Глава 31: Чёрная дымка. Часть 2.
«Уязвимое место Шэн Яо – страх преследования = =»
Некогда Ли Цичжи был своенравным и мало считался с чужим мнением, когда дело касалось его «искусства». Он не желал снижать планку ради подстраивания под стандарты рынка, нацеленного на обывателей. Вот только пару лет страданий заставили его осознать истину: одним искусством сыт не будешь. В мире существуют определённые правила, и никто не сможет быть выше этих правил.
И всё же он оказался блестяще талантлив и везуч. Когда ему пришлось умерить свою гордость, чтобы приблизиться к рынку, и даже начать льстить, приложенные усилия и унижения окупились славой и достижениями.
Спустя столько времени это наконец позволило ему, человеку, перешагнувшему рубеж в сорок лет, с позиции «известного режиссёра» предъявлять свои требования к актёрам и придираться* к их игре. И даже время от времени, если условия располагали, снимать малобюджетные фильмы, которые широкой публикой вряд ли были поняты.
* 吹毛求疵 (chuīmáo qiúcī) – раздувать шерсть (животного), ища болячки (обр. в знач.: выискивать недостатки, придираться к каждому пустяку,); придирчивый, мелочный, въедливый; мелочные придирки.
Когда Ли Цичжи заметил проходящего мимо мужчину, в его голове мгновенно возник образ… Глубоко в душе он почувствовал, что лидер Лунного Альянса ожил.
Конечно же… всё вышеперечисленное лишь обогащённые романтикой вещи и прекрасные фантазии. Руководитель Ли просто принял желаемое за действительное под действием никотина, отравившего его разум. Идя по улице, Шэн Яо сразу же ощутил, что что-то не так. Будучи опытным и превосходным полицейским, он, несмотря на ленное состояние и расслабленную походку, всё же почувствовал, что за ним, похоже, следят.
Преследователь вёл себя непрофессионально. Шэн Яо уловил боковым зрением в отражении бородатого мужчину в солнцезащитных очках, чей общий вид сквозил какой-то вульгарностью. Конечно же, последнее прилагательное – это субъективное добавление от офицера Шэна.
Опираясь на свой опыт, он знал, что обычно грабитель не устанавливает слежку за своей целью в столь оживлённом районе. Кроме того, Шэн Яо прекрасно осознавал, что хоть его одежда и не была с рынка, но и к известным «брендам» не относилась. Он явно не походил на жирную овцу*, что цепляет с первого взгляда.
* 肥羊 (féi yáng) – букв. «жирная овца», аналог русского «лох/мамонт». Так говорят о людях, с которых другие могут поиметь выгоду.
«Кто-то из пойманных преступников хочет отомстить? Маловероятно», – большая часть дел, к которым имел отношение офицер Шэн, заканчивалась либо пулей, что отправляла на встречу к Марксу*, либо пожизненным заключением. К тому же, бросались в атаку в основном смельчаки вроде Шэнь Еси и Ян Мань, поэтому если кому и сталкиваться с местью, то явно им, а не ему.
* 去见马克思 (qù jiàn mǎkèsī) – отправиться на встречу с Марксом, обр. отправиться на тот свет, умереть.
«Тогда… неужели это изнасилование?» – Шэн Яо потрясли собственные мысли. Он рефлекторно начал разминать запястья и украдкой ещё раз взглянул на этого невзрачного преследователя. В душе Шэн Яо сокрушался: его обаяние ушло в минус, раз вместо бабочек и пчёл он начал привлекать мух и комаров.
Ли Цичжи сам не мог объяснить, что за чувства его захватили. Он лишь гнался за неизвестным мужчиной, по пути прокручивая сценарий в голове: «Какой должна быть эта сцена? Какое движение следует воспроизвести в этом месте?..» Он словно помешался. Неожиданно мужчина завернул за угол в небольшой проулок. Без задней мысли руководитель Ли последовал за ним, но стоило ему поднять голову…
Вдруг кто-то грубо хлопнул его по плечу. Поскольку руководитель Ли не слышал шагов позади, то сильно испугался. Обернувшись, он увидел «ожившего лидера», за которым только что гнался. Тот стоял прямо за ним и испытующе смотрел.
