Глава 29. Заброшенная больница (13). Он потерял своего Сяо Чу.
Ночью больница погрузилась в тишину. В палате Чэн Чжичу было темно; лишь слабый лунный свет проникал сквозь окно и серебрил комнату.
Чэн Чжичу тихо застонал, глаза блестели от слез. Сидя на коленях Се Юаньхуая и обвив тонкими руками его шею, юноша изо всех сил старался отвечать на глубокий, настойчивый поцелуй. Се Юаньхуай всегда казался холодным, но сейчас целовал Чэн Чжичу жадно, почти неистово. Обхватив его за талию, он уложил юношу на кровать и прижал собой. Поцелуй длился долго; лишь когда Чэн Чжичу слабо зашевелился, Се Юаньхуай наконец отстранился.
Лицо Чэн Чжичу пылало, влажные от поцелуев губы блестели. Он без сил лежал на кровати, жадно хватая ртом воздух. Глаза Се Юаньхуая потемнели. Он снова наклонился к Чэн Чжичу, но тот съежился и с красным лицом мягко оттолкнул его.
— Пожалуйста, не надо… я больше не могу…
— Тебе это не нравится? — пробормотал он. — Если ты не хочешь, я больше не буду так прикасаться к тебе.
От этих слов Чэн Чжичу смутился еще сильнее и подтянул одежду. Голос стал мягким, почти медовым:
Се Юаньхуай поцеловал его в щеку, и на губах появилась легкая улыбка.
Когда Се Юаньхуай улыбался, казалось, таяли лед и снег. Чэн Чжичу зачарованно смотрел на него, а когда опомнился, уже снова лежал под ним и отвечал на поцелуй.
«М-м-м… Брат Юаньхуай всегда так меня соблазняет. Как тут сопротивляться…»
— Вот так ты не будешь бояться, верно?
Се Юаньхуай обнимал Чэн Чжичу, пока тот совсем не обмяк после поцелуев. Холодные пальцы осторожно коснулись покрасневшего уха, затем мужчина нежно поцеловал юношу в лоб.
«Я ведь только хотел, чтобы брат Юаньхуай побыл рядом… Почему каждый раз все заканчивается вот так?..»
Но закончить мысль Чэн Чжичу так и не решился. Стоило возразить, и брат Юаньхуай наверняка снова спросил бы, неужели ему не нравится.
Согласиться с этим он не мог: целовать брата Юаньхуая ему и правда нравилось. Просто тяжело, когда поцелуи были такими долгими и страстными.
Да и отказывать Се Юаньхуаю не хотелось. Тот ведь специально пришел ночью и остался рядом, услышав, что после дневных страшилок медсестер Чэн Чжичу боится спать один. Правда, Се Юаньхуай лежал в больнице из-за болезни сердца. Не вредно ли ему не спать по ночам и сидеть здесь?..
— Все в порядке. — Се Юаньхуай нежно взъерошил его мягкие волосы. Затем сказал: — Я себя не заставляю. Тебе не о чем беспокоиться.
Чэн Чжичу моргнул и с любопытством спросил:
— Брат Юаньхуай, тебе не страшно идти из своей палаты в мою?
Он вспомнил страшилки медсестер — людоеда из канализации, Женщину в красном из морга… Чэн Чжичу невольно съежился, глядя на темную дверь. Казалось, оттуда в любую минуту что-нибудь вылезет. Он еще теснее прижался к Се Юаньхуаю.
— Я не боюсь. — Тон Се Юаньхуая был очень спокойным. — В больнице нет таких вещей.
— Было бы здорово, будь все так, — пробормотал юноша. — Брат Юаньхуай, как ты думаешь, призраки действительно существуют в этом мире?
Се Юаньхуай едва заметно напрягся.
— Я не знаю… Я надеюсь, что это не так. Я боюсь их.
Се Юаньхуай на мгновение замолчал. Затем спросил:
— Ты не смог бы поверить в существование призраков?
— Наверное, не смогу, — подумав, добавил юноша. — Но это не обязательно так. В конце концов, я никогда раньше не видел призраков, поэтому не знаю, какая реакция у меня будет, когда я их увижу.
