Искренность лжи. Глава 9
Глава 9. You can you up*!
*От переводчика. You can you up! — китайский по происхождению интернет-мем, хотя и состоит из английских слов. Сокращение от фразы «You can you up, no can no BB». Буквально: «Раз можешь — иди и сделай. Не можешь — не болтай». Используется как ироничный ответ человеку, который много критикует или раздает советы, но сам не готов показать, как нужно делать.
— Спасибо, — Хо Жаньинь скрыл удивление и взглянул на то, что протянул ему Цзи Сюнь. — Расскажешь об этих двух зацепках?
Цзи Сюнь слегка покачал телефоном. Он по-прежнему выглядел совершенно обессиленным и ему явно лень было сказать хоть одно лишнее слово.
— Всё в текстовом файле. Включи Bluetooth, я скину.
Хо Жаньинь включил Bluetooth и быстро получил документ.
Пока он его просматривал, Цзи Сюнь смахнул книгу в сторону и поднялся с кресла.
Цзи Сюнь посмотрел на Хо Жаньиня.
— И это все? Больше ничего нет? — спросил тот.
Уголок рта Цзи Сюня дернулся, он аж взбодрился от злости:
— Двух зацепок тебе мало? А двадцать устроит? Я тебе что, машина по производству улик? Почему бы тогда не решить все одним махом: я сам раскрою дело, а потом еще и отчет по нему как следует распишу?
— Да не сердись, я же просто спросил.
Хо Жаньинь неожиданно перестал хмуриться и улыбнулся, что случалось редко. Его изящные черты словно расцвели, смягчив обычную холодность, будто промерзшая земля оттаяла и в мир вернулась весна.
— В прошлый раз я тоже повел себя не лучшим образом. Раз уж ты принес новые зацепки, давай так: я угощу тебя ужином, пусть это будет моим извинением.
— Не стоит, боюсь, кусок в горло не полезет, — Цзи Сюнь натянуто улыбнулся и зашагал к выходу, на этот раз не останавливаясь.
Стоило ему скрыться из виду, как улыбка мгновенно сошла с лица Хо Жаньиня.
В кабинете было людно. С холодным выражением он обратился ко всем:
— Цзи Сюнь точно что-то утаил. Кто там с ним хорошо ладит? Догоните и попробуйте его разговорить.
Все остальные тут же уставились на Тань Минцзю.
Тань Минцзю огляделся по сторонам и потер свою блестящую лысину.
— Ну и чего вы все на меня смотрите? Да, мы с Цзи Сюнем неплохо ладим, но это же как-то не по-человечески. Зачем против своих такие фокусы устраивать? Раз уж он говорит, что ни...
Внезапно лежавший на столе блокнот прилетел Тань Минцзю прямо в грудь. Это был его собственный рабочий блокнот, куда он обычно записывал ход расследований.
— Возьми это и догони его. Найди повод и выясни, какого рода информацию он искал, — произнес коротко Хо Жаньинь.
— …Не веришь и ладно, но провокации-то зачем устраивать?
Тань Минцзю что-то проворчал себе под нос, но против начальства не попрешь. Так что оставалось только взять блокнот и поспешить следом.
Цзи Сюнь не успел уйти далеко. В участок он приехал толком не проснувшись и на голодный желудок, поэтому, едва выйдя за ворота отделения, сразу же отыскал забегаловку с завтраками. Стоило ему сесть за столик, как пластиковая занавеска на входе зашуршала, и внутрь протиснулся Тань Минцзю.
Он увидел Цзи Сюня и притворно опешил:
— С работы сбежал? — спросил Цзи Сюнь.
Тань Минцзю уселся напротив него:
— Я вообще-то по делу вышел. Но не идти же на задание голодным? Вот и заглянул сначала поесть чего-нибудь горячего. Здешний соленый доухуа* очень хорош, угостить тебя?
— Не надо, мой заказ уже принесли.
*От переводчика. Доухуа (豆花 dòu huā) — традиционное китайское блюдо из очень нежного соевого творога, по консистенции напоминающего пудинг. Бывает в сладком и соленом вариантах. Соленый обычно подают с соусом или бульоном и различными добавками, например зеленым луком, маринованными овощами, грибами, сушеными креветками или чили. Состав зависит от региона и заведения.
На завтрак Цзи Сюнь взял соевое молоко, ютяо и баоцзы. Молоко подали без сахара, поэтому он взял сахарницу, щедро всыпал в пиалу большую ложку и принялся неторопливо размешивать.
Цзи Сюнь ничего не говорил, а его взгляд оставался отсутствующим. Казалось, он до сих пор пребывал где-то между сном и явью.
Но стоило Тань Минцзю подумать о прежних «великих подвигах» этого человека, как его собственное сердце словно превратилось в только что добавленный сахар, который безжалостно терзали в горячем напитке.
Понимая, что отступать все равно некуда, Тань Минцзю решил действовать без промедления:
— Что-то у меня живот прихватило, я сначала в туалет сбегаю.
Тань Минцзю завел руку за спину, вытащил блокнот и бросил на стол.
