Глава 37. Второй закон термодинамики (6)
Перевод подготовлен
командой Sisheng Translate
Тгк: Sisheng Translate | ST
— Моя невеста — старшая сестра Лин И, — Чжэн Шу слегка улыбнулся, посмотрев на него. — Ты забыл?
Так вот почему, стоило Лин И очнуться, Линь Сы сказал, что здесь в первую очередь можно доверять ему, а во вторую — Чжэн Шу. Тогда казалось, что дело лишь в их дружбе.
На корабле редко говорили о прошлом. О том, какой была жизнь на Земле, об оставшихся там близких. Слишком тяжелые воспоминания.
Возможно, именно поэтому речь о невесте Чжэн Шу зашла всего раз, три года назад.
Тан Нин раньше вскользь упоминал её. Она не получила билет на корабль, и Чжэн Шу постоянно о ней вспоминал.
— Я так и знал, — рассмеялся полковник, не придав этому особого значения. — Сразу видно, Лин И прошёл серьёзную подготовку. Выходит, твоя невеста была очень сильной.
Чжэн Шу застегнул пуговицы на чёрном повседневном пиджаке и сказал:
— Полковник Лин Цзин? — военный широко раскрыл глаза. — Та самая?
— Она со второй базы, мы не пересекались, но о ней все слышали. Железная красавица! Невероятно сильная!
Чжэн Шу улыбнулся; в его глазах мелькнула мягкая, тёплая тень воспоминаний.
Заметив взгляд Лин И, он протянул руку и потрепал того по волосам.
Кабинет Чжэн Шу остался таким же, как прежде. На его столе рос пышный куст молодой кошачьей травы.
У этого растения короткий жизненный цикл, всего месяц-два, поэтому Чжэн Шу выращивал его без перерыва.
— Она не умеет ухаживать за растениями, но любит их, — глава Пятого сектора провёл пальцами по упругим кончикам травы. — Оказалось, что эта травка легко растёт, выглядит красиво и её можно держать даже в казарме. Поэтому я выращиваю её для Лин Цзин — раз в месяц, в свой отпуск, она забирает новую.*
Прим.пер.
Он намеренно говорит о ней в настоящем времени, как о живом человеке.
— Иногда ты сажал её вместе со мной, — добавил Чжэн Шу.
Выходит, на корабле, кроме Су Тин, был еще один человек, знавший его на Земле?
— Линь Сы считал, что тебе стоит ещё немного подрасти, — спокойно пояснил Чжэн Шу. — Слишком тяжело потерять всю семью. Но, раз ты уже знаешь о Е Сэлинь, это не имеет значения.
— Слышал пару дней назад, что тебе скоро исполнится восемнадцать. У меня нет ничего особенного…— Чжэн Шу выдвинул ящик стола. — Подумав, я решил подарить тебе это.
Он достал сборник стихов ирландского поэта, перелистнул несколько страниц. Ближе к концу между листами оказалась вложена фотография.
По центру стояла молодая женщина в белом платье.
У неё морозно-голубые глаза, тёмные волосы собраны и украшены мелкими бриллиантами, а на губах играла лёгкая улыбка.
Черты лица очень красивые, с некоторой резкостью — словно у королевы.
— Лин Цзин больше похожа на твоего отца, и характер у неё от него, — рука Чжэн Шу зависла в воздухе, словно собираясь коснуться её лица, но так и не опустилась. — А ты, хоть рос с отцом, и внешне, и по характеру пошёл в мать, Е Сэлинь.
Под руку с Лин Цзин стояла Су Тин. На ней было вечернее платье; она выглядела моложе, чем сейчас, и очень нежно улыбалась.
Ночь, на заднем плане виднелся залитый светом газон. Повсюду стояли белые круглые столы. За ними были незнакомые Лин И молодые люди: одни выглядели расслабленно, собравшись небольшими группами, другие держались более строго — стояли и сидели очень прямо, с военной выправкой.
На центральном столе виднелся край многоярусного торта.