Се Юаньхуай тихо отозвался, но больше ничего не сказал. Рядом с ним Чэн Чжичу постепенно успокоился и задремал. Сквозь сон он почувствовал, как кто-то мягко похлопывает его по плечу, и услышал у самого уха нежный голос:
На следующее утро Чэн Чжичу медленно проснулся и растерянно открыл глаза. Палату заливал яркий солнечный свет, но Се Юаньхуая нигде не было.
Чэн Чжичу держал в руках связку закусок. С взволнованным видом он запрыгнул в лифт и поднялся с восьмого этажа на четвертый, где находились пациенты кардиологического отделения. До сих пор брат Юаньхуай либо приходил к нему сам, либо они встречались во дворе. Навестить его в палате Чэн Чжичу еще ни разу не удавалось. Сегодня медсестра угостила Чэн Чжичу особенно вкусными закусками.
«Не знаю, можно ли сердечникам такое есть. Лучше сначала спрошу…»
Выйдя из лифта, Чэн Чжичу сразу направился к сестринскому посту. Номера палаты он не знал: сколько ни спрашивал, Се Юаньхуай не отвечал. Даже о болезни сердца Чэн Чжичу узнал с большим трудом.
Глаза Чэн Чжичу заблестели; он широко улыбнулся.
— Я хочу спросить о пациенте. Его зовут Се Юаньхуай. В какой палате он лежит?
— Се Юаньхуай? Я сейчас проверю. — Медсестра была очень добра. — Как пишется его имя?
— Спасибо, сестра. — Юноша улыбнулся. — Се — как в слове «благодарность», Юань — как в «далекий» и Хуай — как река Хуай.
Медсестра открыла список пациентов на компьютере, просмотрела его и покачала головой.
— Ты неправильно запомнил имя или перепутал пол? У нас здесь нет никого по имени Се Юаньхуай.
— Как это может быть… — Юноша несколько раз моргнул и недоверчиво сказал: — Но его зовут Се Юаньхуай…
— Я поискала фамилию «Се», но ни одного пациента не нашла, — сказала медсестра. — Может, попробуешь на других этажах?
Чэн Чжичу уныло кивнул. Он обошел все этажи стационара, включая восьмой, где лежал сам, но пациента по имени Се Юаньхуай нигде не было.
— Там не было даже имен с похожим произношением.
— Может быть, имя брата Юаньхуая — всего лишь псевдоним?
Чэн Чжичу окончательно запутался.
— Но зачем брату Юаньхуаю лгать мне? Это не имеет смысла…
Медсестра с восьмого этажа была рядом с ним и с энтузиазмом хотела помочь. Она спросила с беспокойством:
— Скажи мне, и я помогу тебе поспрашивать.
— Он выглядит очень хорошо. Он высокий и худой, и кожа у него очень бледная. Самым красивым человеком в этой больнице, безусловно, будет он, — спокойно ответил юноша. Тут ему вдруг что-то пришло в голову. Он хлопнул себя по голове и сказал: — Совершенно верно. Брат Юаньхуай носит другую больничную одежду. У него он белый.
Чэн Чжичу посмотрел на свою светло-голубую рубашку.
— Стиль тоже немного отличается. Логотип больницы находится на правой стороне, а не на левой.
— Да?.. — Медсестра сильно удивилась. — Этот тип больничной одежды носили много лет назад, и мы уже давно перестали ей пользоваться. Все пациенты сейчас должны быть одеты в то же, что и ты. Как может кто-то носить такую одежду?
Медсестра нахмурилась. Заметив проходившую мимо старшую коллегу, она остановила ее, кратко пересказала ситуацию и спросила:
— …Так есть ли еще пациенты, носящие старые больничную одежду?
Старшая медсестра слегка изменилась в лице, подошла к юноше и спросила:
— Ты говоришь, что человека, которого ищешь, зовут Се Юаньхуай?
— Да… — Юноша немного расстроился. — Но это может быть просто псевдоним.
— …Я не знаю, кого ты ищешь, но раньше в этой больнице лечился пациент по имени Се Юаньхуай, у которого был врожденный порок сердца.
По лицу старшей медсестры скользнула целая гамма эмоций.
— Раньше я заботилась о нем, но это было много лет назад. Он уже давно мертв.
Чэн Чжичу смертельно побледнел. Его взгляд скользнул мимо медсестры — в коридоре стояла белая фигура. Красивый молодой парень смотрел на него с трудно читаемым выражением.
