался. — Раньше всегда так было. Как только Цзи Сюнь заканчивал свою работу, он любил без предупреждения заявляться на участок, которым занимался кто-то другой, и начинал меш... помогать, и в итоге нам оставалось терпеть, как он меш… оказывал нам помощь. А в конце он еще и умничал, говоря, что это называется...
— Черт, точно! Вот именно это он и сказал бы! — Тань Минцзю с такой силой хлопнул себя по бедру, что чуть не отбил его. — «Здравый смысл, здравый смысл», можно подумать, в управлении здравый смысл был только у него одного. Ты бы знал, как всех бесило, когда он с таким видом произносил это свое «здравый смысл», словами не передать!
Хо Жаньинь едва заметно усмехнулся.
— Да какой там здравый смысл! Он просто тычет пальцем в небо! Сначала случайно попадает в правильный ответ, а потом подгоняет под него всю цепочку рассуждений! — Тань Минцзю буквально кипел от возмущения. — Я даже сам как-то раз подслушал его разговор с начальником Юанем. Чистую правду он говорит только ему!
Не факт. Цзи Сюнь ведь и Жаньиню тоже признался, что всего лишь строил догадки. Если уж по таким вещам судить о близости, выходило, что между Цзи Сюнем и Юань Юэ вовсе нет ничего такого уж двусмысленного. Хо Жаньинь отнесся к словам Тань Минцзю скептически.
— Каждый раз, когда он начинал гадать, они заключали пари: угадает — начальник Юань пишет за него отчет, ошибется — он сам пишет отчет за начальника. У него просто какое-то дурацкое везение, девять раз из десяти попадает в точку, вот и выходит, что каждый день начальник Юань усердно пишет за него отчеты, тьфу ты!
В словах так и сквозила глубокая зависть и возмущение полицейского, за которого некому писать отчеты, к бывшему коллеге, способному работать не напрягаясь.
— То есть ты теперь думаешь...
— Думаю, что он снова притащится сюда со своими догадками. В последнее время его лицо так часто возникает откуда ни возьмись, еще немного, и у моего ПТСР от его вечных гаданий скоро случится рецидив…
— Еще один жилой комплекс. — Хо Жаньинь остановился.
Перед ним крупной, летящей каллиграфией было выведено: «Жилой комплекс Личжу». Он достал фотографию Тан Цзинлуна и подошел расспросить охранника.
«Личжу» вполне оправдывал статус элитного комплекса: всего две квартиры на этаже, причем к каждой вел отдельный лифт.
Цзи Сюнь легким шагом прошелся по коридору, протянул руку и постучал в дверь. Убедившись, что из квартиры 1808 никто не отозвался, он достал свои инструменты.
Официанту в кофейне он наврал. Никакого ключа у него, разумеется, не было, но ведь дверные замки можно открыть не только ключом.
Вскрыв дверь в пару движений, Цзи Сюнь толкнул дверь. Первым бросился в глаза тонкий слой пыли на полу.
Квартира пустовала уже некоторое время, не слишком долго, но и не пару дней.
Он вошел внутрь, тихо прикрыл дверь и продолжил осмотр.
Закрытые окна и двери, разная мелочь на столе. В спальне все еще лежали постельные принадлежности, а вот шкаф... оказался пуст. Это натолкнуло Цзи Сюня на мысль, он обернулся и нажал на выключатель.
Раздался тихий щелчок, но свет не зажегся.
Догадка превратилась в уверенность. Он уже собирался продолжить осмотр, как снаружи послышался еще один щелчок. Входная дверь распахнулась, и вслед за этим раздался чей-то голос:
— Господа полицейские, вот та самая квартира, которую раньше снимал Тан Цзинлун...