Глава 15: Янтарь. Часть 7.
Дисклеймер: в данном тексте не пропагандируется употребление наркотиков или любых других запрещённых веществ. По закону РФ приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, а также культивирование психотропных растений является уголовным преступлением, кроме того, наркотики могут быть опасны для вашего здоровья.
«Цзюньцзы в опасности, герой Шэн Яо спасает… ладно, ладно, он всё же герой».
– На протяжении многих лет я буду помнить лунный свет, что ворвался в окно в тот год; а ещё я буду помнить тебя, который вторгся в мой чёрный мир.
– Как самый бесстрашный рыцарь в мире, ты, моя любовь, отважно прорвался сквозь тьму ночи прямо к свету.
– Я хочу перевоплотиться твоей лисицей… потому что ты уже приручил меня.
«Не могу пошевелить ни руками, ни ногами, но слышу чей-то голос. Там точно кто-то ходит. Судя по всему, между мозгом и мышцами связь разорвана, это… это какой-то миорелаксант*? Всё-таки надо было лучше изучать фармацевтику».
* Миорелаксанты – это группа препаратов, которые устраняют повышенный тонус мышц. Делают они это разными способами: например, блокируют проведение импульса до мышечных волокон. Такие лекарственные средства используют для лечения болей в спине, невралгии, болезненных мышечных спазмов, а также состояний, при которых присутствует избыточное напряжение мышц – после инсульта, черепно-мозговых травм.
Именно так размышлял Су Цзюньцзы после того, как очнулся. Вдруг, его сердце резко ухнуло вниз: «Цзинь Цю сказала, что все детективы, патрулирующие её дом, трудятся не покладая рук, и если они ещё не ужинали, то могут зайти выпить чаю… Та кружка чая…»
– Разве офицер Су не должен был уже очнуться?
Су Цзюньцзы открыл глаза – это единственное, на что он оказался способен в сложившейся ситуации, потому что говорить он не мог, как и поднять голову. Место, где он находился, окутывала кромешная тьма, казалось, что даже свежий воздух сюда никогда не проникал. Видно было лишь Цзинь Цю, которая в данный момент зажигала одну свечку за другой. Девушка всё также носила чёрное платье, её белое лицо сильно контрастировало на его фоне, чем-то напоминая фильм ужасов.
Су Цзюньцзы безмолвно уставился на неё, внутренне вопрошая: «Цзинь Цю, почему?»
Девушка зажгла последнюю свечу и улыбнулась ему:
– Офицер Су, ты, должно быть, удивлён? Я знала, что ты не станешь меня подозревать, ты слишком хороший полицейский. Что ж, это прекрасно! Знаешь, когда я пришла в полицейский участок, именно ты протянул мне стакан молока, твой голос был таким нежным, это сразу напомнило мне его. В тот момент я подумала, что ты сильно отличаешься от всех остальных.
Су Цзюньцзы проследил за ней взглядом, мысленно отвечая: «Я не понимаю».
– Ваш капитан Шэнь всё время сосредоточен на деле, дай ему лишь намёк*, как он тут же заметит что-то важное. А тот офицер Шэн, его не сходящая с лица улыбка так раздражает. На первый взгляд кажется, что он довольно милый человек, но на самом деле никогда не знаешь, что у него на уме, – не обращая на него внимания, Цзинь Цю продолжила говорить словно сама с собой. – А ещё… Последним, кто меня допрашивал, был доктор Цзян. Как же меня выбесил этот его острый холодный взгляд. Есть лишь ты, ты единственный, кто по-настоящему искренен и добр с людьми.
* 蛛丝马迹(zhūsī mǎjì) – букв. нить паутины (которая ведёт к жилью паука) и следы копыт лошади (или сверчка), обр. ключ к разгадке, след, путеводная нить, зацепка.
По её лицу медленно расплылась невинная улыбка.
– Точно! Ты такой же, как он. Что же касается ваших двух очаровательных женщин офицеров, думаю, да нечего о них думать. У меня уже есть довольно много женских экспонатов, так что незачем что-то менять, иначе он будет недоволен.
«Такой же, как этот психопат У Цзюй?», – Су Цзюньцзы вдруг осознал, что пусть для него это прозвучало ужасно, но девушка, судя по всему, использовала это сравнение в качестве комплимента.