— Я сделал эту фотографию на банкете в честь нашей с Лин Цзин помолвки, — произнёс Чжэн Шу.
…Заметив, что взгляд Лин И всё время скользит среди толпы, он сразу понял, кого тот ищет, и с улыбкой добавил:
— Линь Сы здесь нет. Тогда во второй раз уехал в Берлин.
Лин И всё ещё не сдавался, снова осматривая снимок, но вдруг всё внимание притянул к себе верхний правый угол.
Далёкое здание, внутри которого горел тёплый жёлтый свет. Он струился из панорамного окна, очерчивая две фигуры.
Эта часть фотографии совсем крошечная, не больше ногтя мизинца. Силуэты растворялись в ореоле света, превращаясь в смутные размытые пятна
Лин И долго не мог отвести взгляд. Лишь спустя некоторое время он заговорил, почувствовав, как пересохло в горле:
— Было уже поздно, Лин Цзин отправила тебя спать, — Чжэн Шу указал на небольшое здание, похожее на домик. — Ты внутри.
Его палец переместился к самой верхушке торта:
— А здесь стояли две фигурки из сахарной мастики. Лин Цзин срезала их и отдала тебе поиграть.
Лин И посмотрел на здание, затем перевел взгляд на торт со срезанной верхушкой, совершенно не зная, что сказать. В душе поднималось какое-то странное чувство… Оказывается, когда-то он и правда жил на Земле. Там были друзья, близкие, которые его любили… Которых Лин И не помнил.
Он взял фотографию из рук Чжэн Шу:
Чжэн Шу с улыбкой провёл по его волосам:
Корпус контейнера был изготовлен из сплава нескольких специальных металлов. Внутри поддерживался абсолютный вакуум, а оболочка концентрировала высокоинтенсивное силовое поле.
В нижней части установлены различные генераторы электромагнитных и силовых полей — их взаимодействие позволяло надёжно удерживать антиматерию в центре.
По идее, достаточно добавить систему выброса, направив антиматерию наружу — получится практически идеальное оружие огромной мощности.
Но тут возникала проблема: как именно осуществить этот выброс?
Первый вариант. Открыть контейнер и выпустить антиматерию. Только вот ещё до того, как они увидят эффект, собственный корабль будет уничтожен.
Второй вариант. Выбросить сам контейнер, открыв его у цели.
Но при текущих ресурсах создать новый контейнер невозможно: многие материалы удалось найти случайно, в бескрайнем космосе, к тому же…
— Плотность контейнера слишком велика. При диаметре в двадцать метров он весит больше ста тонн, — Ламберт говорил всё более неловко.
— Хм, — отозвался Линь Сы. — Удивительно, как вы ещё не продавили пол.
— …из-за такого веса дальность будет небольшой. Мы ещё не проводили испытаний и не знаем, какой у него реальный эффект…и не заденет ли нас.
Иными словами, даже если выбросить контейнер, корабль всё равно может оказаться в зоне поражения.
— То есть вы израсходовали все наши ресурсы, чтобы создать одноразовое оружие для самоубийства? — спокойно сказал Линь Сы.
— Поэтому мы пригласили вас оценить, можно ли его разобрать и превратить в индивидуальное оружие с контролируемой мощностью, — Ламберт почесал затылок. — Обычный человек с этим точно не справится: даже если уменьшить контейнер до размеров йо-йо, поднять его всё равно невозможно. Но ваши модифицированные бойцы… может быть, они смогут?
С технической точки зрения, ситуация казалась почти безнадежной. Электромагнитные и силовые поля необходимо заново сконфигурировать в крайне ограниченном объёме. Стоящий рядом Тан Нин моделировал различные варианты, оценивая, насколько те осуществимы.
К тому же нельзя действовать слишком активно — иначе маршал с госпожой Чэнь их заметят.
Было вложено столько драгоценных ресурсов… а в итоге получился одноразовый механизм самоубийства. Настоящая научная катастрофа.
