Глава 30. Остановка, лишенная смысла (6)
Перевод подготовлен командой Sisheng Translate Тгк: Sisheng Translate | ST
В мыслях воспоминания переливались яркими красками, но в словах они неизбежно тускнели. Поэтому рассказ Линь Сы звучал так, будто он описывал самую обыкновенную встречу.
И все же эта встреча стала поворотной точкой. Лин И понимал: если бы в тот день Линь Сы не встретил Е Сэлинь в старой библиотеке, он бы наверняка стал тем, кем всегда мечтал. Великолепным врачом, спасающим людей во время пандемии и погибшим на Земле вместе со всеми.
— И тогда ты решил учиться у неё?
— Нет, — ответил Линь Сы. — В библиотеке она просто произвела на меня сильное впечатление. Позже мы пересекались пару раз… но в ученики я попал спустя два года.
И вернулся к предыдущей теме разговора:
— Я не видел вас вместе, но она, без сомнения, была хорошей матерью.
— Люсия сказала, что по её расчётам, основанным на анализе моей личности, в будущем я стану очень похож на Е Сэлинь.
— Её возможности так продвинулись, — подметил Линь Сы и перевел взгляд на мальчишку.
Действительно, условия на космическом корабле были крайне неблагоприятными для развития ребенка. Ограниченное пространство, монотонный образ жизни, низкая социализация, отсутствие контакта со сверстниками… Всё это легко делает человека замкнутым и отчуждённым. Обреченным на изоляцию.
Но Лин И таким не был. Более того, не все дети, выросшие на Земле в мирное время, обладали присущими ему качествами.
Очень живой, энергичный юноша с мягким, но серьезным характером. Очень воспитанный и в тоже время независимый. Линь Сы не видел в нем никаких изъянов. Сын, о котором мечтает каждая мать, младший брат, о котором грезит любой старший ребенок, и тот самый чарующий возлюбленный из девичьих сердец.
Он еще не сталкивался со злом и сам не причинял другим зла. Лин И действительно соответствовал тому прозвищу, которое ему дали женщины на космическом корабле, — маленький ангелочек.
А ведь и правда, стоит ему ещё немного повзрослеть, и в характере начнут проступать черты, напоминающие Е Сэлинь.
— Есть что-то, — наконец ответил Линь Сы. — Но ты слишком легко выходишь из себя. Е Сэлинь никогда не злилась.
— Я злюсь только на тебя! — и без того расстроенный голос Лин И сорвался на более высокий тон, глаза предательски покраснели. — Только ты со мной так плохо обращаешься!
Линь Сы взглянул на него с лёгким удивлением.
— Если бы ты относился ко мне так же, как они, я бы вовсе не злился! — выпалил Лин И. — Но тебе больше всего нравится дразнить меня, заставлять учиться… А потом вдруг ни с того ни с сего начинаешь вести себя так, что за тебя становится страшно. И сегодня, когда у тебя было плохое настроение, ты просто оставил меня одного!
Казалось, еще мгновение, и он расплачется.
— Я ведь правда ничего плохого не сделал… Хотя понимаю, что у тебя просто плохое настроение, что тебе тяжело из-за Е Сэлинь… и что иногда ты дразнишь меня потому что я тебе нравлюсь. И мне действительно нужно учить всё это, но…
Линь Сы смотрел, как мальчишка, едва сдерживая слёзы, сначала упрекал его, а в следующих словах сам же оправдывал.
Сердце болезненно сжалось, наполняясь тёплой, щемящей нежностью.
Лин И всё ещё ребёнок, не готовый столкнуться со многими неприятными вещами. А дети имеют право быть слабыми, имеют право просить любви.
— Я потерял над собой контроль, — произнес Линь Сы.
— Потому что она напомнила тебе о Е Сэлинь?
Но ответ для Лин И оказался неожиданным.