— Присмотри пока за ним. И чтобы никто больше не прикасался — там важные секретные материалы по делу Си Лэй.
Прижимая руку к животу, Тань Минцзю огляделся по сторонам и с загадочным видом заговорил:
— Эх, вообще-то такую вещь здесь оставлять не положено, но когда в прошлый раз я прихватил его с собой в туалет, то случайно уронил прямо в…
В этот момент ложка со звонким стуком ударилась о край пиалы.
— А можно обойтись без туалетных подробностей, пока мы едим?
— Молчу, молчу, — хихикнул Тань Минцзю. — Все, я ушел, скоро увидимся.
С этими словами он поднялся и в какой-то нелепой позе рванул в туалет, схватившись за живот обеими руками. Казалось, будто его и в самом деле прижало так, что терпеть было просто невозможно. Цзи Сюнь перевел взгляд с удаляющейся спины Тань Минцзю на оставленный на столе блокнот.
Спустя десять минут тот наконец-то вышел из туалета и с видом человека, которому заметно полегчало, уселся обратно напротив Цзи Сюня.
Цзи Сюнь сделал последний глоток соевого молока.
— Блокнот там. Никто к нему не прикасался. Я пошел.
— Спасибо! Давай, до встречи! — Тань Минцзю замахал ему вслед.
Едва Цзи Сюнь откинул занавеску и вышел из заведения, как он мгновенно опустил руку и уставился на блокнот, который лежал ровно в том же положении и под тем же углом, что и до его ухода. Он уже потянулся было к нему, однако на полпути передумал.
Вместо этого он обратился к подошедшему убрать со стола сотруднику:
— Скажите, тот человек, который только что сидел напротив меня, не трогал этот блокнот?
Работник даже головы не поднял:
— У нас тут работы полно, откуда мне знать? Взрослый человек, а сам за своими вещами уследить не можешь?
Тань Минцзю полез в карман, достал удостоверение и шлепнул его на стол.
— Мне нужны записи с камер наблюдения.
Но, к сожалению, проверка записей ничего не дала. За эти десять минут не только Цзи Сюнь не посмотрел и не притронулся к блокноту — даже какая-нибудь случайная пролетавшая мимо муха не снизошла до того, чтобы посидеть на нем.
Убедившись в этом, Тань Минцзю вернулся в участок и честно рассказал Хо Жаньиню, как все прошло. Тот нахмурил брови:
— Ты решил устроить проверку Цзи Сюня в заведении, где установлены камеры? Думаешь, его мозг съели зомби*, и он не заметил бы огромную камеру прямо на стене?
*От переводчика. «Мозг съели зомби» — если для нашего слуха звучит немного странно, то в китайском интернет-сленге это ходовой фразеологизм. Выражение прочно укоренилось в языке благодаря огромной популярности в Китае игры Plants vs. Zombies.
Тань Минцзю почувствовал себя несправедливо обвиненным:
— Так эту забегаловку Цзи Сюнь выбрал, не я же! К тому же, если найти какое-нибудь место без камер, я скажу, что он в блокнот посмотрел, а он скажет, что не смотрел, как тогда разобраться?
— С делом не справился, да еще и оправдываешься с таким видом, будто прав?
— Начальник Хо, я ни в коем случае не спорю с вами. Просто сами подумайте, вам не кажется, что вы к нему предвзяты? По-моему, если бы Цзи Сюнь хотел скрыть какие-то зацепки, зачем бы ему тогда было вообще что-то нам давать? А раз он все-таки поделился, какой ему смысл утаивать остальное — это же как самому себе противоречить. В итоге ни туда ни сюда, — старательно пытался донести свою мысль Тань Минцзю.
Однако на лице сидевшего за столом Хо Жаньиня по-прежнему играла легкая холодная усмешка:
— Не все, у меня есть предложение!
— Цзи Сюнь и начальник Юань близки как братья. Меня-то Цзи Сюнь еще может обмануть, но вот начальника Юаня ему обманывать незачем. Может, нам лучше попросить его поговорить с Цзи Сюнем? Тогда наверняка все получится легко и быстро!
— …Это дело второго отдела, а ты предлагаешь мне звать на помощь первый? — Хо Жаньинь аж дар речи потерял.
— Ай, да ладно, все одним делом занимаемся, подразделения-то родственные, какая разница — первый отдел или второй? Это вы уже делите всех на своих и чужих…
Не успел тот договорить, как Хо Жаньинь запустил в него блокнотом и выставил из кабинета. Кое-как подхватив его, Тань Минцзю вышел за дверь и тихонько цыкнул:
— Еще и недоволен, что я не справился. You can you up! Если бы ты сам пошел, Цзи Сюнь даже есть бы с тобой не захотел, ты бы уже на первом этапе провалился! No can no BB!
Высказавшись, он тут же почувствовал себя лучше. Заложив руки за спину, Тань Минцзю по-хозяйски вразвалочку зашагал дальше по своим делам.
Позавтракав, Цзи Сюнь не спешил браться за дальнейшие поиски. Передача части материалов полиции стала для него своего рода завершением определенного этапа.