Цзинь Цю подошла к нему вплотную, наклонилась и на ухо проговорила:
– Послушай-ка меня внимательно. Я потратила немало времени на тренировки, чтобы наконец вернуться и отомстить вам. Офицер Су, пусть ты мне и очень нравишься, но я действительно, со всей искренностью ненавижу вас всех. Вы убили его.
Когда Су Цзюньцзы был агентом под прикрытием, он прошёл подготовку по противодействию влияния наркотических веществ. Пока эта сумасшедшая болтала, он потихоньку восстанавливал энергию. Он сосредоточил все свои силы на пальце, который был придавлен его собственным телом, благодаря этому он был вне поля зрения девушки. Сосредоточившись, он начал разгибать палец: туда-сюда, туда-сюда…
Цзинь Цю ничего не заметила. Девушка нервно усмехнулась, поднялась и ещё раз осмотрела заготовленные заранее хирургические инструменты.
Когда Шэн Яо подъехал к дому Цзинь Цю, то сразу заметил, что что-то не так… Детективы, патрулирующие территорию, исчезли! Достав пистолет, он одним ударом ноги выбил дверь в дом Цзинь Цю. Внутри как попало валялось около семи-восьми человек, включая маму девушки. Шэн Яо тщательно проверил весь дом, но больше никого не нашёл. Нащупав пульс пострадавших, он понял, что все они живы, просто находятся под действием какого-то препарата.
«Судя по всему, они не являлись целью Цзинь Цю, а вот Цзюньцзы…»
Он закрыл глаза и попытался успокоиться. Сделав глубокий вдох и тяжело выдохнув, он немедленно позвонил в скорую помощь. Его ногти сильно впились в ладонь, так он пытался через боль снять нервное напряжение.
«Спокойно… сейчас мне нужно сохранить трезвость. Цзюньцзы, да где же ты в конце концов?»
На столе стояла чашка чая, дотронувшись до неё, Шэн Яо почувствовал тепло: «Значит, они ушли недавно. Как бы то ни было, а Су Цзюньцзы всё-таки довольно высокий мужчина, как же эта девчонка смогла его утащить?» Он окинул взглядом всю комнату, как вдруг замер. Его зрачки резко сузились, когда он присмотрелся и обнаружил, что в углу имеется место, на котором отсутствуют следы пыли.
«Судя по всему, здесь стояло что-то вроде инвалидного кресла… Точно, после того, как мы её спасли, она какое-то время не могла ходить и передвигалась на коляске».
Но у родителей Цзинь Цю нет такой машины, в которую поместилось бы инвалидное кресло, к тому же по дороге к дому он не заметил где-либо валяющейся коляски. Значит, они не могли далеко уйти. Руки и ноги Шэн Яо становились всё холоднее, потому что вся кровь резко прилила к мозгу.
Прямо в этот момент его мобильный заорал, как сумасшедший. Не говоря ни слова, Шэн Яо спокойно поднёс трубку к уху.
– Шэн Яо, ты где? – взволнованно спросил Шэнь Еси.
– В доме Цзинь Цю. Здесь все без сознания под препаратом, скорая должна приехать с минуты на минуту. Цзинь Цю и Цзюньцзы нигде нет. Увезла его на инвалидной коляске, – решительно ответил Шэн Яо. – Далеко не уйдёт.
– Цзян Ху, – негромко рявкнул Шэнь Еси. Судя по всему, телефон был на громкой связи.
– В случае с Цзинь Цю мы можем уверенно заявить, что её личность и душевное состояние находятся в полной зависимости от У Цзюя, – довольно быстро ответил Цзян Ху, что было совершенно не свойственно его манере речи. – Она убила так много людей, но оказалась достаточно смелой, чтобы после этого заявиться в полицейский участок в качестве возмездия. Если всё именно так, то Су-гэ станет своеобразным особенным подарком, который она намерена преподнести У Цзюю. Значит, они находятся в месте, которое имеет особое значение лишь для них двоих.
Послышались звуки перебирания бумажек, после чего раздался шёпот Цзян Ху:
– Посмотрите прошлые дела У Цзюя. Вероятно, может появиться связь между прошлыми жертвами и Цзинь Цю. Быстрее.
