Глава 16: Янтарь. Финал.
У Су Цзюньцзы отлегло от сердца. Палец, который он приподнял, тут же опустился вниз. Цзинь Цю вскинула голову и пристально посмотрела на Шэн Яо. Девушка оставалась на прежнем месте и не двигалась. Шэн Яо, слегка повысив голос, вновь заговорил:
– Повторяю ещё раз: отойди от него, подними руки и прижми их к стене. Госпожа Цзинь, я пытаюсь быть вежливым, но если ты не выполнишь мою просьбу, боюсь, мне придётся исполнить свой долг.
Цзинь Цю усмехнулась и, наклонившись к Су Цзюньцзы, проговорила:
– Видишь, я же говорила, что офицер Шэн так себе человек. Даже самая приятная улыбка на его лице – фальшивка, которая может исчезнуть в любой момент.
Шэн Яо сохранял спокойствие, потому что рука Цзинь Цю находилась прямо у шеи Су Цзюньцзы. Огонь от оставшихся свечей осветил её пальцы, в который показался предмет, сверкнувший серебристым светом. Прижав его к шее мужчины, она спокойно и негромко сказала:
– Знаете что, офицер Шэн? Для человека, некогда изучавшего медицину, убить кого-то – проще простого. Достаточно лишь совсем чуть-чуть, немножко надрезать, и кровь как хлынет. Точно вся вытечет, остановить будет невозможно. Хотите проверим?
Она вдруг залилась громким гоготом, чем-то напоминавшим уханье совы. Её очаровательное лицо исказилось.
Шэн Яо на мгновение остановился и посмотрел на лежащего на полу Су Цзюньцзы. Повернув пистолет в руке, он направил дуло вверх и положил на него указательный палец. Он прислонился к дверному косяку, взял себя в руки и сказал:
– Остальные тоже скоро будут здесь. Все уже знают об этом месте, с ними даже будет психолог. Тебе не сбежать, но ты всё ещё можешь сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить тяжесть своих преступлений.
– Сбежать? – тихо повторила Цзинь Цю, а затем нервно посмотрела на него. – Ты говоришь, что я должна… сбежать? Ха-ха… Ха-ха-ха-ха, офицер Шэн, ты что, совсем не понимаешь? Я же уже говорила тогда, в полицейской участке, ты что, забыл? Я сказала, что хоть и жива сейчас, но эта жизнь хуже, чем смерть!
На белках её глаз чётко различались чёрные зрачки, эти глаза смотрели с крайней враждебностью.
– Мне нужно преподнести подарок, только так я смогу встретиться со своим Цзюем. Офицер Су и есть мой подарок. Как думаешь, ему понравится?
Шэн Яо вскинул брови, прищурился и, подавив эмоции, сказал:
– Что? – Цзинь Цю плохо расслышала его слова.
Су Цзюньцзы бросил резкий укоризненный взгляд на Шэн Яо. Тот лишь тихо посмеялся. Ночной ветер слегка потрепал его свисающие на лоб волосы. Даже в такой мрачной и тёмной обстановке его лицо выглядело настолько очаровательно, что заставляло сердце биться чаще.
– Не кажется ли тебе, что в сравнении с ним я больше подхожу под вкусы твоего У Цзюя? – спросил Шэн Яо.
Цзинь Цю замерла от удивления. Она внимательно посмотрела на Су Цзюньцзы, затем перевела взгляд на Шэн Яо. На её лице тут же отразилось смятение, которое мгновенно сменилось ревностью. Нож в руке девушки задрожал, из её плотно стиснутых зубов донеслось подобие смеха.
Несколько раз лезвие дрожащего клинка прошлось по коже Су Цзюньцзы, он ощутил исходящее от неё ледяное убийственное намерение, особенно в том месте, где лезвие коснулось шеи. Мужчина едва сдержался…
«Момент не подходящий, если сейчас попытаюсь вырваться, не факт, что смогу её удержать. Шэн Яо, потяни время ещё немного …»
Шэн Яо почувствовал, что из-за ножа Цзинь Цю его сердце вот-вот перестанет биться. Он закрыл рот и начал пристально следить за этой опасной женщиной. Каждая мышца в его теле была напряжена до предела.
