Бездна Глава 9: Связь
Сун Сяоян вёл Линь Цзина по коридору быстрым, почти переходящим на бег шагом, на ходу вкратце рассказывая ему о случившемся:
— Помнишь ту старушку вчера, которая с фотографией искала пропавшую внучку?
— Те глаза принадлежат её внучке?
— Да! — ответил Сун Сяоян. — Старушку зовут Ван Цуйпин, а её внучку Ван Сяои. Вчера босс велел мне помочь старушке с поисками, и я пошёл к ней домой. Подумав, что Ван Сяои тоже подходит под наши критерии пропавших без вести, я взял кое-какие её личные вещи для анализа ДНК и сравнил с теми глазными яблоками. И угадай что? Они совпали!
Линь Цзин быстро прокрутил в голове сцену, которую он увидел вчера утром, когда только пришёл в участок:
— Ты же говорил, что девчонка радостно тратит деньги в торговом центре, и с ней всё в порядке? Откуда взялось совпадение по ДНК?
— Ой, да не напоминай! Девчонка как раз в том самом переходном возрасте, сбежать из дома — плёвое дело, никто и не связывал это с серией убийств. Да что там убийцу, даже волоска её найти не можем! Весь Хуачэн сейчас в панике, все боятся, что следующим пострадает их ребёнок. Если бы не судмедэкспертка Цинь, которая предложила заодно сделать ДНК-тест Ван Сяои, чтобы успокоить старушку, мы бы ничего не узнали! Кто бы мог подумать, что этот тест выявит такую огромную проблему!
Пока они разговаривали, оба уже дошли до кабинета отряда уголовного розыска. Запах дыма, который так и не успел выветриться, сейчас стал ещё более удушливым. После долгой работы в условиях сильного стресса людям приходилось полагаться на никотин, чтобы хоть как-то поддерживать ясность ума.
Несколько голов сгрудились перед одним монитором. Услышав шаги у дверей, все, как по команде, подняли головы и посмотрели в их сторону.
Среди множества пар глаз первым, на кого Линь Цзин обратил внимание, как всегда, был Ши Юйбай. Его пронзительный взгляд, словно обнажённый клинок, мог с лёгкостью разрезать ту маску, которую он так тщательно создал.
Они долго смотрели друг на друга, и ни один из них не собирался делать первый шаг. Так продолжалось, пока рядом с Ши Юйбаем не раздался голос Шэнь Цяо:
— Чего вы там застряли? Заходите скорее, мы тут записи с камер пересматриваем!
Эта фраза, словно волшебное заклинание, легко разрушила напряжение между ними. Ши Юйбай молча отвёл взгляд, опустил голову и продолжил смотреть в монитор.
Сун Сяоян, чей внимательный взгляд успел несколько раз переметнуться с одного на другого, вдруг приподнял брови с таким видом, точно до него наконец дошло что-то важное. Он ободряюще подтолкнул Линь Цзина в спину, увлекая за собой вглубь кабинета, и засуетился, устраивая его поудобнее:
— Давай, Сяо Линь, вставай вот сюда, отсюда лучше всего видно.
В итоге он поставил Линь Цзина прямо за плечом Ши Юйбая. Стоило Линь Цзину только наклониться, как его тело соприкоснулось бы с плечом капитана.
Отопление в комнате не отключали, и на Ши Юйбае была лишь тонкая рубашка, и если Линь Цзин хоть немного пошевелит рукой, сквозь ткань он почувствует тепло, исходящее от него.
Убедившись, что все собрались, Шэнь Цяо, держа в руке чёрную автоматическую ручку, легонько постучала колпачком по экрану и начала вкратце описывать ситуацию:
— Это последняя видеозапись с камер наблюдения перед исчезновением Ван Сяои, которую нам удалось найти. Но, так как камера старая, качество изображения оставляет желать лучшего. Технический отдел сделал всё возможное, чтобы улучшить картинку, но это максимум, чего они смогли добиться.
На видеозаписи девушка в длинном белом пуховике несла в руках синий ящик. Она явно куда-то спешила, её шаги были быстрыми. Она даже случайно упала, поворачивая за угол, сильно испачкав свой, до недавнего времени, чистый пуховик.
Но, казалось, её совершенно не волновала испачканная одежда. Её первой реакцией было проверить синий ящик. Только убедившись, что с ним всё в порядке, она встала, отряхнула с себя грязный снег и пошла дальше, пока окончательно не исчезла из поля зрения камеры.