В памяти разом всплыли ледяная кожа Се Юаньхуая, то, как окружающие словно не замечали его, бесшумные ночные появления и странные паузы в разговорах. Зрачки Чэн Чжичу резко сузились.
Се Юаньхуай тихо позвал его и шагнул вперед. Чэн Чжичу побледнел еще сильнее, отступил, а затем резко развернулся и убежал.
Се Юаньхуай опустил глаза и остался на месте. Он долго стоял неподвижно.
Посреди ночи, когда в палате стояла полная тишина, Чэн Чжичу лежал в постели и смотрел в потолок. Сон совсем не шел.
«Сегодня брат Юаньхуай не пришел. Он ушел…»
Глаза Чэн Чжичу защипало; слезы скатились по щекам и впитались в подушку. Несколько дней назад, поняв, что брат Юаньхуай — призрак, Чэн Чжичу испугался и убежал. Почти сразу он пожалел об этом. Да, Се Юаньхуай был призраком, но никогда не причинял ему вреда — напротив, всегда был бережным и нежным.
«Ну и что с того, что брат Юаньхуай — призрак?»
Его побег наверняка ранил Се Юаньхуая. С того дня тот больше не показывался.
«Что же мне сделать… Как вернуть брата Юаньхуая?..»
Чэн Чжичу уткнулся лицом в подушку. Плечи задрожали, послышался тихий всхлип.
В этот момент из ванной в палате донесся странный звук.
«Что это? Брат Юаньхуай? Нет, на него совсем не похоже…»
Чэн Чжичу испугался. Натянул тапочки, включил ночник и осторожно подошел к ванной. Прижав ухо к двери, прислушался.
Звук не прекращался. Затем словно кто-то нажал слив: за дверью отчетливо зашумела вода.
Чэн Чжичу побледнел. В памяти всплыла больничная страшилка о «людоеде из канализации». Оставаться в палате он больше не мог: распахнул дверь и выбежал в коридор.
«Так страшно… Если призраки реальны, то людоед тоже должен существовать!»
Чэн Чжичу стоял в коридоре, дрожа всем телом. Руки и ноги заледенели, он не знал, что делать. Дежурная медсестра заметила его и обеспокоенно подошла.
— Чжичу, зачем ты вышел? Что случилось?
Чэн Чжичу растерянно открыл рот, не представляя, как объяснить, что только что слышал чудовище. И тут в конце коридора появилась ярко-красная фигура.
Там стояла молодая женщина с растрепанными длинными волосами. Бледная кожа уже начала гнить, на теле висело кроваво-красное платье. Она медленно подняла взгляд и неестественно дернула головой в его сторону.
«Женщина в красном… Призрак! Значит, в больнице и правда есть привидения. Все страшилки были правдой!»
Чэн Чжичу перепугался так, что лицо стало белее бумаги. Схватив медсестру за руку, он потащил ее прочь. Ночью лифты не работали, поэтому пришлось бежать к лестнице.
Медсестра оглянулась, но коридор был пуст. Вспомнив о параноидальных симптомах Чэн Чжичу, она решила, что болезнь снова обострилась, и мягко попыталась остановить его.
— Не бойся. В больнице нет никаких призраков. Видишь, я уже столько лет работаю в ночную смену, и со мной все в порядке, так что не волнуйся, никаких призраков на самом деле нет. Прими лекарство и ложись спать.
Чэн Чжичу был слишком взволнован. Видя, что медсестра не верит, он лишь крепче потянул ее к лестнице. В панике не посмотрел под ноги, оступился и рухнул назад.
— К счастью, Чжичу не получил серьезных травм.
Доктор Ло осторожно ощупал голову Чэн Чжичу, затем долго изучал снимок КТ и наконец покачал головой.
— Но из-за удара в голову на короткое время он будет немного сбит с толку и ему будет труднее отличить реальность от фантазии. Нам нужно будет лечить его медленно, чтобы помочь ему восстановиться.
Красивая женщина кивнула и тревожно посмотрела на юношу на кровати.
— Пожалуйста, будьте уверены. — Доктор Ло кивнул. — Мы сделаем все возможное, чтобы вылечить его.