Цзинь Цю вдруг пронзительно рассмеялась.
– Точно… вы все… подходите под его вкусы! Все вы! Цзюй мой, только мой! Да что в вас такого хорошего? Он лишь использует вас как материал. Вы все даже упоминания не стоите, у вас нет никакого права на его внимание!
Оказывается, с самого начала её главным мотивом убийства была сильная ревность.
Су Цзюньцзы показалось, словно все патологии этого мира вдруг сосредоточились в ней.
– Никто не сможет заменить меня! – Цзинь Цю свирепо уставилась на Шэн Яо.
– Тут я с тобой не соглашусь, дорогуша. Хватит уже обманывать себя. Ты же сама видела, сколько у У Цзюя было юношей и девушек, разве нет?
– Ты же собственными глазами видела, с каким вожделением он смотрел на всех этих людей; с какой пьянящей жадностью он ласкал их тела; и как скрупулёзно собирал из их трупов свою совершенную коллекцию экспонатов… А, точно, чуть не забыл. Та твоя техника накладывания швов, это ведь он обучил тебя, да? – на лице Шэн Яо показалась одна из его особых, демонических улыбок.
– Что такое? Ты лично помогла ему похитить человека, разве не помнишь? Как раз в этом самом месте, это была твоя лучшая подружка, близкий человек, сокурсница. Ты заманила её сюда и преподнесла У Цзюю. Госпожа Цзинь, он разрешил тебе поприсутствовать, пока измывался над телом Ли Су?
– А-а-а! – пронзительно завизжала Цзинь Цю. – Закрой свой рот! Заткнись! Или я убью его!
Словно обезумев, она уставилась на Шэн Яо смертоносным взглядом. Девушка прижала нож, который держала в дрожащей руке, к шее Су Цзюньцзы. В это мгновение человек, который должен был неподвижно лежать на полу вдруг откатился в сторону примерно на пять сантиметров. Он резко перевернулся, поднялся и схватил Цзинь Цю за запястье. Из-за резкой боли она выронила нож. Её мгновенно прижали лицом к полу.
Су Цзюньцзы слабо улыбнулся Шэн Яо и чуть слышно проговорил:
– Невозможно… невозможно… – с широко округлившимися от ужаса глазами повторяла Цзинь Цю.
На самом деле Шэн Яо видел, как Су Цзюньцзы сначала подмигнул ему левым глазом, а затем пошевелил левой рукой. Он сразу понял, что действие наркотика спадает. Как раз в этот момент он запутал Цзинь Цю, и, пока она находилась в смятении, появилась возможность поймать её. Наконец-то выдохнув с облегчением, Шэн Яо достал наручники и подошёл к ним.
– Ну и жути же ты на меня навёл!
Издалека уже доносились звуки сирен от полицейских машин и скорой помощи. Шэнь Еси с остальными примчались довольно быстро.
Вот-вот пыль должна была окончательно осесть*, как вдруг кое-что произошло. Некоторые говорят, что сумасшедшие люди обладают огромной физической силой, потому что их действия непредсказуемы. Они задействуют каждый участок тела в попытках борьбы за свою жизнь. Из-за действия препарата физически Су Цзюньцзы был сильно ослаблен, однако, поднабравшись сил, он смог преодолеть действие наркотика. Первое, что он сделал, это инстинктивно пинком отшвырнул ногой нож Цзинь Цю. Однако девушка и не собиралась использовать нож, вместо этого, когда он наклонился, она подалась назад и ударила его всем телом.
* 尘埃落定(chén’āi luò dìng) – букв. пыль осела; обр. завершение дела; дело принесло (определенный) результат.
В мгновение ока* Шэн Яо подхватил Су Цзюньцзы и потянул на себя. Довольно быстро они обменялись позициями, поэтому безжалостный удар Цзинь Цю пришёлся на Шэн Яо. Вслед за этим Су Цзюньцзы чётко расслышал, как острое лезвие вошло в тело напарника и тот мгновенно потяжелел.
