Глава 26. Заброшенная больница (10). У него появились непристойные мысли о Бай И.
Слабый зов донесся из глубины памяти. В белом, лишенном границ пространстве перед Чэн Чжичу стоял смутный силуэт; разглядеть можно было лишь бледную, фарфоровую нижнюю половину лица. С легким вздохом человек медленно произнес:
Взгляд Чэн Чжичу расфокусировался. Он погрузился в видение, словно провалился в сон, из которого не мог проснуться.
— Хороший Сяо Чу. Я знал, что ты меня не забудешь. Должно быть, они спрятали тебя, поэтому ты не пришел искать меня. Теперь, когда все остальные ушли, ты действительно вернулся. Иди сюда, Сяо Чу. Подойди ко мне.
Силуэт медленно протянул ему руку.
Будто во сне, Чэн Чжичу тоже потянулся навстречу. Но вдруг рядом что-то едва слышно упало. Он вздрогнул и мгновенно вынырнул из наваждения. Лоб покрылся холодным потом; Чэн Чжичу шумно хватал ртом воздух.
Карточка, которую он только что держал, лежала на полу, а надпись «Се Юаньхуай» на ней немного стерлась. По спине Чэн Чжичу пробежал ледяной холод.
С карточкой явно было что-то не так. Только что она словно полностью его околдовала: собственного сознания почти не осталось. Страшно было даже думать, что случилось бы, коснись он протянутой руки.
С этой мыслью Чэн Чжичу перевел взгляд — и обнаружил, что его руку крепко держит другая — длинная и тонкая. Сердце едва не выпрыгнуло из груди.
К счастью, он сразу узнал руку Бай И. Очевидно, именно тот разжал ему пальцы и выбил карточку. В очередной раз спасая его.
Осознав это, Чэн Чжичу и смутился, и растрогался. Он уже хотел поблагодарить Бай И, когда почувствовал, как тот большим пальцем проводит по его ладони, а затем поднимает руку и нежно целует ее.
Глаза Чэн Чжичу распахнулись. Сердце дернулось, и он застыл. Мягкие губы коснулись середины ладони — по руке словно пробежал электрический разряд. Тепло и едва ощутимая влажность заставили его вздрогнуть и сбили дыхание.
«Бай И… что он делает? Целует мне руку?..»
Сознание путалось. Первой мелькнула мысль: Бай И тоже попал под действие галлюцинации. Или, может быть, поцелуй почему-то был необходим, чтобы привести его в чувство.
«В любом случае у него должна быть веская причина, чтобы… поцеловать меня…»
Чэн Чжичу изо всех сил убеждал себя, что Бай И сделал это не просто так, но сам поцелуй потряс его настолько, что прийти в себя долго не удавалось. Бай И тем временем уже поднял голову. Увидев застывший взгляд Чэн Чжичу, он решил, что тот все еще не очнулся от видения и потому даже не понял, что произошло.
Взгляд Бай И вновь стал обычным. Он слегка сжал плечо Чэн Чжичу и тихо позвал:
Чэн Чжичу пришел в себя, поднял голову и встретился с Бай И взглядом. Темные глаза были спокойными и бездонными, как ночное море. Недавний холод исчез, а родинка-слезинка у уголка глаза лишь подчеркивала мягкость выражения. Сейчас Бай И смотрел на него с едва заметной теплотой.
— Ты пришел в себя? Как ты себя чувствуешь? — с беспокойством спросил Бай И. — Раньше тебя… Чжичу?
Бай И не договорил: Чэн Чжичу вдруг присел на корточки и закрыл лицо руками. Улыбка на губах Бай И тут же исчезла; решив, что тому стало плохо, он нахмурился.
— Ничего страшного. Я просто увидел некоторые галлюцинации раньше и чувствую небольшое головокружение… Позволь мне немного побыть в таком положении.
Чэн Чжичу отчаянно прятал лицо. Сердце колотилось, и ему совсем не хотелось, чтобы Бай И заметил внезапный румянец. Он и сам не понимал собственной реакции. Так быть не должно. Бай И ведь не девушка — просто друг, который поцеловал его руку. Чего тут смущаться?..
«Вот именно. Просто я не привык к такой близости. Если бы мою руку поцеловал кто-то другой, я бы тоже смутился. Не надо ничего додумывать…»
Да и Бай И вел себя так, словно ничего особенного не произошло. Значит, для него этот поцелуй ничего не значил и уж точно не был связан с какими-то чувствами.