– Уважаемый господин, зачем же вы за мной следили? – смерив его взглядом, с фальшивой улыбкой спросил мужчина.
«Похож! Прямо один в один! Прям такой, каким должен быть! С наполовину искренней улыбкой, но чувствуется в ней нечто коварное, но также ощущается и некая хрупкость, будто он постоянно начеку! Живой и проникновенный взгляд!»
Шэн Яо молча неподвижным взглядом посмотрел на этого «вульгарного бородатого мужика». Он слегка заволновался, а сердце учащённо забилось. Его не отпускало ощущение, что современное общество слишком сильно давит на людей, из-за чего многие стали страдать психическими расстройствами!
«Может пройти повышение квалификации и стать психологом-консультантом? Или же пойти дальше и, прямо как Кашица, стать психотерапевтом? Эта сфера становится всё перспективнее, спрос растёт день ото дня».
В этот момент Ли Цичжи схватил Шэн Яо за руку.
Шэн Яо позвонил Шэнь Еси как раз в тот момент, когда тот был на кухне, где исполнял роль главного повара, а Цзян Ху – его помощника. Сразу было видно, что оба преуспели в своей холостяцкой жизни. Шэнь Еси умудрился приготовить хоть и простые, но восхитительные как на вид, так и на запах блюда, а Цзян Ху, пускай и просто помогал, но сумел продемонстрировать превосходные навыки в нарезке мяса и овощей.
Когда раздался звонок, Цзян Ху сразу смекнул и перехватил из рук Шэнь Еси вок, попутно вытянув кусочек помидора, который тут же положил себе в рот.
Будучи хозяйственным мужчиной, Шэнь Еси по-домашнему проинструктировал его:
– Почти готово, сними с огня. Если пережарить, будет не вкусно.
Цзян Ху вдруг осознал, что за последние несколько дней они настолько хорошо ужились друг с другом, что это стало уже чем-то привычным. Настолько привычным, что… это как-то даже странно.
«Кто бы мог подумать, прямо как пожилые супруги…» – он вздрогнул, предположив, что слишком уж надумывает.
Проверив, кто звонил, Шэнь Еси снял трубку:
Тот быстро и много о чём-то затараторил. Шэнь Еси молчал. Шэн Яо снова что-то сказал. Шэнь Еси продолжал молчать. В конечном итоге и Шэн Яо замолчал.
Шэнь Еси тяжело вздохнул, уголок его рта непроизвольно дёрнулся вверх. Одновременно с этим он еле удержался от фейспалма, который порывалась сделать его свободная рука, измазанная в растительном масле. Прошло довольно много времени, прежде чем он подобрал нужные слова и произнёс:
– Ты скучал от безделья и поэтому пошёл искать проблемы, не так ли? Как поступить? Да никак, не кипишуй. Если это не уголовка, то не тревожь меня.
Затем он довольно грубо бросил трубку.
Высунув голову с кухни, Цзян Ху поинтересовался:
– Ты добавляешь в поджаренные помидоры сахар?
– Добавь. Они довольно кислые, без сахара будет не вкусно, – отозвался Шэнь Еси.
С недоумённым возгласом «А?» Цзян Ху посмотрел на его выражение лица, моргнул и спросил:
– Всё в порядке, жив, здоров. Готовь еду, забей на него, – странно, но, судя по всему, Шэнь Еси пребывал в прекрасном настроении. Цзян Ху пришёл в замешательство.
Пускай в последствии Шэн Яо и узнал, что Ли Цичжи был известным режиссёром, а не мошенником; и пускай он чуть позже понял, что руководитель Ли не имел плохих намерений, а лишь просто слегка помешался, – всё же Шэн Яо не понимал, плакать ему от всего этого или смеяться.
Как бы то ни было, а шансов, что офицер Шэн поступит как благородный человек и доброжелательно отзовётся на то, что за руку его схватил какой-то старикан, первое впечатление о котором было чем-то вроде «имеет недобрые намерения» и «вульгарен», было крайне мало. К тому же, тот ещё и с жадностью набросился на него. Шэн Яо не стал церемониться и руководствовался лишь собственными инстинктами. Техника болевого захвата, которую он не использовал многие годы, была применена на практике в отношении тонкого запястья руководителя Ли. Результат не заставил себя ждать. По крайней мере, это доказывало, что Шэн Яо прямо как старый меч – с годами всё такой же острый, ведь тело всё помнит. И подтверждением тому стал громкий возглас «ай», сотрясший узенький переулок.