* 电光石火(diàn guāng shí huǒ) – молния блеснула, камень вспыхнул (обр. в знач.: моментально, в мгновение ока, в один миг, молниеносно).
Тут же Су Цзюньцзы почувствовал, словно в его голове прогремел взрыв.
Шэн Яо стиснул зубы и поднял пистолет. Он направил его на ноги Цзинь Цю и быстро нажал на курок. Пуля прошла навылет в районе бедра. Хлынула кровь, девушка упала на пол, однако казалось, словно она совсем не чувствует боли. Цзинь Цю лишь шипела и продолжала смеяться.
Су Цзюньцзы был слаб и не мог удерживать Шэн Яо, поэтому прислонился к стене. Шэн Яо опустил руку, которой опирался на него, и положил её на свой живот. Тёплая кровь непрерывным потоком текла из раны… из которой торчал нож.
Залитая кровью Цзинь Цю чем-то напоминала вылезшее из мира мёртвых приведение.
– У меня был ещё один, не ожидал, да? Ха-ха-ха-ха, не ожидал? Не ожидал?!
Сразу же после выстрела завыла сирена. Появился Шэнь Еси с подмогой. На Цзинь Цю надели наручники. Подоспевшие медики быстро остановили кровотечение Шэн Яо и забрали его в машину скорой помощи. Растерянный Су Цзюньцзы хотел было пойти за ним, но не смог подняться. Медработник то и дело задавал ему вопросы, но ошарашенный Су Цзюньцзы его даже не слышал.
«Ради чего, Цзинь Цю? И почему, Шэн Яо*? Пожалуй, в этом мире нет ничего более сложного и непостижимого, чем человеческие сердца».
* Если честно, тут немного сложно передать на русский язык смысл этих вопросов так, чтобы не понаписать лишнего. Здесь задаётся тот же вопрос, что и строчкой выше: 为了什么? Если переводить на нормальный русский, то это что-то вроде «Во имя чего Цзинь Цю так поступила? И почему Шэн Яо совершил такое? (т.е. имеется в виду сумасшествие Цзинь Цю и подставившийся под нож Шэн Яо).
Адольф Гитлер говорил: «Народ любит суровых правителей больше, чем жалостливых».
Больницы всегда выглядят одинаково… Длинный коридор, заканчивающийся окном, в которое не проникает солнечный свет. Снующие туда-сюда врачи с утомлёнными, безразличными лицами; и проезжающие мимо ледяные медицинские аппараты. Всюду витает запах болезней, крови, и резкий, бьющий в нос, запах лекарств и дезинфицирующих средств.
В операционной горел свет. Цзян Ху расположился на стуле у входа. Он был одет в тёмно-синее пальто и сидел, опираясь локтями на колени, с низко опущенной головой. Скрестив пальцы рук, он прислонил их ко лбу.
Шэнь Еси нёс в руках два стаканчика с кофе из торгового автомата. С важным видом* он уселся рядом, протянул Цзян Ху стаканчик с кофе и сказал:
– С Цзюньцзы всё хорошо. Доктор сказал, что он немного бредит из-за лекарств, но завтра это пройдёт. Я попросил Ян Мань вернуться, Инин уже занимается оставшимся вопросами в управлении. Чуть позже ты можешь вернуться с её отцом, так будет безопаснее.
* 大马金刀(dàmǎjīndāo) – могучий конь и золотой меч (обр. величественно, с гордым видом).
Цзян Ху растерянно кивнул, взял кофе, но не стал его открывать, лишь обхватил стаканчик двумя руками. Шэнь Еси положил руку ему на плечо и спросил:
Цзян Ху тихо рассмеялся и покачал головой. Его лицо выражало сильнейшую усталость. Прежде Шэнь Еси ещё ни разу не видел у него столь явное проявление негативных эмоций.
– Я… не понимаю. Это моя вина? – спустя очень много времени шёпотом спросил он.
