Искренность лжи
November 4

Искренность лжи. Глава 16

← Прошлая глава

Глава 16. В борьбе с развратом нельзя терять ни секунды, а помогать полиции — долг каждого гражданина

— Плановая проверка, всем стоять на месте, не двигаться!

Дверь комнаты резко распахнулась от удара ноги. На пороге появился полицейский в форме, и Цзи Сюнь, все еще обнимавший Хо Жаньиня за плечи, застыл от неожиданности. Он перевел взгляд на служебный видеорегистратор на его груди.

— Что именно проверяете?

Полицейский нахмурился:

— А ты сам не знаешь, зачем сюда пришел? Что тут еще проверять? Проституцию выявляем! Двое мужчин и одна женщина, значит? Всем предъявить удостоверения личности!

Сысы тоже застыла от неожиданности и на мгновение растерялась.

Однако быстро взяла себя в руки и уже держалась так, словно была совершенно права. Продолжая курить, она даже не пошевелилась, закинув ногу на ногу:

— Товарищ полицейский, я хочу заявить о правонарушении.

— Еще и куришь, — тот посмотрел на нее. — На какое нарушение хочешь пожаловаться?

— Закон ведь не запрещает женщинам курить, разве нет? — сказала Сысы, после чего перевела взгляд на Цзи Сюня и Хо Жаньиня.

Полицейский проследил за ее взглядом и тоже посмотрел на них. Под этими взглядами у обоих по спине пробежал холодок — чувство, которое они испытывали крайне редко.

Цзи Сюнь убрал руку с плеч Хо Жаньиня, а тот в свою очередь отпустил его руку, которую держал.

Они даже незаметно отодвинулись друг от друга, увеличивая дистанцию и делая вид, будто они едва знакомы.

— Я хочу заявить, что эти двое — геи. С самого прихода только и делали, что липли друг к другу и нежничали. То отпихивают друг друга, то снова сближаются, строят из себя недотрог. Смотреть противно.

Сысы презрительно добавила:

— Настолько ненормальные, что к ним даже не подступиться. Весь вечер на них впустую угробила!

Вращающаяся лампа заливала комнату розовыми и персиковыми огнями. На лице полицейского появилось странное выражение.

— Хочешь пожаловаться — жалуйся, только без такого количества идиом*. И сама себя заодно не выдавай. Ты же взрослая девушка. Тебе заняться больше нечем, кроме как к другим приставать? А теперь все встали, вышли в коридор и построились! А уж правда это или нет и что тут вообще происходит, выясним в участке. Пойдете с нами, там и поговорим.

*От переводчика. Здесь имеются в виду чэнъюи (成语, chéngyǔ) — устойчивые выражения китайского языка, чаще всего состоящие из четырех иероглифов. В своей речи Сысы употребила сразу пять таких оборотов.

Цзи Сюнь неторопливо встал с дивана и украдкой обратился к Хо Жаньиню:

— Капитан Хо, самое время достать свое удостоверение и устроить с коллегами совместную операцию.

— Я его не взял.

— Ты сейчас серьезно?

— Серьезно. Я же с тобой вышел встретиться, зачем мне удостоверение? — На спокойном лице Хо Жаньиня застыло едва заметное выражение отрешенности. — Пора пустить в ход старые связи. Найди кого-нибудь из бывших коллег, может, удастся все уладить по знакомству.

— Может, просто сказать, что мы свои, из другого подразделения? — Цзи Сюнь предложил другую идею.

— Воспользуйся своим выдающимся здравым смыслом и подумай: если полиция проводит по сотне таких рейдов в год, скольким нарушителям приходила в голову гениальная мысль выдать себя за своих и сослаться на знакомство с полицейскими? — ответил встречным вопросом Хо Жаньинь.

Медленно о чем-то переговариваясь, они все же дошли до выхода.

В коридоре уже выстроилась шеренга людей. Все стояли понурив головы и сгорбившись, словно стая ощипанных перепелов, которых вот-вот отправят на разделочную доску, и дрожали, как опавшие листья на осеннем ветру.

Люди сбились в кучу на крошечном участке, почти полностью перекрыв проход. Но никто даже звука не издал. Атмосфера застыла так, что становилось жутко.

Голос Цзи Сюня постепенно становился тише, превратившись в еле слышный шепот:

— Знаешь, зачем черепахе панцирь?

Хо Жаньинь посмотрел на него с недоумением.

— Потому что прятать голову хоть и позорно, зато полезно, — с этими словами Цзи Сюнь поднял руку и прикрыл часть лица.

— …

В коридоре уже собралось довольно много людей, но операция все еще продолжалась. Последняя массивная дверь из красного дерева по-прежнему оставалась недвижимой, словно полководец, стоящий на страже крепостных ворот.

Полицейский, с силой колотивший в дверь, перешел на более жесткий тон:

— Открыть дверь, немедленно! Не откроете — расценим как препятствование работе полиции! Всех до единого заберем в участок и задержим! Ключ до сих пор не принесли? Хватит его искать! Не можете найти — несите пожарный топор и рубите дверь!