Оплошность вместе с недопониманием приводят к драме. Когда Шэн Яо привёз этого дрыщавого «психа с приветом», старикана «мнившего себя режиссёром» в больницу, Хуанци, услышав, что произошло, ощутил прилив новой волны ненависти. Холодно хмыкнув, он не удержался от колкости:
– Хо, офицер Шэн, ай-яй, неужели за те пару дней, что мы не виделись, ты улучшил свои навыки и стал при исполнении закона применять грубое насилие?
Прежде чем Шэн Яо успел что-либо ответить, этот зверь в человечьем обличье щёлкнул его по лбу:
– Точно, я вспомнил! Справка о восстановлении в должности ведь ещё не подписана, не так ли? Тогда это не исполнение закона, а то, что принято считать нападением?
Эх, сколько же мрака в сердце у этого человека.
Шэн Яо сделал вид, что не знаком с ним. Когда он обернулся, то увидел руководителя Ли, который протягивал руку для осмотра, но по-прежнему продолжал на него смотреть с глазами, полными надежды. Шэн Яо вдруг ощутил, что Земля находится в большой опасности. Тяжело вздохнув, он со всей искренностью сказал:
– Товарищ, руководитель чего-то там…
– Ли… – негодующе отозвался Ли Цичжи. Известный режиссёр впервые встретил человека, который совсем не смотрит телевизор. Он ощущал себя так, будто с ним общаются, как с простым прохожим.
– Руководитель Ли, огромное вам спасибо за благосклонность. Видите ли, на Новый год мы как-то ставили представление, но я играл там только фонового персонажа, в итоге лишь всех насмешил. Я правда вряд ли справлюсь с тем, что вы мне предлагаете.
«И что это за чутьё такое, а?..»
– Ну в самом деле, руководитель Ли. Меня вполне устраивает моя нынешняя работа, я не собираюсь её менять.
– Это просто частный фильм. Сходи на кастинг, просто попробуй. Кто знает, может тебе понравится, – всем своим видом Ли Цичжи излучал сожаление.
– Думаю, что такое мне не понравится…
– Ещё никто не отказывался от подобного, поверь мне! – Ли Цичжи искренне не понимал. Существует ведь так много шоу талантов, где юные и красивые парни и девушки борются ради мечты о мгновенной славе, так почему сейчас это не работает? Набравшись терпения, он продолжил убеждать: – Ты же ещё так молод, возможно, просто ещё сам не знаешь, чего хочешь! Раз выпала такая возможность, почему бы не попробовать? Ай… твою мать, доктор, не могли бы вы поаккуратнее? Юноша, послушай меня…
Шэн Яо ощущал себя так, словно они разговаривали на разных языках. Если бы не тот факт, что он растянул ему запястье, он бы не стал тратить здесь своё время.
«Всё бы ничего, но этот уважаемый вообще-то работает на благо народа, я хороший полицейский! А ты хочешь, чтобы я сыграл бандита? Ещё и под предлогом "темперамент соответствующий ". Да это же оскорбляет великую профессиональную этику полицейского!»
Доктор довольно быстро оказал помощь руководителю Ли, который получил «тяжёлое ранение», а затем велел этому странному человеку, который даже солнцезащитные очки в больнице не потрудился снять, убираться восвояси и не загораживать проход. По сути, Шэн Яо хотел лишь напугать его, поэтому серьёзных травм не нанёс.
Ли Цичжи всё уже достало. Он и так с большим трудом отыскал «живое воплощение лидера», поэтому, проявив свой ослиный нрав, он настоял, чтобы Шэн Яо сопроводил его до съёмочной группы.
– Ты же полицейский, так как можешь уклоняться от ответственности? Ты должен отвечать за меня! – громко заорал Ли Цичжи. В этот момент мимо них как раз проходила младшая медсестра, её взгляд тут же изменился, стоило ей увидеть Шэн Яо.
«Ну и кому я тут что-то разъяснить пытаюсь?..»
– Я могу вызвать вам такси, пойдёт?
