Глава 17. Лететь в огнем бушующую лаву (4)
Cat’s Rose / Кошачья роза
Перевод подготовлен командой Sisheng Translate Тгк: Sisheng Translate | ST
Линь Сы внимательно следил за скачущими графиками и меняющимися цифрами на световом экране.
У обычного человека в экстремальных условиях показатели начинают последовательно падать, снижая расход энергии. У Лин И же они колебались в противоположные стороны, пока со временем полностью не стабилизировались.
Для непрофессионального взгляда в этом не было ничего примечательного — обычный сбой в работе организма, не более.
Но Линь Сы видел то, чего не заметил бы никто другой: тело Лин И искало, пробовало, пыталось самостоятельно приспособиться к новой среде.
Некоторые земные животные обладали схожими физиологическими механизмами — например, кошачьи, которые умеют достигать максимальной эффективности, расходуя минимум энергии.
Полковник как-то говорил Линь Сы нечто подобное: он заметил, что тренировки почти не оказывают на Лин И видимого эффекта.
Обычно человек после какого-то времени в спортзале меняется — мышцы становятся крепче, тело приобретает форму.
Но даже после двух недель интенсивных нагрузок Лин И остался неизменным. Любой, увидев его впервые, решил бы, что перед ним хрупкий подросток.
Линь Сы систематизировал данные и сравнил их с показателями за последние дни.
Он пришёл к выводу: несмотря на то, что мышечная сила и скорость нервных реакций Лин И были чрезвычайно высоки, развитие его организма шло не к усилению, а к оптимизации.
Незаметные изменения в строении тканей и их структуре напрямую влияли на эффективность расхода энергии.
Линь Сы отвлёкся от мыслей и принялся разбирать собранную командами информацию.
Это была типичная пустынная планета: повсюду каньоны и кратеры, поверхность покрыта гравием, атмосфера разрежена и знойна, песчаные бури не прекращаются ни на минуту.
ТКМ-4 напоминала Марс, но тот, с его слабой гравитацией и почти отсутствующим магнитным полем, не был пригоден для жизни.
Богатая железом сухая почва не подходила для земледелия.
Основным источником пищи на корабле служили питательные концентраты. Они производились из специально выведенных культур, выращенных во Втором секторе, после чего подвергались переработке и очистке.
Объёмы производства были крайне ограничены.
С началом строительства постоянной базы и деактивации криокапсул стремительный рост населения неминуемо приведёт к новой проблеме — острой нехватке продовольствия.
Кроме того, звезда этой системы вела себя нестабильно…
Так что выражение «и внутренние, и внешние беды» здесь было совсем не преувеличением.
Линь Сы приводил данные в порядок, пока команда завершала сбор образцов и установку приборов наблюдения.
Через пару часов люк открылся. Первым на корабль стремглав запрыгнул Лин И.
— Линь Сы! — радостно вскрикнул он.
Снаружи свирепствовала буря, и Линь Сы едва не задохнулся от клубов пыли, проникнувших внутрь вместе с военными.
Без защитного снаряжения мальчишка с головы до ног покрылся песком. Виднелись лишь сияющие довольные глаза.
— Да он вообще не человек, — сказал полковник, снимая экипировку. — Если бы у нас была такая выносливость, как у Лин И, мы бы на любой планете легко смогли выжить.
Линь Сы фыркнул, и, подхватив Лин И на руки, отнес его в ванную комнату, чтобы тот умылся и привел себя в порядок.
Спустя некоторое время мальчик появился на пороге: его тёмные волосы всё ещё блестели от воды. С покорным видом он запрокинул голову, и Линь Сы нанёс на его лицо несколько капель глицерина.
После песчаной бури тонкая нежная кожа как никогда нуждалась в увлажнении и уходе.
Вскоре и другие команды подтвердили завершение миссии. Все, кроме столкнувшегося с непогодой шестого отряда, успешно справились с задачами.
После возвращения шаттлов к Вояджеру Линь Сы сразу отправился к госпоже Чэнь с отчетом, оставив Лин И с полковником.
Пока они шли по коридорам Третьего сектора, в голове Лин И крутились фразы недавнего разговора. В следующую секунду его осенило: если нельзя узнать у Линь Сы об этом напрямую, то можно просто-напросто спросить другого человека.
Тем более, когда этот человек сам проболтался, что знаком с Линь Сы еще со времен службы на планете.
— Полковник, вы виделись с Линь Сы на Земле? — спросил Лин И.
— Я о нем знал, — кивнул тот. — Но он обо мне точно нет, уже тогда доктор Линь был большой шишкой.
Полковник оказался болтливым. Не дожидаясь новых вопросов, сразу выложил все, что было известно:
— В то время доктор Линь исследовал берлинский вирус, все о нем слышали. Говорили, что его лаборатория скоро найдет способ лечения, — шагая рядом, военный добавил: — Был даже репортаж с его интервью, где в конце он обратился ко всем: «Прошу вас, изо всех сил держитесь, не сдавайтесь». Я до сих пор не могу забыть эти слова. Тот ролик спас бесчисленное количество людей, готовых покончить жизнь самоубийством. Его снова и снова транслировали по всем городам. Если заглянешь в архив, может, и сейчас найдёшь.