— Это всё, что у нас есть. Качество слишком плохое, мы не можем разглядеть, что за ящик она несёт и что в нём находится.
— Мы уже навели справки. Ван Сяои учится на втором курсе в Хуачэнском университете, поступила туда как одарённая студентка по направлению изобразительного искусства. В день исчезновения у неё как раз должна была быть пара по живописи, которую она очень любила. Её соседки по комнате сказали, что даже подумать не могли, что она прогуляет. Но поскольку её страница в WeChat Moments продолжала регулярно обновляться, а сама Ван Сяои состояла в организации по спасению бездомных животных и часто пропадала на несколько дней, никто не связал это с исчезновением.
На записях с камер видеонаблюдения зафиксировано время: три часа дня, пять дней назад. Девушка, которая должна была быть на занятиях в университете, по неизвестной причине прогуляла свой любимый урок живописи. Спеша мимо перекрёстка с синим ящиком в руках и даже не обращая внимания на испачканный дорогой пуховик, она торопливо шла вперёд.
Изображение на мониторе сменилось картой Хуачэна. Ши Юйбай ткнул ручкой в определённую точку на карте:
— Это место, где Ван Сяои в последний раз попала на камеру. Запись с камеры круглосуточного магазинчика, работающего уже больше двадцати лет, камера старая, качество очень низкое. Сейчас главный вопрос в том, что именно находилось в том синем ящике, который несла Ван Сяои?
Взгляд Линь Цзина скользнул по разбросанным на столе материалам дела, и ему внезапно вспомнилась фраза Сун Сяояна. Он спросил:
— А этот ящик не может быть переноской для кошек?
В конце концов, чтобы забрать того маленького предка домой, ему пришлось выложить кругленькую сумму в ветклинике за обычный, казалось бы, пластиковый контейнер, от стоимости которого у Линь Цзина до сих пор фантомно щемило в груди.
— Слушай, а по форме и размеру это действительно один в один как переноска для кошек! — сказала Шэнь Цяо.
— То есть в тот день Ван Сяои прогуляла занятия, чтобы спасти кошку? — спросил кто-то из толпы.
— Эту вероятность исключать нельзя. Сун Сяоян, бери Линь Цзина и отправляйтесь опрашивать участников организации по спасению животных, в которой состоит Ван Сяои. Уточните, не знает ли кто, ходила ли она спасать животных в тот день.
Его взгляд скользнул в угол и остановился на чёрном пальто, которое он ещё не успел убрать. На его рукаве всё ещё красовалась дыра, проделанная когтями. Словно что-то вспомнив, он встал с кресла и взял куртку, висевшую на спинке:
— Ладно, Сун Сяоян, иди с Шэнь Цяо. А Линь Цзин поедет со мной, кажется, я нашёл возможную связь между жертвами. Остальные продолжайте свою работу.
Услышав это, Сун Сяоян посмотрел на Шэнь Цяо, покраснел и поспешно перевёл взгляд на Ши Юйбая, который уже быстрым шагом направлялся к выходу:
— Может, мне всё-таки пойти с Линь Цзином?
— Мне нужно, чтобы он поехал со мной. У остальных есть работа, которую нельзя бросить, так что решено.
Ши Юйбай шёл очень быстро и вскоре вышел за дверь. Вероятно, заметив, что Линь Цзин отстал, он остановился снаружи, обернулся и поторопил его.
Линь Цзин угукнул и, не успев даже взглянуть на Сун Сяояна, у которого было лицо человека, идущего на верную смерть, запахнул пальто и направился к Ши Юйбаю. Уходя, он услышал за спиной озадаченный голос Шэнь Цяо:
— Слушай, старина Сун, почему ты каждый раз, когда нам надо работать в паре, выглядишь так, будто встречаешь смертельного врага? Раньше за тобой такого не водилось!
Не успев услышать ответ Сун Сяояна, Линь Цзин уже свернул в коридор, и шум из кабинета окончательно остался позади. Он ещё не нашёл возможности спросить Ши Юйбая, почему из всех людей он выбрал именно его. По его словам, на данный момент на выезд могли поехать четверо: он сам, Ши Юйбай, Шэнь Цяо и Сун Сяоян. Разбившись на пары, можно было составить три разные комбинации. Линь Цзину вовсе не обязательно было ехать с Ши Юйбаем.
Но этот человек выбрал именно его.