«Но зачем тогда он меня поцеловал? Чтобы разрушить галлюцинацию? Да нет, бред какой-то…»
Чэн Чжичу понимал, что эта догадка звучит нелепо. Впрочем, если его собственная способность позволяла проходить инстансы поцелуями с боссами, почему бы игре не иметь и других столь же странных механик?
«Хватит гадать. Можно просто спросить Бай И. Незачем самому себя накручивать. В конце концов… мы оба натуралы. Что бы ни произошло, между нами все равно только дружба».
Чэн Чжичу потер лицо и, дождавшись, когда жар немного спадет, оперся ладонями о колени и поднялся. Бай И тут же протянул руку, помог ему встать, мягко улыбнулся и взъерошил волосы.
Улыбка оказалась слишком уж красивой. Вся решимость Чэн Чжичу мгновенно рассыпалась; ноги предательски ослабли, и он едва снова не сел на пол.
«…Хватит. Очнись уже! Это же Бай И. С чего у меня сердце так колотится?!!»
Чэн Чжичу опустил голову и старательно избегал чужих взглядов. Из-за необъяснимого чувства вины он так и не решился спросить Бай И о поцелуе: боялся, что тот заметит неладное.
Нельзя забывать: Бай И терпеть не может геев. До сих пор он снова и снова прощал Чэн Чжичу странные выходки, но если узнает, что тот начал думать о нем невесть что, наверняка возненавидит!
— Что случилось? С тобой все в порядке?
Сестры Мэн и Цзи Юньсяо, стоявшие неподалеку, тревожно оглянулись. Бай И стоял к ним спиной, поэтому самого поцелуя никто не видел — только то, как Чэн Чжичу внезапно присел. После странного телефонного звонка это выглядело достаточно тревожно.
Чэн Чжичу уже собирался ответить и поскорее сменить тему, когда его перебил странный звук.
Он раздался совсем рядом с сестрами Мэн и Цзи Юньсяо — буквально в нескольких шагах.
В бледном свете металл холодильных камер задрожал, словно изнутри по нему что-то ударило. Все трое вздрогнули и отступили, сначала решив, что на шкафы что-то упало. Но очень быстро поняли: звук идет изнутри.
Стук становился все сильнее. Тихие удары переросли в оглушительный грохот, будто нечто яростно билось о металлические стенки. Вскоре затряслся весь ряд.
Из другого угла морга откликнулся такой же стук. Сначала шумело в одном шкафу, потом во втором, третьем… Через несколько мгновений весь морг наполнился частым грохотом из холодильных камер.
В потолочных лампах зашипело электричество. Свет замерцал, вспыхивая все беспорядочнее. С громким хлопком погасла самая дальняя лампа. Следующая несколько раз моргнула и тоже потухла. Когда они входили, свет загорался один за другим; теперь лампы в том же порядке стремительно гасли.
Через несколько секунд погасла последняя. Без фонариков морг утонул бы в кромешной тьме. Сестры Мэн дрожали, не зная, что произойдет дальше и откуда ждать нападения.
Одновременно стих и стук. Наступила такая тишина, что слышно было только чужое сбившееся дыхание.
И тут Мэн Синь с ужасом услышала, как неподалеку медленно открывается дверца холодильной камеры. Что-то выходило наружу. Она сразу вспомнила больничную страшилку о женщине в красном.
Мэн Синь дрожащей рукой потянулась к сестре, но вместо теплой ладони нащупала что-то холодное и скользкое.
В голове помутилось. Рука с фонариком задрожала и невольно скользнула в сторону. Луч осветил пару бледных, уже тронутых гниением ног и подол красного платья до икр.
Мэн Синь громко вскрикнула. Рука с пистолетом дрожала так сильно, что прицелиться не получалось. Хотя женский труп стоял совсем рядом, попасть точно она не могла.
Мэн Кэ услышала ее крик и в ужасе обернулась. Раньше, когда свет уже собирался погаснуть, она и Цзи Юньсяо подбежали к Чэн Чжичу и Бай И. Однако в тот момент паники она подумала, что Мэн Синь последует за ней, и совершенно не осознавала, что та осталась прикованной к месту в страхе и вообще не двигалась.
