Красная точка. 91 🧨
— Ах, а-а-ах-х! Нельзя…! Ха-а!
Внутри волнами вспыхивало резкое, простреливающее удовольствие. Острая стимуляция поднималась откуда-то из глубины и доходила током до самой макушки, так что темнело в глазах.
Джунсон и представить не мог, что где-то в его теле была скрыта такая «мина». С каждым сильным нажатием становилось хорошо, а сознание то и дело отключалось. Он боялся, что если окончательно отпустит себя, то начнет издавать звуки, из-за которых потом не сможет смотреть людям в глаза.
Тело вздрагивало само по себе, будто и не принадлежало ему. Оставалось только цепляться за руку Хансо и дрожать.
— Там… ох, хватит уже… Ах-х! Ты, сукин…!
Уже сложно было понять, пытается ли он вырваться или же бьется в судорогах от переизбытка наслаждения.
Лицо Хансо исказилось, от былого спокойствия не осталось и следа. Он дышал тяжело и прерывисто, как возбужденный зверь.
— Почему ты так мило себя ведешь? Тебе так нравится это место?
— «Нет»? Блядь. Ты же сам сжимаешься вокруг моих пальцев каждый раз, когда я толкаюсь.
Хансо бросил взгляд на торчащий член Джунсона, с которого уже капала смазка, и добавил еще один палец. Снизу донесся влажный, хлюпающий звук.
— А я бы хотел, чтобы и то, и другое.
Благодаря гелю пальцы скользили в узком отверстии без особых усилий, и вскоре их стало три. У Джунсона и так саднило от непрерывных толчков, а теперь к этим ощущениям добавилось и давящее распирание. Он злобно уставился на Хансо.
— Хватит добавлять пальцы, ублюдок!
Даже если каждый толчок приносил ошеломительное удовольствие, оно не могло полностью заглушить ни боль во входе, ни невыносимое давление изнутри.
Хансо, который до этого целенаправленно терзал простату тремя пальцами, вдруг развел их в стороны, словно изображая латинскую букву W. Наслаждение мгновенно притупилось, уступив место странному ощущению растяжения.
— Если не хочешь еще палец, придется так.
Как бы смазка ни смягчала процесс, нутро все равно оставалось слишком узким. По правде говоря, Хансо бы не отказался силой войти в рваную, кровоточащую дырку и ни о чем больше не думать. Вот только тогда Джунсон больше не позволит к себе прикоснуться. Именно поэтому он подавлял инстинкты, стараясь быть заботливым.
Даже не подозревая, что творится у Хансо в голове, Джунсон метнул на него яростный взгляд. От напряжения на его ресницах выступили слезы.
— Есть же вариант… просто не делать этого…! А-ах!
Выдохнув горячий воздух, Хансо языком коснулся мокрых глаз.
— Эй… Я честно постарался все расслабить, можно уже вставить?
То ли из-за жаркого шепота, который расплывался по векам, то ли из-за нетерпеливого выражения на лице Хансо… Джунсон мог бы резко бросить «нет», но почему-то спросил, словно нарочно оставляя лазейку.
Пальцы, так старательно наполнявшие его изнутри, резко выскользнули. Мышцы тут же судорожно сократились, будто пытаясь что-то найти.
К мягкому входу прижалось нечто массивное и горячее. Почувствовав скользкую от смазки резинку, Джунсон даже без взгляда вниз понял, что это. В широко распахнутых глазах от шока задрожали зрачки.
До этого момента он еще сомневался. Джунсон ничего не знал о сексе между мужчинами, поэтому думал, что все эти манипуляции пальцами — просто какая-то дикая прихоть чокнутого До Хансо.
Но когда словно раскаленный член, толщину которого он уже видел собственными глазами, уперся во вход, на Джунсона обрушилась волна первобытного ужаса и тревоги.
— Э-эй, нельзя… Оно не влезет, ебанутый ты ублюдок…
Дыхание окончательно сбилось, от лица отхлынула вся кровь. Он хотел отодвинуться, но хватка Хансо была слишком крепкой. Джунсон мог разве что беспомощно извиваться и изо всех сил стискивать его предплечье.
— Все нормально. Расслабься, и ничего не порвется.
— Да как оно может не порваться? Я же просто сдохну!
— Я постараюсь, чтобы не сдох.
— Это не то, где можно постара…! А-а-ах!
Толстая головка все-таки начала вдавливаться в узкий проход. Его растягивало силой, и каждое движение отдавалось острой судорогой.