Обменявшись с матерью Чэн Чжичу еще несколькими словами, доктор Ло сел рядом и положил ладонь юноше на плечо. Голос стал серьезным.
— Чжичу, ты веришь мне и своей матери?
Чэн Чжичу ответил не сразу. Потом кивнул и посмотрел на них ясными глазами.
— Конечно, я верю в тебя и мою мать.
— Это хорошо. Мы говорим тебе, что в этом мире нет призраков. Тебе не нужно бояться.
— Эти призраки — всего лишь твои фантазии. Сюда относится и Се Юаньхуай. Он уже давно умер. Он не настоящий человек.
— Но… — Юноша открыл и закрыл рот, а затем тревожно попытался объяснить: — Брат Юаньхуай реален…
Женщина вдруг подошла, обняла сына и расплакалась. Побледнев, она заговорила почти умоляюще.
— Я умоляю тебя, пожалуйста, поправляйся скорее, хорошо? Знаешь, как мама волновалась, когда я услышала, что ты упал с лестницы… Прими это как сердечную просьбу твоей мамы…
— …Мама? — Юноша, которого она обнимала, ошеломленно замер.
В его памяти мать всегда была поглощена работой и почти не уделяла ему времени. После того как узнала о его ориентации, улыбалась еще реже, и Чэн Чжичу давно решил, что не нравится ей.
— Ты — драгоценный мамин сын. Как ты можешь не нравиться маме?
Словно прочитав его мысли, мать тихо произнесла эти слова. Она всегда была сдержанной, и признание далось ей нелегко; больше сказать не смогла, только ласково гладила сына по голове.
— Мама изменится… я буду проводить с тобой больше времени. Папа сделает то же самое. Он также очень любит тебя. Он возвращается из-за границы, чтобы увидеться с тобой, и скоро приедет. Так что, ради нас, ты должен поправиться, хорошо?
Глаза Чэн Чжичу покраснели. Он искренне кивнул и крепко обнял мать в ответ. Та на мгновение застыла, затем разрыдалась сильнее — от радости и боли одновременно. Доктор Ло рядом тоже тепло улыбнулся.
И все же в глубине души Чэн Чжичу не хотел верить, что Се Юаньхуай был лишь плодом воображения. Он казался таким настоящим. Обнимал его, целовал, всем сердцем заботился о нем. По ночам укладывал спать и иногда дарил короткую, невероятно красивую улыбку…
«Разве я мог придумать такого брата Юаньхуая?..»
Оставшись один, Чэн Чжичу свернулся на кровати. Худой и слабый, он спрятал половину лица в ладонях; виднелись только покрасневшие глаза.
— Доктор Ло сказал, что я не могу отличить иллюзию от реальности, поэтому я больше не знаю, существуешь ли ты на самом деле… Пожалуйста. Если ты действительно существуешь, можешь ли ты выйти и увидеть меня? Я… Я знаю, что причинил тебе много боли в тот день, но я не хотел этого. Даже если ты призрак, ты мне нравишься. Пожалуйста, выйди и посмотри на меня, хорошо?
Ответа не было. Чэн Чжичу просидел в палате весь день, но даже поздней ночью Се Юаньхуай так и не появился. Наверное, брат Юаньхуай все еще не простил его.
Но куда вероятнее было другое: «брат Юаньхуай» действительно являлся всего лишь образом, созданным больным воображением.
Глаза Чэн Чжичу опухли от слез. Было невыносимо больно, но он понимал: нельзя снова прятаться в фантазиях. Дома мама и папа — ждут, когда он вернется.
— В конце концов, ты так и не появился… — тихо сказал он.
Его голос был немного хриплым от слез.
— Тогда… прощай. До свидания, брат Юаньхуай.
Чэн Чжичу закрыл глаза, спрятал лицо и съежился на кровати. Тело словно постепенно остывало. Он не видел, что Се Юаньхуай все это время стоял рядом. Тот протянул руку, желая прикоснуться, но пальцы прошли сквозь тело Чэн Чжичу.
Он всегда был рядом с Сяо Чу. Но Сяо Чу больше не видел его, а он больше не мог прикоснуться к Сяо Чу.
Бай И, слишком долго находившийся вдали от Чэн Чжичу, в конце концов так и не написал новую запись в дневнике.