— Отчасти. В большей степени… это связано с тобой, — он спокойно продолжил:
— После того, что ты узнал, у тебя куда больше причин ненавидеть меня, чем у кого-либо ещё, — Линь Сы смотрел ему прямо в глаза. — Я понимаю, как бы ни были мы близки, всё это держалось на твоём незнании. Конечно, мне хочется, чтобы между нами всё осталось по-прежнему… потому что чувства есть не только у тебя. У меня тоже.
— Но я не отвернусь от тебя из-за этого, — в глазах Лин И заблестели слёзы, он изо всех сил замотал головой. — Е Сэлинь тоже не стала бы тебя винить. Это просто несчастный случай. Ты боишься, что я возненавижу тебя, потому что…
Линь Сы замолчал на долгие полминуты.
— А если это на самом деле моя вина? — наконец произнёс он. — Ты не знаешь всей правды. Когда к тебе вернутся воспоминания о Земле, когда ты вспомнишь Е Сэлинь…
— Но я ничего не помню! — перебил Лин И. — Я не помню Землю, не помню Е Сэлинь. У меня нет к ней никаких чувств. Это ты растил меня три года. Я помню только тебя!
Лин И смотрел на него, и слёзы одна за другой стекали по щекам.
— Я никогда не сделаю ничего, что причинит тебе боль. А если я правда вспомню что-то такое, из-за чего должен буду тебя ненавидеть… я лишь пожалею, что вообще находился рядом с тобой…
Он заговорил тише; в голосе появилась мягкость и легкая дрожь, будто тот сейчас расплачется.
— Я больше не буду на тебя злиться… И буду хорошо учиться. Только ты… будь ко мне немного добрее, ладно? Я….
Крупные слезы одна за другой соскальзывали с ресниц, глаза покраснели и опухли. Он не пытался вытереть капли, упрямо и печально глядя на Линь Сы.
Любой нормальный человек, увидев эту сцену, ощутил бы непреодолимую жалость, словно собственное сердце разбивалось вдребезги вместе с падающими слезами.
Линь Сы протянул руку и попытался стереть влагу, но стоило пальцам коснуться щеки, как Лин И разрыдался ещё сильнее.
Тогда Линь Сы обнял мальчишку.
Тот крепко обнял его в ответ, уткнулся в плечо и плакал так, что не мог перевести дыхание.
У Линь Сы сдавило горло. Он мягко погладил Лин И по спине:
— Прости… не плачь, хорошо? Тише…
Но Лин И ещё долго всхлипывал, прежде чем наконец смог успокоиться.
Его красивые глаза покраснели, а кончик носа слегка порозовел.
Линь Сы взял того за руку. Обычно тёплая ладонь Лин И сейчас была холодной.
Он сжал её в своих ладонях и произнес:
— Я постараюсь лучше контролировать свои эмоции.
— Я не этого от тебя хочу, — Лин И опустил взгляд. — Я просто хочу, чтобы тебе стало хоть немного легче, чтобы ты не думал об этом каждую секунду. Утечка вируса не твоя вина, так почему же ты никак не простишь себя?
— Всё не так просто, — Линь Сы осторожно взял его лицо в ладони и посмотрел прямо в глаза. — Я не безгрешен. И последствия оказались куда серьёзнее, чем ты думаешь.
— Тогда… что произошло? — спросил Лин И, почти успокоившись.
— Вирус охватил всю Землю, работа в лаборатории подошла к критической точке. Оставался всего шаг, и мы смогли бы его победить. Поэтому у меня не было даже возможности самому попрощаться с Е Сэлинь. Это она пришла ко мне… а спустя полдня после того, как она поднялась на борт, я получил сообщение от госпожи Чэнь: лаборатории срочно требовалась помощь.
Линь Сы замолчал, подбирая слова.
В этот момент завибрировал его браслет.
Линь Сы принял вызов, взял Лин И за руку и направился в сторону Пятого сектора.