С пальцами все было иначе: Хансо увеличивал их количество постепенно, а ритмичные толчки хорошо сглаживали чувство инородного тела. Но то, что входило в него сейчас, ощущалось совершенно иначе. Вход будто прижгли огнем, когда плоть начала насильно растягиваться во все стороны разом.
Затем добавилась неприятная пульсация где-то глубоко внутри. Казалось, внутренние стенки тяжело сокращаются, не справляясь с тем, что в них пихают. Вошла пока только головка, а глухая боль уже разлилась по низу живота, ягодицам и бедрам, заставляя все тело трястись.
Джунсон инстинктивно вонзил ногти в предплечья Хансо. На коже остались длинные красные царапины, а кончики пальцев побелели от напряжения.
Хансо мельком взглянул на отметины, а потом накрыл член Джунсона ладонью в перчатке. Остатки скользкого геля помогли руке плавно пройтись по коже, будто успокаивая.
Ствол, который и так был твердым, дернулся от этого нежного прикосновения. Внимание Джунсона немного переключилось с боли на удовольствие.
— Ты что, думаешь… нх… это так просто?... Ха-а…
Пока он задыхался и не мог толком говорить, Хансо зловеще шепнул ему в ухо:
— Если тебе нравится плакать от крови при каждом толчке, я могу сделать и так.
Стиснув зубы, Джунсон свирепо зыркнул в ответ. Слезинка, дрожавшая на ресницах, сорвалась и скатилась по щеке. Хансо тут же слизнул ее, словно не хотел терять ни капли.
— Ты же сам просил быстрее, вот я и делаю. Поэтому раздвинь ноги пошире и расслабься. А то мой член сейчас сломается.
Хансо тоже было больно. Раздувшуюся до предела головку намертво зажало в самом начале, и любое движение приносило обоим только мучения. При этом стоило Хансо подумать, что его сжимает «развратная дырка Джунсона», как дискомфорт тут же превращался в возбуждение, и он заводился еще сильнее. Для Джунсона, разумеется, все обстояло иначе.
Хансо начал быстрее дрочить его член. В прерывистом, сдавленном дыхании Джунсона послышались тихие стоны.
— Какой послушный, наш Джунсон-и.
Он шептал ласково, но голос был таким же сорванным, как дыхание. Джунсон крепко прикусил губу, разрываясь между удовольствием спереди и жжением сзади.
В конце концов, он сам согласился принять сексуальное влечение До Хансо. Просто не ожидал, что придется зайти так далеко.
Смирившись с неизбежным, Джунсон медленно выдохнул и постарался расслабить мышцы внизу. Боль тут же отступила, пропуская вперед удовольствие от мастурбации. С губ сорвался тихий, томный всхлип.
Как только давление ослабло, член начал медленно проникать глубже.
Само собой, ствол оказался толще головки. Когда он двинулся внутрь, с таким трудом восстановленное дыхание Джунсона снова сбилось. Он широко распахнул глаза и начал часто глотать воздух, издавая прерывистые звуки.
Эта похвала на самом деле относились и к самому Хансо. Он до сих пор отчаянно боролся с собственным инстинктами. Стоило уступить себе, и от Джунсона остались бы одни куски мяса. Поэтому он из последних сил старался действовать бережно.
Неизвестно, догадывался ли тот о его стараниях, но в какой-то момент Джунсон сам потянулся к Хансо.
— Мх… просто… сделай уже быстрее…
Может быть, он немного привык?
Не замечая, что провоцирует, Джунсон обхватил его за шею обеими руками, с силой притянул к себе и прохрипел:
— Хватит дразнить, просто… засунь уже до конца…
Ему не нравилось это медленное, тягучее чувство заполнения. Джунсон был из тех, кто предпочитал разделаться с неприятным делом побыстрее: раз уж бьют, пусть бьют сразу. Несвойственная Хансо медлительность откровенно раздражала. К тому же он думал о людях, которые ждут снаружи.
— И кто говорил, что сегодня не будет сдерживаться?
Приняв решение, Джунсон позволил телу обмякнуть и вызывающе вскинул подбородок.
— Не знаю, насколько ты там со мной сдерживался, но в этот раз забудь об этом. Давай, оторвись по полной.
Нарываясь и провоцируя, он тут же пожалел о сказанном. Взгляд напротив мгновенно изменился и стал каким-то чужим.
👀 У этого проекта есть бусти с ранним доступом к главам~