Он решил привести мысли в порядок.
Судя по имеющимся уликам, Си Лэй, скорее всего, убил кто-то из знакомых.
А мотивом преступления, вполне вероятно, стало…
В голове Цзи Сюня промелькнули исчезнувшие с места убийства компьютер и телефон, а также сиротливо лежавший на столе кабель от жесткого диска.
Насколько ему было известно, полиция так и не обнаружила жесткий диск в съемной квартире, а значит, он тоже пропал.
Этот знакомый искал некую запись в компьютере и телефоне Си Лэй. Вполне возможно, именно ее содержимое и стало причиной смерти девушки.
Тайна, которую убийца любой ценой хотел скрыть от чужих глаз.
Но о какой тайне могла знать Си Лэй? Каждый день она имела дело с беременными женщинами… Может, она была в курсе грязного белья в их семьях? Знала, что одна из этих женщин изменяла мужу? Или что чей-то муж завел связь на стороне?
Мысли Цзи Сюня уже вовсю блуждали вокруг всевозможных семейных дрязг, но его не покидало смутное ощущение, что он что-то упустил.
Это была совсем крохотная деталь.
Но эта мелочь была словно капля чернил на белой одежде, крохотное пятнышко, которое никак не давало ему покоя…
События последних дней кадр за кадром прокручивались в голове Цзи Сюня. Он перебирал воспоминания, пока не остановился на одном:
Термокружка в руках Тан Цзинлуна.
Такие же облачка, такой же простой рисунок. Он точно помнил, что уже где-то это видел. Это было в…
Но если не считать Цзэн Пэна, в «Моменты» она выкладывала только то, что было связано с работой.
То есть одна из семей, у которых работала Си Лэй, посещала ту же кофейню, что и Тан Цзинлун!
Сегодня солнце припекало сильнее обычного, разогнав серость последних дней. Отличный день для работы.
Цзи Сюнь приехал в агентство, где работала Си Лэй, и обратился к сотруднику на ресепшене:
— Вы, должно быть, уже знаете новость о гибели Си Лэй…
Цель у него была простая: найти ту семью, у которой была такая же кофейная кружка.
— На днях у нас похороны, будем провожать Лэйлэй в последний путь. С одной из семей у нее сложились очень хорошие отношения, и даже когда работа закончилась, они продолжали часто общаться. Но у нее украли телефон, и теперь мы не можем связаться с этой семьей. Я хотел узнать, не сохранились ли у вас их контактные данные… Кстати, имени я не знаю, но могу сказать, когда Лэйлэй работала у этой семьи.
Администратор на ресепшене не имел полномочий самостоятельно решать этот вопрос, поэтому позвал руководителя. Та не стала возражать, потому что полиция уже приходила с расспросами, и в компании все были в курсе случившегося. Она отнеслась к просьбе с участием, сразу проверила архив и быстро нашла нужную запись.
— А, так это Люй Даньин! Сразу видно, что они хорошо ладили — она дважды обращалась именно к Си Лэй. А во второй раз еще и за месяц до родов попросила, чтобы та снова за ней ухаживала.
Цзи Сюнь вдруг вспомнил, что вчера говорила сотрудница цветочного магазина.
«Она ведь такая молодая, двоих детей подряд родила и восстановилась просто потрясающе. Они с Сяо Лэй близкие подруги. Когда та была беременна, Сяо Лэй все время заботилась о ней».
— А за сколькими женщинами, родившими второго ребенка, Лэйлэй ухаживала?
Руководитель даже рассмеялась:
— Си Лэй проработала здесь всего три года. Ты думаешь, детей рожать — это как сходить в магазин за фруктами: захотел и готово? У нее было больше десяти подопечных, и только одна из них успела за это время родить дважды.
Люй Даньин — это и есть Сяо Си.
У Люй Даньин дома была такая же подарочная термокружка из кофейни, как у Тан Цзинлуна.
Цзи Сюнь взял номер Люй Даньин и отправил ей заявку в друзья в WeChat. В тексте запроса он указал причину, похожую на ту, с которой он пришел в агентство: Си Лэй погибла, и он надеется, что Люй Даньин сможет прийти на похороны.
Заявка ушла, но ответа пока не было.
Цзи Сюнь не торопился. Он связался с Ся Юцин и попросил ее поискать в «Моментах» фотографии двоих детей Люй Даньин, обращая внимание на даты публикаций.
Вскоре фотографии оказались у него.
На первом фото был ребенок с черными волосами и черными глазами, типичной азиатской внешности. На втором — кудрявый и голубоглазый, явно смешанного происхождения. Эти два поста разделяло всего одиннадцать месяцев.
Странной казалась и внешность двоих детей, и разница в возрасте между ними.
В этот момент его заявку неожиданно приняли.
Цзи Сюнь вернулся в WeChat и увидел в чате системное уведомление о том, что они с Люй Даньин теперь друзья.
Буквально через секунду пришло сообщение.
Люй Даньин: Не получится прийти.
Люй Даньин: Люй Даньин умерла.