Кольцо Чэн Чжичу уже давно было горячим. Он посветил фонариком в сторону Мэн Синь и точно так же увидел эту пару ног. Он охнул и быстро скомандовал медведю:
С тех пор как повесили трубку, испуганный и дрожащий медведь вернулся в свое обычное состояние. Он немедленно издал возбужденный крик и выскочил из кармана Чэн Чжичу. Его темные глаза сверкнули, когда он быстро подбежал и прыгнул между Мэн Синь и женским трупом.
По потолку вновь пробежал ток, и лампы одна за другой вспыхнули. От резкого света Чэн Чжичу зажмурился, в уголках глаз выступили слезы. Но тревога за Мэн Синь не позволила отвернуться. Увидев женский труп, он на мгновение застыл.
Перед Мэн Синь стояла мертвая женщина в красном платье. Кожа была мертвенно-бледной, от тела веяло могильным холодом. Повсюду виднелись пятна разложения, длинные черные волосы спутались, лицо покрывали волдыри и гниль, так что черты почти невозможно было различить. Труп медленно опустил взгляд на медвежонка, раскрыл рот и вдруг задрожал так сильно, что с тела посыпались куски разложившейся плоти.
Медвежонок шагнул вперед на своих коротких лапках — женщина тут же отступила на три шага. Из горла вырвался тихий испуганный стон, словно перед ней был не плюшевый зверек, а настоящий демон. Мэн Синь воспользовалась моментом и бросилась к сестре. Девушки крепко обнялись. Мэн Кэ захлестнули вина и сожаление: она должна была лучше присматривать за младшей.
«Если бы с Синьсинь и правда что-нибудь случилось, я бы…»
Женщина в красном невольно посмотрела вслед Мэн Синь — и заметила остальных. Ее взгляд остановился на Бай И, и она будто почувствовала исходящую от него ауру.
Труп пронзительно закричал. Теперь он выглядел в сотню раз испуганнее, чем при виде медвежонка. Женщина рванула дверцу ближайшей камеры, втиснулась внутрь и с грохотом захлопнулась.
Не успевший наесться медвежонок тут же пнул дверцу. Несмотря на крошечное мягкое тельце, удар прогремел на весь морг.
Из шкафа донеслись испуганные вопли, а затем — отчетливое хныканье. Остальные невольно переглянулись. Медвежонок ухватился за ручку и принялся тянуть дверцу. Та приоткрывалась на щель и тут же захлопывалась — труп изнутри отчаянно удерживал ее. Со стороны казалось, будто за несчастной девушкой гонится бешеная деревенская собака.
Медвежонок только выглядел хрупким: силы ему было не занимать. Он легко протиснулся в щель, запрыгнул внутрь и захлопнул дверцу за собой. Тут же раздался визг, а камера с грохотом затряслась.
Чэн Чжичу вспомнил людоеда, которому Сосновая Шишка отгрыз задницу, и поспешил перестать представлять, что сейчас происходит с женщиной в красном.
Через некоторое время шум стих. Дверца открылась, и медвежонок выбрался наружу. На голове у него зацепился клочок красной ткани. Он спрыгнул на пол, в одной лапе держа ключ, а другой поглаживая круглое брюшко. Вид у него был донельзя довольный; медвежонок даже тихо отрыгнул.
Пошатываясь, он добрался до Чэн Чжичу и протянул ключ, словно сокровище. Наевшись до отвала, вскарабкаться по ноге уже не мог. Чэн Чжичу поднял его и сунул в нагрудный карман; распухшее брюшко едва туда поместилось.
【Вы нашли подсказку. Получено ×200 очков опыта и ×50 очков выживания.】
【Название предмета: «Ключ от морга» (2/2).】
【Уровень игрока повышен до 8-го.】
Мэн Синь еще долго стояла в оцепенении. Наконец недоверчиво пробормотала:
Медвежонок высунул лапу из кармана и гордо похлопал себя по груди. Через мгновение ему наконец удалось сложить целое предложение. Детским голоском он заявил:
— Я… хорошо постарался. Она невкусная!
— Хороший мальчик, Сосновая Шишка. Ты удивительный. Когда мы выйдем, папа купит тебе десять жареных цыплят!
Чэн Чжичу пришел в восторг и с довольным видом погладил его по голове. Глаза медвежонка тут же заблестели:
— Это другой ключ от морга? — Мэн Кэ посмотрела на ключ в руке Чэн Чжичу и спросила: — Значит, теперь мы можем уйти отсюда?