Если им действительно удастся создать оружие, которое можно носить на экзоскелете, это станет серьёзным преимуществом. Однако возрастут и риски: мощь увеличится в разы, а маршал наверняка станет относиться к ним с ещё большей настороженностью.
Линь Сы провёл за этим весь день.
Когда он наконец смог передохнуть, его коммуникатор на запястье издал тихий писк.
«Сегодня я учил физику, провёл несколько спаррингов с полковником и Светой, немного провёл время с Су Тин, получил подарок от Чжэн Шу на день рождения. Покажу тебе, когда вернёшься».
Стоило ему отлучиться, Лин И послушно отчитывался о том, как прошёл день.
«Я пошёл в B79 смотреть на звёзды».
Лин И, скрестив ноги, сидел на прозрачной платформе; мягкие чёрные волосы рассыпались по плечам.
Некоторое время он смотрел на туманности в этом безграничном звездном пространстве, а затем снова достал фотографию.
Все эти люди когда-то были ему знакомы. Близкие и родные.
В живых осталась только Су Тин.
Эти люди когда-то существовали, но теперь их нет — исчезли по ту сторону звездного моря.
…Смотрят ли они на него из пустоты?
В растерянности Лин И протянул руку к далёкой звёздной бездне, словно пытаясь дотронуться до чего-то.
А после наконец-то убрал фотографию.
Только тогда он заметил на обороте знакомый почерк. Изящный и уверенный.
Написанная строка звучала так поэтично, будто была из стихотворения:
«Перед лицом вечности любовь каждого из нас — бесконечная, не отпускающая разлука»
В этих словах тихая грусть сплелась с невесомой печалью.
Когда Линь Сы подошёл, Лин И всё ещё разглядывал надпись.
— Линь Сы, — он вслух прочитал строку. Короткая фраза звучала красиво и ритмично. — Что это значит?
Лин И, глядя на фотографию, спросил:
— Почему она пишет, что наша любовь — это вечная разлука?
— Я не разбираюсь в литературе, — сказал Линь Сы.
При взгляде на растерянное лицо Линь Сы даже почувствовал лёгкую жалость. Подумав, все же решил объяснить по-своему:
Он сел рядом с Лин И; тот поднял на него взгляд.
Линь Сы на мгновение задумался, прежде чем продолжить:
— Помнишь второй закон термодинамики?
— Да, — ответил Линь Сы. — Энтропия — это мера хаотичности системы. В естественных процессах она может только возрастать, но не уменьшаться.
— Стекло разбивается, сверхновые взрываются, звёзды гаснут, чёрные дыры испаряются — всё это проявление роста энтропии. Это единственный по-настоящему универсальный процесс во Вселенной. Разбитое стекло не соберётся обратно, погасшая звезда не зажжётся вновь.
— Поскольку рост энтропии необратим, время не пойдёт вспять, мёртвые не воскреснут, а утраченное не вернётся. Это физический закон. Некоторые уверены, что рост энтропии — единственная истина, управляющая Вселенной, которую невозможно опровергнуть.
— Смерть всегда превышает рождение. На уровне Вселенной не существует обмена или динамического равновесия. С каждым днём гаснет больше звёзд, чем загорается. И однажды наступит момент, когда не останется ничего, что можно было бы разрушить: энтропия достигнет максимума, Вселенная остановится. Всё выровняется, постепенно замерев в вечной тишине.
— Это и есть тепловая смерть Вселенной*, — спокойно резюмировал Линь Сы. — Конечный итог, к которому ведёт второй закон термодинамики.
Лин И немного растерянно смотрел на строку:
— Значит… она думает, что все, кто любят друг друга, в конце концов расстанутся?
Линь Сы перевернул фотографию лицевой стороной вверх.
Здесь уже ушедшая из жизни Лин Цзин улыбалась; её бриллиантовые украшения в волосах мерно мерцали в свете вечерних ламп.
Прим.пер.
Тепловая смерть Вселенной — реальная гипотеза о том, что в далёком будущем энтропия достигнет максимума, и все процессы прекратятся: не останется ни движения, ни света, ни жизни.