– Раз Шэн Яо сказал, что они не могли уйти далеко, может, она вместе с Су-гэ находится где-то неподалёку от её дома? Например, придомовой гараж или что-то типа того… – вклинилась в разговор Ань Инин.
– Невозможно. Ищи быстрее, – не успела она договорить, как её тут же прервал Цзян Ху.
Ань Инин была шокирована столь властным тоном, поэтому Цзян Ху тут же поторопился с извинениями:
– Прошу прощения. Я имел в виду, что Цзинь Цю слишком умна. Храбрости ей не занимать, ведь когда её допрашивали дома, она не побоялась дать ложные показания. Если бы она этого не сделала, то Су-гэ было бы незачем приезжать к ней, тогда…
На самом деле для такого иностранца, как Цзян Ху, было крайне трудно говорить быстро. Слова попросту не поспевали за мыслями, он часто запинался, так как не мог подобрать нужных слов.
Ань Инин негромко рассмеялась, она явно уже простила доктора за его предыдущие резкие слова, после чего бросила ему пачку бумаг со словами:
– Зачем вы ищите жертву, связанную с Цзинь Цю? С чего такое предположение? – спросил Шэнь Еси.
Цзян Ху довольно быстро пролистал материалы дела, видимо, его навыки чтения были весьма неплохи, просто он не очень хорошо умел выражать свои мысли. Вероятно, в США имеется свой «немой китайский». Услышав вопрос Шэнь Еси, он некоторое время формулировал свою речь, после чего ответил:
– У Цзюй из того типа маньяков, которые, поймав жертву, используют её как инструмент для удовлетворения своих потребностей, он не проводил с ними слишком много времени. Однако Цзинь Цю стала исключением, когда он её похитил, то держал довольно долго. В конечном итоге, она даже пережила самого У Цзюя. Полагаю, что между ними было что-то вроде… эм… взаимного обмена разного рода вещами, которые есть у одного, но нет у другого…
– Сделка, – напомнил ему нужно слово Шэнь Еси.
– Верно, сделка, – он постоянно забывал слова, поэтому выглядел несколько раздосадовано.
– Думаешь, что У Цзюй оставил Цзинь Цю в живых, потому что она чем-то снабжала его? Например… добычей?
– Я изучил дело Янтарного убийцы, и это единственное разумное объяснение, которое приходит мне в голову. В целом, мало что могло удивить У Цзюя.
Время, словно нож, резало Шэн Яо подобно казни «тысячи надрезов*». Вдруг Ян Мань воскликнула:
– Нашла! Девушка по имени Ли Су была сокурсницей Цзинь Цю. Они жили неподалёку друг от друга и дружили с детства. После похищения Цзинь Цю она также вскоре исчезла, её останки были обнаружены спустя… всего день!
* 凌迟(língchí) – линчи, или казнь «тысячи надрезов», когда от человека в качестве пытки медленно и мучительно отрезали по кусочку плоти.
Ян Мань передёрнуло. Какой бы дерзкой по натуре она не была, но даже она от такого почувствовала озноб.
– Инин, срочно свяжись с семьёй Ли Су. Надеюсь, они быстро согласятся сотрудничать, – Шэнь Еси вцепился в руль, его глаза неотрывно смотрели вперёд. – Шэн Яо, вешаю трубку.
Ань Инин действовала очень быстро, у её коллег иногда складывалось впечатление, что она хранила в уме базу данных обо всём городе. К счастью, пусть семью Ли и шокировал внезапный звонок, а также звуки полицейских сирен из трубки, они всё же пошли на сотрудничество.
Через некоторое время Ань Инин сообщила следующую информацию:
– Отец Ли Су рассказал, что его дочь и Цзинь Цю в детстве были очень хорошими подругами. Из-за того, что Цзинь Цю росла избалованным ребёнком, сверстники её отвергали и не хотели дружить. Так продолжалось ровно до того момента, пока она не повстречала Ли Су, которая только переехала и ещё не успела адаптироваться на новом месте. Девочки обычно играли в доме старика, который жил этажом ниже. Но вскоре старик скончался, его дом сдали в аренду наследники. Однако перед смертью старик успел передать Цзинь Цю ключ от своего старого гаража, таким образом…
– Инин, где находится этот гараж? – перебил её Шэнь Еси.