Чэн Чжичу кивнул и с облегчением оглядел морг. После исчезновения женщины в красном прежняя гнетущая атмосфера рассеялась. Даже горящий свет теперь уже не казался таким жутким.
Чэн Чжичу посмотрел на карточку на полу и вспомнил недавнее видение. Кажется, в нем он называл собеседника «братом Юаньхуаем».
«Неужели это и был Се Юаньхуай? Значит, все это время меня звал именно он?»
Но Се Юаньхуай умер задолго до того, как Чэн Чжичу попал в больницу. Как они могли быть знакомы? Неужели он общался с его призраком? Сам Чэн Чжичу ничего об этом не помнил, а система по-прежнему не давала подсказок.
Он долго смотрел на ключ, пытаясь связать воедино все странности, но к окончательному выводу так и не пришел. Одно казалось почти несомненным: призрак или монстр, с которым его связывал побочный эффект кольца, скорее всего, и был Се Юаньхуай.
Заодно прояснилась и побочная задача «Таинственный голос»: голос существовал в действительности и не был плодом его паранойи. Все это время его, вероятно, звал призрак Се Юаньхуая. Вот только Се Юаньхуай вполне мог оказаться и финальным боссом инстанса…
【Вы решили, что голос реален.】
【Побочная задача «Таинственный голос» — выполнена.】
【Награда за выполнение: фрагменты оружия ×100.】
«Наконец-то мне дали фрагменты. Теперь я могу создать свое оружие!!!»
Чэн Чжичу от счастья едва не прослезился. С самого начала игры он ходил даже без самого простого оружия. Теперь у него наконец появились и Сосновая Шишка, и возможность создать настоящее оружие — можно было почувствовать себя хоть немного увереннее.
Зелье удачи, выпитое раньше, еще действовало. Чэн Чжичу тут же решил воспользоваться моментом и синтезировать оружие из полученных фрагментов.
Фрагментов было всего сто, так что на что-то выдающееся рассчитывать не приходилось. Но даже посредственное оружие лучше, чем никакого.
【Создать оружие из 100 фрагментов?】
В ладони Чэн Чжичу появился маленький светящийся шар. Остальные сразу поняли: он либо получил карту, либо начал синтез оружия. Сестры Мэн с любопытством уставились на происходящее.
Сияние постепенно угасло. Чэн Чжичу почувствовал, что ладонь чуть потяжелела — совсем немного. На ней лежала серебряная монета.
«…Это оружие? И как им пользоваться?»
У Чэн Чжичу возникло дурное предчувствие. Он осмотрел монету: на одной стороне было выгравировано лицо клоуна. Перевернув ее, он увидел на другой стороне рогатого дьявола.
【Название предмета: «Монета Джокера».】
【Описание: старинная серебряная монета. Кажется, в ней скрывается таинственная и опасная сила.】
【Эффект: назовите цель, которую вы хотите уничтожить, а затем переверните эту серебряную монету. Если сторона Джокера обращена вверх, монета выполнит ваше желание и поможет уничтожить до пяти целей одновременно. Если у вас дважды подряд выпадет сторона Джокера, вы можете уничтожить десять целей за один раз и так далее.】
【Если выпадет сторона Дьявола, на тридцать минут вас начнут преследовать несчастья. При повторном выпадении продолжительность эффекта не увеличивается, но сила невезения удваивается; каждое последующее выпадение усиливает его еще больше.】
【Если сторона Дьявола выпадет десять раз подряд, это приведет к немедленному провалу инстанса.】
【Пожалуйста, используйте ее с осторожностью.】
«…Да это же почти проклятый предмет, черт возьми?!!»
Я хочу целовать не только руку Чжичу.
Я хочу целовать его еще, прикасаться к нему и даже… овладеть им силой. Раньше мне казалось, что хуже всего — долгие годы не видеть его.
Теперь я понимаю: Чжичу прямо передо мной, но я вынужден держаться на расстоянии и смотреть, как другие мои «я» приближаются к нему сколько хотят. Это оказалось еще мучительнее.
На десятую годовщину свадьбы Чэн Чжичу начнет подозревать, что у них с Бай И не просто дружба, а они не совсем уж и натуралы, аха-ха-ха!
Господи, прямое олицетворение: его продали, а он помог еще и деньги пересчитать.