— Мы продолжим работу над проектом и вживлением чипов, — произнес на ходу. — Я только что обсудил всё с госпожой Чэнь. Если удастся договориться с Первым сектором, материалы можно будет вернуть.
— Я не в курсе деталей по добыче, но, похоже, у госпожи Чэнь есть иные соображения. Мне кажется, сейчас она обеспокоена нашим будущим. Если «Вояджер» не будет постоянно летать на другие планеты за ресурсами, появится нехватка материалов.
— Мы скоро будем. Лин И со мной.
— Мы идём тестировать экзоскелеты?
— Придётся ввести много зондов. Не бойся.
Лин И смущённо высунул кончик языка.
Из-за случившегося они немного опоздали. Когда добрались до испытательного полигона, навстречу им уже шагал по-настоящему внушительный чёрный механический исполин.
— Лин-Лин! — изнутри послышался бодрый голос полковника. — И ты здесь! Давай, иди попробуй мех!
Пусть экзоскелет выглядел эффектно, но управление давалось мужчине с трудом. Движения были неуклюжие.
Стоило ему шагнуть в сторону Лин И, как центр тяжести резко сместился, и полковник, не удержав баланс, рухнул на пол.
Металл с тяжёлым грохотом ударился о гладкое покрытие.
Несколько механиков переглянулись. На их лицах читалось отчаяние.
Произведение искусства — а мех являлся именно им — безжалостно роняли раз за разом. Для создателей это зрелище было по-настоящему болезненным.
Полковник изо всех сил пытался найти подходящую позу, чтобы подняться, но каждый раз безуспешно заваливался обратно.
Он напоминал огромную черепаху, перевернувшуюся на спину: беспомощно дрыгающую конечностями и не способную самостоятельно вернуться в исходное положение.
Светлана осторожно подошла к полковнику, тщательно следя за каждым своим шагом. Она уже собиралась наклониться, чтобы помочь старшему подняться, но в последний момент остановилась, передумав. Видимо, опасалась, что в конечном счёте не справится, и сама окажется на полу.
В итоге механики не выдержали. Они включили внешнее управление экзоскелетом и дистанционно поставили полковника на ноги.
— Со временем привыкнете. Мы еще будем дорабатывать систему нейронных реакций.
Мужчина перевёл взгляд на последний экзоскелет:
Тот принялся разглядывать конструкцию с искренним любопытством.
Приблизившись, Чжэн Шу заметил, что мальчишка выглядит немного не так, как обычно, словно недавно плакал.
Он вопросительно посмотрел на Линь Сы.
Линь Сы провёл рукой по волосам Лин И:
Лин И в ответ лишь недовольно поджал губы.
Линь Сы тут же задал ему вопрос:
Тот утвердительно качнул головой.
По прибытии на корабль глава Пятого сектора выдал всем участникам испытаний схему компонентов экзоскелета.
Чтобы освоить управление, необходимо разбираться в его устройстве.
Ответственный за установку извлек из внутреннего отсека экзоскелета иглы. Тонкие зонды, соединённые с кабелями-передатчиками, различались по длине, но ни один не был короче пяти сантиметров.
— Приготовьтесь, — произнёс ассистент.
Лин И настороженно посмотрел на иглу в его руке.
Линь Сы едва заметно улыбнулся:
Лин И боялся боли, особенно от уколов, и очень остро реагировал на то, кто именно их делает.
Если это Линь Сы, еще можно было потерпеть.
Но если укол делал кто-то другой, появлялся тот самый взгляд, полный страха, обиды и беспомощности. Вынести его казалось невозможным.
Лин И смотрел на продезинфицированный зонд — тонкий, длинный, серебристо-белый, — который Линь Сы как раз взял в руку.
Изящную, с длинными тонкими пальцами, по обыкновению прохладную на ощупь.
Вдруг он осознал, что постоянно следит за руками Линь Сы.
Каждый раз внутри всё словно замирает, а сердце начинает биться быстрее.
Просто потому, что эти руки слишком часто кололи его иглами.