– Су-гэ похитили, а Шэн Яо ранили ножом. Неужели это из-за того, что я был недостаточно эффективен и мало внимания уделил проблеме Цзинь Цю? – тихо спросил Цзян Ху. – Я привык… раньше я всегда был один и не работал с таким большим количеством людей. Я воспринимаю вас скорее, как…
Он сильно нахмурился, видимо снова никак не мог подобрать нужного слова. Некоторое время спустя Цзян Ху вздохнул и договорил:
– Ты думаешь, что из-за того, что у тебя не получается влиться в наш коллектив, это влияет на эффективность всей команды?
Шэнь Еси тихо посмеялся и, прямо как Ян Мань, потрепал его по волосам. Каштановые волосы на голове Цзян Ху пришли в беспорядок и стали напоминать куриное гнездо. Он недоумевающе посмотрел на Шэнь Еси, тот сказал:
– В таком случае мы все должны нести ответственность. Ты всё ещё не понял, что подразумевает под собой сотрудничество?
– Сотрудничество означает, что все мы работаем сообща, и также вместе берём на себя ответственность, – Шэнь Еси задумался. В этот момент медсестра катила мимо них тележку, он подтянул ноги и тихо продолжил: – Каждый из нас является как отдельной личностью, так и частью целого. Когда мы работаем, мы как один человек, но вне рабочего времени мы – семья. Понимаешь?
Цзян Ху слегка изменился в лице. Шэнь Еси похлопал его по плечу и поднялся со словами:
– Пойдём. Операция займёт много времени, нет смысла ждать здесь. Давай перекусим. Эта ночь будет долгой. Ни одна семья не позволит дочери* караулить одной, ты пойдёшь со мной, нам предстоит ещё много работы.
* Скорее всего так Шэнь Еси решил постебаться над доктором. Ранее он говорил, что они – одна семья, здесь же он называет Цзян Ху: 女孩子, т.е. девочка (ребёнок), но в контексте семьи, то есть он с позиции отца семейства назвал Цзян Ху «дочерью» хD.
Цзян Ху покачал головой, улыбнулся и вдруг сказал:
– Глава Шэнь, может ты и получил травму, но у тебя совершенно точно нет ПТСР.
Шэнь Еси остолбенел, а затем обернулся и посмотрел на него. От линз очков Цзян Ху отражался свет коридорной лампы, из-за чего казалось, будто его глаза чем-то плотно завешаны.
– Говорят, что был промежуток времени, когда ты потерял память… Что ж, я думаю, что ты ничего не терял, а просто решил кое-что скрыть, – он тоже поднялся и с лёгким смешком продолжил: – Не волнуйся. Раз уж ты хочешь что-то скрыть, я не буду в этом копаться. Так ведь обычно говорят члены семьи?
Шэнь Еси скривил рот и пристально посмотрел на него.
– Ёбаные психологи, как же вы меня достали.
Я вернулась. Вчера ездила к бабушке отмечать её день рождения. В поезде было полно народу, я чувствовала себя так, словно меня зажали в узкой фотокарточке.
В вагоне тоже приключилась довольно интересная сцена при участии дядюшек и тётушки. Из-за тесноты двое мужчин начали конфликтовать и затеяли драку, на что тётушка рядом со мной им заявила: «Хватит драться, это всё равно не поможет».
А затем на одного из них вдруг налетел парнишка, дядюшка посмотрел на него, выпрямился и от безысходности сказал: «Может, наступишь на мою ногу? Делать уже нечего, ты только полной ступнёй не наступай…»
Хуже всего было в вагоне, где находилось два туалета, там собралась очередь из пяти-шести человек. В туалет невозможно было сходить. В итоге мужчина, стоявший рядом со мной, сам же назначил себя начальником туалета. С одной стороны он пускал в туалет только женщин, а с другой – мужчин, в итоге больше не пришлось по нескольку раз ходить туда-сюда… Таким образом, общественный туалет в поезде окончательно разделился на мужской и женский…
Перевод с китайского языка: Texxi Shekk
Тгк переводчицы: Изысканные мелодии редко поют хором~
Визуализация от переводчицы (арт нарисован к этой новелле)
Обожаю чибиков, посмотрите на этого очаровательного Шэнь Еси с:
