Глава 50. Limitless (3)
Перевод подготовлен
командой Sisheng Translate
Тгк: Sisheng Translate | ST
Покрытую ледяными кристаллами пустошь пронизывал свирепый холодный ветер.
Стальной гигант уверенно шагал по замёрзшей поверхности. Подойдя к Лин И, он заговорил голосом полковника:
При экстремальной температуре в минус сорок–пятьдесят градусов всем приходилось носить специальную защитную форму. Но Лин И по-прежнему мог двигаться нормально, разве что одевшись чуть теплее обычного.
Он отвёл взгляд от далёкого горизонта и протянул руку. Бледная ладонь не имела никаких следов обморожения.
— У тебя в самом деле ненормальное тело. Если придётся уходить в криосон, боюсь, ты даже в криокапсуле не сможешь заморозиться.
— Это почти предел. Мне уже холодно.
— Ты всё равно отлично держишься.
Его черты окончательно сформировались. На холоде кожа бледнела ещё сильнее, отчего губы казались особенно яркими. Чернильные глаза, длинные волосы и чёрная униформа резко выделялись на фоне бескрайней белизны планеты.
В его лице было что-то настолько притягательное, что взгляд невольно задерживался, не зная, за что зацепиться прежде.
Ветер усилился, растрепав длинные пряди.
На ослепительно белом фоне отчётливо выделялось сочетание чёрного с алым.
Полковника, который наблюдал через камеру экзоскелета, словно зачаровали. Будто бы душа на миг покинула тело, выйдя за пределы всего мирского и встретилась лицом к лицу то ли с ангелом, то ли с демоном.
Лин И легко убрал выбившийся локон за ухо, тихо продолжив:
— Что случилось? — спросил тот.
— Мне кажется, моё тело живёт отдельной жизнью, — Лин И посмотрел на ладонь. — Оно меняет собственные гены, приспосабливаясь к разным условиям. Будь Линь Сы здесь, наверное, он смог бы обнаружить во мне какой-нибудь новый фермент. Мне все чаще кажется, что в биологическом смысле я давно не человек.
— Да это же хорошо. Чего тут бояться? Пока в твоём сердце есть мы, кто скажет, что ты не человек?
Затем военный ненадолго задумался, прежде чем добавить:
— Хотя, когда речь заходит о внешности, всё уже не так однозначно…
Лин И едва заметно улыбнулся, тихо угукнул, после чего продолжил идти вглубь насквозь промерзшей равнины.
Большая часть этой планеты покрыта слоями вечного льда. Некоторые участки представляли собой наслоившиеся пласты породы, похожей на железо.
«Искатель» обнаружил здесь залежи редкой бериллиевой руды и теперь занимался её добычей.
Экспедиция выходила весьма плодотворной. Хотя несколько планет, считавшихся потенциально пригодными для жизни, в итоге оказались необитаемыми, команда обнаружила множество нужных ресурсов — все они входили в список дефицитных материалов «Вояджера». База полетных данных Люсии заметно расширилась. Сейчас она более успешно справлялась с экстремальными ситуациями.
Лин И легко находил общий язык с окружающими и пользовался всеобщей симпатией. Однако теперь это чувство отличалось от той почти семейной опеки на «Вояджере». Годы, проведённые вместе, заставили команду взглянуть на него иначе.
Лин И не раз брался за одиночные задания, из которых можно было не вернуться. Однажды он ушёл в глубины природной пещеры, тогда все были уверены, что это билет в один конец.
Повзрослев, Лин И сам начал водить людей на миссии.
Хладнокровный и решительный в своих действиях, он обладал необычной проницательностью. Те, кому доводилось работать под руководством Лин И, постепенно начинали доверять ему настолько, что выполняли приказы без лишних вопросов.
Вне заданий Лин И был совсем другим. Спокойный и мягкий, он внимательно относился к окружающим. Поэтому, когда что-то случалось, люди часто приходили именно к нему.
Однако полковник знал: когда Лин И хотел побыть один, он уходил, предпочитая отстраняться от всех. Глава экспедиции внимательно относился к моральному состоянию подчиненных, именно поэтому решил сейчас пойти следом.
Полковник смотрел, как Лин И отошёл в сторону, включил камеру на коммуникаторе и принялся фотографировать. Широкий небосвод, заледенелые равнины, гигантские глыбы.
Вскоре полковнику пришло несколько снимков с коротким лаконичным сообщением:
Эстетика никогда не была его сильной стороной, что уж говорить о композиции и свете. Но он понимал, что это действительно красиво.
В конце концов Лин И направил камеру на себя. С совершенно бесстрастным лицом показал в объектив пальцами знак V, после чего отключил съёмку.
Полковник невольно рассмеялся.
Оказывается, у того появилось довольно милое хобби: делать фотографии на память.
Полковник собрался было тоже сделать несколько снимков, как вдруг заметил, что Лин И весь напрягся, резко уставившись куда-то вдаль.
А в следующую секунду сорвался с места, бросившись к нему подобно черной тени.
Лин И одним прыжком взлетел на экзоскелет, серьёзно кинув:
— Срочно эвакуируемся. Что-то не так.
Полковник пока не понимал, что происходит, но сразу послушался, мгновенно сменив режим экзоскелета: металлические конечности припали ко льду, включилась максимальная тяга. Машина тут же рванула по мёрзлой равнине в сторону временной базы.
Полковник услышал, как Лин И связался с ними:
— На планете аномальная активность. Немедленно прекратить добычу и готовиться к срочному отходу.
Затем он переключился на линию Люсии:
— Отследи геологическую активность. Разработай план эвакуацию, будь готова забрать людей с поверхности.
Уловив тревогу в его голосе, полковник собирался что-то спросить, как неожиданно раздался гулкий, тяжелый вой ветра, принесший с собой ужасающий треск раскалывающегося льда.
Никогда в жизни он не слышал подобного звука. Внутри все похолодело, кожа покрылась мурашками.
— Неизвестная тревога. Неизвестная тревога. Ожидается мощная активность поверхности. Выполняется поиск решения.
— Поиск завершился неудачей. Пожал…
Механическое оповещение системы несколько раз исказилось помехами… и резко оборвалось.
— Геомагнитное поле тоже нарушено. Не оборачивайся, — услышал полковник слова Лин И.
Стиснув зубы, он продолжал мчаться вперёд.
Обзор экзоскелета составлял триста шестьдесят градусов, слепых зон не существовало. Через камеры глава экспедиции отчётливо видел, как позади них стремительно несётся чудовищная белоснежная волна. В сотни раз превосходящая обычную лавину, она больше напоминала извержение вулкана. Даже скорости экзоскелета оказалось недостаточно, чтобы оторваться.
В этот момент Лин И, сидевший у него за спиной, забросил вперёд миниатюрный снаряд.
Тот, оснащённый собственной двигательной системой, взорвался, отлетев подальше.
— Прыжок, — коротко бросил Лин И.
Полковник мгновенно всё понял.
Тут же включилось ускорение, экзоскелет взмыл в воздух на сотню метров, а затем рванул вперед в планирующем полете. Оружие активировалось, начав яростную бомбардировку огромной воронки, оставшейся от взрыва.
Экзоскелет резко нырнул в расщелину глубиной около ста метров. Пробивая буром толщу вечного льда, он быстро расширил нишу, в которой едва хватило места для укрытия.
Теперь они оказались в самом эпицентре того странного жуткого звука, который, оглушая, грохотал прямо в ушах. Вся планета содрогалась в безумии.
Окаменевший от холода вековой пласт разрывала гигантская сила, пришедшая неизвестно откуда: лёд расходился глубокими трещинами, промерзшие глыбы сталкивались между собой с чудовищной мощью.
Пространство над вырытым укрытием мгновенно завалило толщей снега, а затем весь окружающий массив оказался раздроблен, закручен и приведён в бешеное движение.
Они находились внутри глыбы льда.
Полковник мертвой хваткой удерживал незащищённого экзоскелетом Лин И, чтобы тот не пострадал от бесчисленных столкновений.
Минуты тянулись мучительно долго.
Подхваченные бурным потоком, словно песчинки, они потеряли всякое представление о времени.
Полковнику казалось, что его мозги уже превратились во взбитое яйцо.
И лишь спустя восемьдесят с лишним часов все наконец стихло.
— Пронесло, — натянутые до предела нервы полковника наконец-то расслабились. — Чуть не сдохли.
Лин И выбрался из механических рук экзоскелета, отколол кусок льда и разжевал его. Затем протянул ещё один полковнику:
— С наступлением дня будет понятно, где поверхность.
— Значит, ещё больше тридцати часов…
Включив освещение, чтобы вокруг стало менее жутко, он спросил:
— Проголодался, — ответил тот.
К счастью, внутри экзоскелета хранился запас еды. Полковник, достав продукты, протянул их Лин И:
— Я есть не буду. Этого должно хватить на два-три дня.
Лин И не предложил поделиться и сразу принялся за еду.
Внутри экзоскелета температура всё ещё оставалась приемлемой, но он был рассчитан только на одного человека. Лин И не мог поменяться с полковником: он единственный был способен выжить в этом жутком холоде.
Однако, для поддержания внутренних сил Лин И приходилось тратить гораздо больше энергии — даже несмотря на то, что сейчас температура его тела, возможно, не достигала и половины нормальной человеческой.
Поэтому при длительном голоде он умрёт. А полковник — нет.
Это не первый раз, когда они сталкивались с опасностью такого уровня. В бескрайнем космосе жизнь и смерть всегда идут за руку: слишком много неизвестных угроз, необъяснимых явлений. Никогда не знаешь, что ждёт тебя в следующую секунду.
Как сейчас, стоило магнитному полю прийти в хаос, связь сразу же исчезла. Оставалось полагаться только на самих себя.
— В следующий раз, если пойдёшь один, обязательно надевай экзоскелет.
Лин И ловко опустошил тюбик с питательной смесью:
— Почувствовал, что ты собрался пойти со мной, поэтому и не надел.
Полковник решил промолчать, оставив это без комментариев. Лишь вздохнул:
— Хорошо ещё, что мы из Limitless. Надо будет сказать спасибо Линь Сы.
Стоило Лин И улыбнуться, как показались острые клычки. В тусклом свете фонарика глаза вдруг вспыхнули живым блеском, в этот момент он казался одновременно притягательным и диким.
Лин И прекрасно понимал, насколько велика нависшая над ним опасность, столь же ясно осознавал свои пределы.
Чем лучше человек знает себя, тем крепче становится его вера в собственные способности. Именно такая уверенность делает людей рассудительными, сильными.
Время и пережитый опыт неизбежно меняют человека. Бурный поток многое уносит прочь, но взамен оставляет нечто иное.
Полковник, внимательно глядя на Лин И, понимал: хотя тот по-прежнему утончённо красив, эту красоту уже невозможно связать с прежней хрупкостью. Он совсем не заметил, в какой момент мальчишка, которого хотелось защищать, стал другом и товарищем, которому можно без колебаний доверить спину.