Стоило второму полицейскому обернуться, как перед ним возник красный топор. Державший его человек полностью закрывал лицо ладонью, спрятав глаза. Оставалось только гадать, как он умудрился вслепую протянуть топор точно в руки.

Взяв оружие, полицейский одобрительно произнес:

— Спасибо, очень вовремя.

— В борьбе с развратом нельзя терять ни секунды, а помогать полиции — долг каждого гражданина, — скромно ответил Цзи Сюнь.

Остальные, попавшие под облаву, потеряли дар речи.

Все дружно отодвинулись от него подальше — никто не желал, чтобы тот говорил от их имени.

Полицейского это позабавило, и он спросил:

— Смотрю, сознательность у тебя на высоте! Чего же ты тогда здесь забыл?

Да потому что все это одно сплошное недоразумение!

Но Цзи Сюнь прекрасно понимал, что подобное кричат все задержанные без исключения, поэтому решил не тратить слова впустую. Он лишь слегка раздвинул пальцы, прикрывавшие глаза, и принялся наблюдать за происходящим сквозь образовавшуюся щелочку.

Полицейских оказалось всего трое. Один следил за собравшимися в коридоре, а двое пытались прорубить дверь топором. Судя по всему, они получили сообщение о нарушении и приехали разбираться. Управляющий все никак не появлялся. На месте оставались только несколько работников караоке-клуба, не уполномоченных ничего решать. Они не могли ни принести ключи, ни помешать полиции ломать дверь.

А еще то, что скрывалось за этой дверью.

Там было полно людей, и все пребывали в панике. До сих пор оттуда доносились неразборчивые крики и шум.

Обычно нарушители закона, столкнувшись с полицией, даже если поначалу сильно волнуются, к этому моменту уже успевают прийти в себя.

— Там что, коллективно наркотиками балуются? — шепотом спросил Цзи Сюнь, продолжая переговариваться с Хо Жаньинем.

— Мм.

— Я спросил, а ты ответил так, будто все уже ясно, — с интересом заметил Цзи Сюнь. — Не думаешь, что могут быть и другие варианты?

— Наркоманы как тараканы. Увидел одного, значит, где-то поблизости прячется целое гнездо, — не задумываясь сравнил Хо Жаньинь.

Едва он договорил, как раздалось громкое «бах!» и топор разнес массивную дверь из красного дерева. Двое полицейских первыми ворвались внутрь, а третий остался дежурить снаружи.

Коридор в клубе был настолько узким, что троим здоровенным парням достаточно было просто встать, чтобы наглухо его перегородить.

Не успел Цзи Сюнь двинуться следом, как услышал суровый окрик одного из вломившихся внутрь:

— Здесь наркотики! Свяжитесь с оперативным подразделением!

Между плечами стоявших впереди людей Цзи Сюнь смог разглядеть, что происходило внутри.

Около десятка мужчин и женщин в невменяемом состоянии кое-как держались на ногах, толкались и галдели. Один из полицейских встал возле распахнутого настежь окна, откуда наружу свисала штора.

Кто-то спустился по ней вниз.

Спустившийся человек был гораздо важнее всех оставшихся, и не исключено, что он даже унес с собой крупную партию наркотиков. А те, кто остался, вряд ли его выдадут.

В голове Цзи Сюня молниеносно пронеслась цепочка мыслей. Не тратя времени на дальнейшие размышления, он развернулся и рванул обратно к комнате, где они сидели!

Двигался он стремительно. Полицейский, дежуривший в коридоре, как раз связался по рации с подразделением, когда заметил его маневр, и тут же рявкнул:

— А ну стоять! Куда побежал!

Окрик не возымел должного действия, а лишь заставил остальных опомниться. Стоявший с краю крупный широкоплечий мужчина с татуированной рукой вдруг резко скинул с ног одноразовые тапочки и босиком, широкими шагами рванул к эвакуационному выходу!

Но уже через пару шагов его с силой сбили с ног. Хо Жаньинь настиг его сзади и прижал к полу.

Вбегая в комнату, Цзи Сюнь успел краем глаза увидеть происходящее, а затем услышал ледяной голос Хо Жаньиня:

— Куда рванул? Твои данные уже записали, далеко собрался?..

Шум в коридоре быстро стих, а полицейские так и не последовали за ним. Видимо, Хо Жаньинь уже объяснился с дежурившим там полицейским. Цзи Сюнь махнул телефоном, подавая тому знак, что они созвонятся позже. Не заботясь о том, был ли этот жест замечен, он сунул мобильник обратно в карман и поставил ногу на подоконник.

Стоило выглянуть в распахнутое окно, как картина происходящего стала яснее.

В соседней большой комнате часть штор сняли и связали в длинную веревку.

Как раз в этот момент светловолосый парень спустился по ней до первого этажа и бросился в переулок.

Цзи Сюнь осмотрел пространство под своим окном.

Внизу располагался минимаркет, но никакого козырька над ним не было. Зато примерно в полуметре от окна вдоль наружной стены проходила водопроводная труба.

Он снял куртку, накинул на трубу и, ухватившись за нее обеими руками, использовал как импровизированный трос для спуска.