Ань Инин быстро сообщила нужно местоположение. Как только её слова прозвучали, звонок, на линии которого находился Шэн Яо, резко оборвался.
Шэнь Еси вдавил в пол педаль газа.
Цзинь Цю время от времени поднимала голову и одаривала Су Цзюньцзы странной невинной улыбкой. Он не обращал на неё внимания, потому что изо всех сил старался восстановить подвижность. Вскоре ему удалось приподнять палец на пол сантиметра!
Внутренне его переполняла радость: это означало, что он постепенно возвращает контроль над своим телом.
Заметив, что Су Цзюньцзы закрыл глаза, она испытала недовольство и вновь заговорила:
– Офицер Су, почему бы тебе не открыть глаза и не осмотреть это место? Позволь мне рассказать тебе о нас с Цзюем.
Сначала к нему вернулась чувствительность в ладони, а затем и во всём предплечье… Су Цзюньцзы внутренне усмехнулся, открыл глаза и сделал вид, будто внимательно её слушает.
Цзинь Цю искренне обрадовалась тому, что смогла вернуть его внимание, она улыбнулась и продолжила:
– Сначала он мне показался жутким. Я, как и вы ребята, считала его плохом человеком.
Су Цзюньцзы вдруг осознал, что ему посчастливилось услышать историю о том, как именно эта девушка сошла с ума. Онемение постепенно уходило. Он даже ощутил лёгкую покалывающую боль в лодыжке, судя по всему, когда она его тащила, то ушибла то место.
Должно быть, Цзинь Цю неверно истолковала промелькнувшие на лице Су Цзюньцзы эмоции, она покачала головой и со вздохом сказала:
– Ай, вы, наверное, до сих пор считаете его таким? Вот уж действительно идиоты. Смотрите поверхностно, а не вглубь. Цзюй – человек невероятной, чрезвычайно глубокой души. Он настоящий художник, который умеет проявлять заботу о людях. Он необычайно элегантен.
Не подавая виду, Су Цзюньцзы продолжал копить силы, он никогда ещё не был так сильно благодарен управлению за то, что его отправили на обучение по противодействию влияния наркотических веществ.
Цзинь Цю наклонила голову и с восхищением осмотрела его. Усмехнувшись, она взяла набор инструментов, подошла к нему, присела на корточки и, наклонившись к Су Цзюньцзы, ласково проговорила:
– Давай начнём. Закрой глаза. Я сделаю тебе ещё один укол с наркозом. Я не стала делать его сразу, потому что не удержалась от возможности поговорить с тобой.
Су Цзюньцзы пристально уставился на приближающийся к нему кончик иглы. В нынешней ситуации у него была лишь одна попытка…
В этот момент раздался грохот. Дверь гаража с силой распахнули ударом ноги. Свеча, стоящая рядом с дверью, потухла от резкого ночного ветра. Показался Шэн Яо с чёрным пистолетом наготове, который дулом был направлен прямо на Цзинь Цю.
– Отойди от него. Подними руки вверх и прижми их к стене, – ледяным тоном сказал он.
Кхэ-кхэ, дорогие читатели, я беру небольшие выходные. Послезавтра у моей бабушки день рождения ~~~ Нгх, поэтому я хочу отдохнуть пару дней. Через три дня я вернуть отдохнувшей, так что не теряйте и не беспокойтесь ~
Ну и напоследок расскажу о стокгольмском синдроме, вдруг кто-то из вас, детишек, не знает об этом.
Стокгольмский синдром (Stockholm syndrome) – эффект Стокгольма, более известный под названием Стокгольмский синдром, или же комплекс заложника, синдром заложника. Это расстройство, при котором жертва преступления эмоционально привязывается к преступнику и даже становится соучастником в преступлениях. Из-за эмоциональной привязанности жертва чувствует симпатию к преступнику, становится зависима от него и помогает в совершении преступлений.
Некоторые специалисты полагают, что жертвы не могут отделить себя от личности преступника, именно поэтому эта арка началась с той фразы*…
* Арка «Янтарь» начинается со слов «Можно ли приручить человека?»
Я понимаю, что это немного некрасиво, заострять внимание на подобном именно здесь = =
Перевод с китайского языка: Texxi Shekk
Тгк переводчицы: Изысканные мелодии редко поют хором~