Шэн Яо вздохнул, Ли Цичжи явно не собирался ему уступать. В конечном итоге, под взглядами окружающих, которые обступили их, желая разузнать, что происходит, но стеснялись спросить, он сдался. Ли Цичжи всё же похитил его, усадил в такси и отвёз к своей команде.
Поскольку сам режиссёр откровенно бездельничал, то и съёмочная группа у него была не особо большой. Из-за проблем, возникших с мужской ролью второго плана, все сцены с Шу Цзю пришлось перенести на первый план. Поэтому он уселся в неприметный угол, чтобы ознакомиться со сценарием. У него была новая партнёрша, совсем юная девушка, которая немного нервничала, но очень старалась. Время от времени, она задавала этому не страдающему высокомерием знаменитости человеку вопросы.
Как раз в этот момент Ли Цичжи затащил внутрь Шэн Яо и заорал:
– Быстро, быстро, быстро! Готовимся к кастингу!
Шэн Яо закатил глаза. Ему казалось, что неадекватность этих людей заразительна. С того момента как они вошли, на него тут же устремилось пять-шесть пар глаз, смотрящих странным взглядом, так ещё и отовсюду послышались тихие вздохи. Кое-как подавив поднимающуюся волну возмущения, он беспомощно сказал:
– Дядя, когда это я сказал, что согласен на кастинг? Если ты меня не отпустишь, я подам в суд за незаконное удерживание.
Услышав этот голос, Шу Цзю резко поднял голову. Даже не пытайтесь у него узнать, почему спустя столько времени он продолжал держать его в памяти. Он просто помнил и всё. Всегда есть что-то такое, что производит на нас глубокое впечатление, например… радующий не только глаза, но и сердце, красавец.
– Это ты? – не подумав, выпалил он.
Шэн Яо растерянно посмотрел на него, но затем тут же вспомнил.
«Этот пацан, это же тот самый придурок, который выглядел как актёр. Он ещё тогда схватил меня и притворился, что мы любовники, – немедленно Шэн Яо захватило чувство, что сегодня худший день в его жизни. – Ну почему всё самое ужасное случилось одновременно?»
Не дожидаясь ответа, Шу Цзю тут же фамильярно подошёл и схватил его за другую руку.
– Какое совпадение… Руководитель Ли, этот человек мой приятель. Как вы познакомились?
– Я встретил его на улице. Тебе не кажется, что он вылитый Цзи Цзин? – Цзи Цзином был тот самый «лидер Альянса». Пока Ли Цичжи прыгал от радости, рассказывая, как в его воображении Шэн Яо идеально подходит на роль, он так и не отпустил его руки, продолжая тащить за собой. – Ну как? Подходит ведь?
– И правда… – потирая подбородок, ответил Шу Цзю.
Ли Цичжи хлопнул себя по ляжке.
– Ай-яй, так и есть! И чего же мы ждём? Лидер Альянса Цзи, тебе придётся смириться и помочь. В конце концов, ты ведь сломал мне запястье.
«Кто это сломал? Это же просто растяжение! Не искажай факты!»
Как раз в тот момент, когда Шэн Яо хотел было начать оправдываться, в панике забежал мужчина с конвертом в руках. У него было сложное выражение лица, казалось, будто он чего-то сильно боится, а в глазах читалось смятение:
– Этот гад опять вернулся, руководитель Ли!
Ли Цичжи мгновенно потемнел лицом. Его взгляд упал на конверт в руках мужчины, после чего он резко ответил:
– Разве я тебе не говорил не приносить мне это? Я не хочу видеть подобные вещи. Выбрось!
– Но ведь… – младший помощник замялся. – Руководитель Ли, я думаю, что в этот раз всё серьёзно. Может всё же вызвать полицию?
Когда мужчина перевернул конверт, Шэн Яо увидел на нём нечто бордовое, очень похожее на кровь. Вся задняя сторона была вымазана, а от конверта исходил неописуемо странный мерзкий запах. Шэн Яо нахмурился, вырвался из хватки Ли Цичжи и Шу Цзю, сунул руку в карман и достал перчатки.
Перевод с китайского языка: Texxi Shekk
Тгк переводчицы: Изысканные мелодии редко поют хором~