Даже когда Линь Цзин сел в машину вместе с Ши Юйбаем, этот вопрос всё ещё не давал ему покоя, поэтому он решил спросить напрямую:
Ши Юйбай, не поворачивая головы, завёл машину. Серебристый Гелендваген с рёвом тронулся с места по заснеженной дороге, увозя их прочь. И тут Ши Юйбай ответил:
— А я-то думал, твоим первым вопросом будет, что общего между этими жертвами.
— Ладно, беру свои слова назад. Так что же, по-твоему, связывает этих жертв?
Теперь настала очередь Ши Юйбая молчать.
Машина медленно влилась в утренний поток автомобилей. Ши Юйбай, словно идя на внутренний компромисс, негромко вздохнул:
— На данный момент у нас есть личности четырёх жертв. О двоих мы знаем следующее: в доме Чу Нин живёт белый котёнок, а Ван Сяои состояла в организации по спасению животных. Люди с такими увлечениями обычно приютили у себя бездомных животных, которых никто не захотел брать.
— То есть ты думаешь, что связь между этими жертвами — животные?
— Не уверен. Это просто догадка, основанная на интуиции, и её нужно проверить, — Ши Юйбай включил поворотник. В салоне раздалось ритмичное тиканье, и серебристый седан вместе с их Гелендвагеном свернул на полосу для поворота:
— Это всего лишь предположение, я не могу быть уверен на сто процентов. Поэтому мне нужен какой-нибудь бездельник, чтобы вместе со мной проверить эту догадку.
Этой фразой Ши Юйбай не только объяснил свою теорию, но и заодно ответил, почему выбрал именно его.
Линь Цзин только-только пришёл в отдел уголовного розыска, во многих вещах ещё не разобрался, к тому же расследование шло туго, и ни у кого не было времени возиться с новичком. Так что в данный момент он действительно считался бездельником.
Ши Юйбай освободил одну руку, достал из кармана сигарету и сунул её в рот. С характерным щелчком зажглась зажигалка. Но в тот момент, когда оранжево-красное пламя почти коснулось сигареты, он вдруг словно что-то вспомнил, отпустил кнопку зажигалки и повернулся к Линь Цзину, сидевшему на пассажирском сиденье:
— Не возражаешь, если я закурю?
С момента своего появления в отделе Линь Цзин ни разу не прикурил сигарету, даже на задымлённом совещании. Тот факт, что Ши Юйбай сейчас задал этот вопрос, говорил о том, что он это заметил.
Линь Цзин слегка приподнял уголки губ, одарив его понимающей улыбкой:
И тогда зажигалка с щелчком снова зажглась в руках хозяина. Танцующее пламя запалило сигарету, и тонкая струйка дыма поплыла по замкнутому пространству салона.
Ши Юйбай одной рукой крутил руль, мастерски обгоняя одну машину за другой:
— Если я правильно помню, через два километра после того перекрёстка будет твой дом. Ну, тот адрес, который ты указал в личном деле при оформлении.
Он сказал просто «тот перекресток», фразу настолько расплывчатую, что любому другому она показалась бы вырванной из контекста, но Линь Цзин легко понял, что он имеет в виду.
Он говорил о той точке на карте, где Ван Сяои в последний раз появилась на записи камеры наблюдения. После этого девушка словно испарилась, и, кроме окровавленных глаз, от неё не было никаких вестей.
В каком-то смысле это было даже хорошо: раз тела нет, значит, есть шанс, что она жива.
Слегка прислонив голову к боковому стеклу, Линь Цзин сказал:
— У капитана Ши и правда отличная память, не зря тебя называют «живой вывеской»¹.
1 huó zhāopái (活招牌), дословно переводится «живая вывеска» или «живая реклама.» Говорят так о человеке, чья внешность, репутация, образ жизни или профессиональные успехи сами по себе служат рекламой для какого-то дела, бизнеса, компании или услуги.
«Живая вывеска» никак не отреагировал на эту явную лесть Линь Цзина и просто задал вопрос:
— Есть ли там поблизости какие-нибудь известные ветеринарные клиники?
Услышав это, Линь Цзин беспомощно улыбнулся:
— Капитан Ши слишком высокого обо мне мнения. Мало того, что до перевода в этот отдел я работал в Ланьчэне, так у меня и домашних животных никогда не было. Фраза «человек новый, мест не знает» подходит мне сейчас как нельзя лучше. Откуда мне знать, есть ли поблизости известные ветклиники?