— Половина людей на Земле погибла в ходе войны, а другая половина от этого вируса, — всегда ясные глаза веселого мужчины наполнились глубоким, не изжившим себя страхом. — Хорошо, что ты этого не помнишь. Тогда заразившийся человек не проживал и трёх дней, умирая просто ужасающе: все тело превращалось во что-то, похожее на…
Полковник нахмурился, формулируя.
— Все, кто видел трупы, заразились и умерли. Поэтому я смотрел только фотографии. Это было… Внутренние органы с мышечной массой за три дня полностью превращались в кровавую мякоть, следом по телу открывались дыры, через которые оно и вытекало. И такое еще считалось везением. Остальные даже на людей похожи не были, кожа просто расползалась. Но главной проблемой была его чудовищная заразность. Никто не решался выйти на улицу, боялись, что не вернутся. Но даже если засесть дома, наглухо закрыв окна и двери, все равно заражаешься. Заболевала вся семья, никто не выживал. Стоило увидеть те фотографии, как сразу понимаешь, что лучше покончить с собой, чем умирать в таких муках.
Лин И стало не по себе. Вслед за рассказом в голове оживали образы, сцены становились все отчетливее.
— А что было потом, мне неизвестно, — полковник тяжело вздохнул. — Я получил приказ отправиться на базу, чтобы приготовиться к вылету. Тогда ещё не было поля Лендиса и при входе в подпространство приходилось погружаться в анабиоз. Меня, как и многих, заморозили. Пробудившись, я уже был участником в эксперименте доктора. — помедлив, он тише добавил: — Говорят, вирус вскоре мутировал. Четыре раза. И тогда медицина безвозвратно утратила к нему все ключи.
— В общем, после полномасштабной ядерной войны обитаемыми остались только мегаполисы. Затем вспыхнувший вирус, пройдя четыре стадии мутаций, выкосил остальных. Так и получилось, что Земля стала совсем непригодной для жизни. Из людей остались только мы. Выживание — самое главное. Как бы ни была ужасна эта проклятая планета, космос слишком опасен. Вояджер не может позволить себе новых смертей, иначе человечество просто-напросто будет уничтожено.
Автор заметок в книге Шекспира заразился вирусом, а потом, — он или она — попрощался с этим миром.
Лин И знал то, что было неведомо полковнику.
Его острая интуиция вспыхнула, сердце забилось быстрее, и вдруг показалось — где-то в необъятной темноте корабля действительно притаилась злая, невидимая тень, наблюдающая издалека.
Тем временем, в Первом секторе госпожа Чэнь смотрела на полученные через спутники изображения ТКМ-4.
— Это будет трудно, — сказала она с улыбкой.
— Вы решили обосноваться здесь? — спросил Линь Сы.
— Решила, — ответила она и открыла на суперкомпьютере сложную программу, многоуровневую математическую модель.
— Взгляните на новое изобретение Первого сектора, — сказала госпожа Чэнь, загружая в систему данные о планете.
— В абстрактном смысле все науки — это математика, — произнесла она знаменитую фразу. — А на основе разума все суждения — это статистика.*
Прим.пер.
Кальямпуди Радхакришна Рао (1920-2023), выдающийся индийский и американский математик и статистик. Полная фраза: «В конечном счёте всё знание — это история; все науки — в своей абстрактной сути — математика; все суждения — по своей природе — статистика»
Она нажала кнопку подтверждения. На экране вспыхнула и поползла строка загрузки.
— Это аналитическая система, — пояснила госпожа Чэнь. — Она объединяет данные о нашем нынешнем уровне технологий, скорости будущего научного развития, численности населения, количестве ресурсов… Сотни переменных вводятся в модель и система рассчитывает вероятность выживания.
— Если не хватает ресурсов — можно ограничить число размороженных людей; если среда враждебна — наука поможет нам с ней бороться. Мы словно решаем математическую задачу: всегда существует оптимальное решение, которое ждёт, когда мы его найдём.
— Почему бы не рассмотреть проект Limitless?
Госпожа Чэнь покачала головой:
— То, что маршал вообще разрешил тебе провести две фазы проекта, уже само по себе чудо. Ты ведь лучше всех разобрался в берлинском вирусе — неужели не понимаешь, почему возник этот ужас? Маршал никогда тебе не доверял. Ты вмешиваешься в нашу ДНК, твои теоретические познания пугающе глубоки, он боится, что ты создашь второй берлинский кошмар. За те пять лет, что ты разморожен, на корабле произошло множество инцидентов якобы по причине человеческого фактора, но подозрительно похожих на диверсии. В действительности же кто-то пытался помешать миссии Вояджера. Поэтому, пока ты окончательно не развеешь его опасения, какой бы вклад Limitless не внес в выживание человечества, проект будет заморожен.