Качнувшись всем телом, словно на качелях, он скользнул вниз. На все ушло меньше пяти секунд.

Но даже этого оказалось недостаточно — светловолосый парень уже успел окончательно скрыться в переулках!

Цзи Сюнь устремился за ним, но уже через пару шагов остановился. Переулок разветвлялся во все стороны. Прямо перед ним было три ответвления, и каждое уходило в кромешную тьму. На глаз определить, куда свернул парень, было почти невозможно.

Он замер и прислушался.

Узкие проходы тянулись далеко вглубь, бесконечно петляя, будто лабиринт. Ни одной камеры наблюдения. Зато стены здесь были тонкими, разной высоты, а потому хорошо пропускали звук.

Даже из одного переулка зачастую были слышны звуки, доносившиеся из соседнего.

Цзи Сюнь терпеливо прислушивался, пока не различил шорох кроссовок по земле и тяжелое дыхание, смешивавшееся с шумом ветра.

Он прикрыл глаза. Постепенно в его сознании начали вырисовываться очертания знакомых улочек, складываясь в подобие карты перед мысленным взором. Бегущий по переулкам парень обозначился на ней красной точкой. Цзи Сюнь ясно видел траекторию ее движения.

Через несколько секунд он открыл глаза.

Определив точное направление, Цзи Сюнь рванул вперед с легкостью и стремительностью гепарда, нашедшего себе добычу на ужин.

Ярче всего переулки освещала луна. Стены по обе стороны, прежде лишь раздражавшие тем, что сбивали с пути, теперь, напротив, дарили ощущение безопасности. Даже тени, отбрасываемые луной, служили светловолосому парню защитной броней, следуя за ним по пятам.

За спиной по-прежнему не было слышно ни единого крика преследователей.

Возможно, за ним вообще никто не гнался, а может, его уже потеряли из виду.

Сковывавшее его напряжение наконец отпустило. Сознание, до этого словно опустевшее, постепенно начало воспринимать происходящее вокруг. Теперь он слышал собственное тяжелое дыхание, оглушительный стук сердца и чувствовал, что горло пересохло настолько, будто вот-вот загорится.

«Блядство! За всю жизнь еще ни разу так не бегал!»

Парень зло выругался.

Вот доберется до дома, как следует прополощет рот бренди, примет душ и смоет с себя всю эту дрянь!

А сейчас…

Он глянул вперед. Плохо зная здешние места, он понятия не имел, где оказался. Но за переулками проходила освещенная фонарями улица — если держаться самого яркого света, не ошибешься.

Геолокацию он тоже включил. Так или иначе, уже скоро за ним приедут, чтобы забрать отсюда…

И тут на пересечении переулков показался чей-то силуэт.

Поначалу светловолосый даже не насторожился. Сам он прибежал с противоположной стороны, и возможная погоня тоже должна была остаться позади. А тот, кто шел навстречу… Кто знает, кто это? Может, просто прохожий.

И даже когда этот «прохожий» заломил ему руку за спину и с силой впечатал лицом в шероховатую стену, в голове все еще оставался отголосок прежней мысли.

— Да как ты…

— Как я успел тебя обогнать? — закончил за него Цзи Сюнь. — Слишком медленно бегаешь. Когда выйдешь на свободу, побольше тренируйся.

— Да я…

— Мне плевать, кто ты такой, кто твой отец и кто там у тебя в родне до седьмого колена. Прибереги свои объяснения для полиции. Уж там-то вам точно будет о чем поговорить, — успокаивающе проговорил Цзи Сюнь.

— Я… отпусти… у меня… есть деньги, — парень тяжело дышал, и его голос начал дрожать. — Я тебе заплачу…

— О, и сколько?

Одной рукой Цзи Сюнь удерживал подозреваемого, а другой потянулся за телефоном. Парня он поймал, теперь оставалось сообщить об этом Хо Жаньиню.

Стоило ему всего на мгновение опустить голову, как беспокойно метавшийся взгляд светловолосого застыл, зацепившись за что-то впереди чуть в стороне. После этого паника в его налитых кровью глазах исчезла. Но Цзи Сюнь этого не заметил.

— Дам… дам…

— Так сколько в итоге дашь-то?

Цзи Сюнь уже потянулся большим пальцем к кнопке отправки сообщения, но в последний момент вдруг осознал, что у него даже нет номера Хо Жаньиня. Цокнув языком, он решил набрать Тань Минцзю, но тут ощутил резкую боль в пояснице, куда сзади уперлось холодное оружие.

Раздался хриплый голос мужчины средних лет:

— Брось телефон. Парня отпусти.

Палец Цзи Сюня замер над экраном. Прижатый к стене светловолосый отчаянно косил глаза, пока зрачки не оказались у самых уголков.

Глаза все сильнее наливались кровью, но парень не сводил взгляда с Цзи Сюня. Губы продолжали дрожать, отчего подрагивала и родинка на подбородке, а половину лица исказила жуткая улыбка. Слово за словом он проговорил:

— Твоей мамаше я дам.

Следующая глава →

✦

Оглавление

✦