Важная работа Медведя

В Большом Лесу наступил канун праздника Первой звезды. Воздух звенел от мороза и ожидания. Лес напоминал большой растревоженный муравейник. Белки носились по веткам, словно заведённые, и развешивали сушёные грибы на еловых лапах. Зайцы дружно утаптывали снег на поляне, чтобы танцевать там до утра. Волки выли, репетировали праздничный хор.

Все спешили. Хотели успеть до полуночи.

Посреди этой кутерьмы бродил Медведь. Он был огромным и сильным, но сейчас выглядел растерянным. Его глаза слипались. Лапы заплетались, будто он шёл сквозь густой кисель. Медведь зевал так широко и протяжно, что пугал маленьких синичек.

— Эй, Медведь! — протрещала Сорока, которая пролетала мимо. — Ты чего спишь на ходу? Праздник на носу! Надо веселиться! Нельзя спать, всё веселье пропустишь!

Медведю стало стыдно. Все работают, радуются, а он мечтает только об одном — упасть в мягкий сугроб и закрыть глаза. «Наверное, я неправильный, — думал он, потирая лапой слипающиеся веки. — Ленивый. Я должен быть бодрым, как все».

Он изо всех сил пытался взбодриться. Щипал себя за бока. Тёр снегом нос. Даже пробовал бегать наперегонки с Зайцем. Но лапы не слушались, и он неуклюже плюхался в снег под смех белок.

Обессилев, Медведь ушёл подальше от шума, в глухую чащу. Там, где росли древние деревья, было тише. Нашёл старый, могучий Дуб и сел между корней, что выступали из-под снега. Праздничный гул долетал сюда лишь слабым эхом.

Медведь положил тяжёлую голову на лапы. Внутри у него было горько.
— Никудышный я, — проворчал он в темноту. — Все радуются свету и встречают звезду, а меня тянет в темноту. Все тратят силы, а у меня их нет.

Вдруг снег под корнями зашевелился. Оттуда высунулась полосатая мордочка в ночном колпаке. Это был старый Барсук. Он выглядел заспанным и мудрым.
— Чего шумишь? — недовольно пропыхтел Барсук. — Сон перебиваешь.
— Прости, Барсук, — вздохнул Медведь. — Я хочу праздновать, как все. Честно старался. Но глаза закрываются сами собой.
— Глупый ты, — зевнул Барсук и поправил колпак. — Думаешь, праздник — это обязательно бегать и кричать? Посмотри на корни Дуба. Что они делают?

Медведь присмотрелся к тёмным, узловатым корням, которые уходили глубоко в мёрзлую землю.
— Ничего, — ответил он. — Лежат. Отдыхают.
— Ошибаешься, — возразил Барсук. — Они держат землю. И они спят. Если корни проснутся и начнут танцевать, как твои зайцы, дерево упадёт. Их работа — хранить покой.

Барсук выбрался из норы, отряхнул пижаму и подошёл к Медведю поближе.
— Послушай меня. У Белок задача — суетиться. У Волков — выть. А у нас, медведей и барсуков, работа тяжёлая и важная. Мы — хранители Весны.

Медведь удивлённо моргнул. Сон немного отступил.
— Как это?
— Весна — штука тяжёлая, — объяснил Барсук. — Чтобы её поднять, нужно много силы. Огромное количество тепла. И эта сила копится только во сне. Мы не бездельничаем. Мы работаем аккумуляторами жизни. В нас зимует солнце.

Барсук ткнул Медведя лапой в бок.
— Каждый твой вдох во сне — это один новый листик, который распустится в мае. Каждый твой выдох — это ручеёк, который побежит в овраге. Если ты не будешь спать, тебе нечем будет встретить солнце. Ты не пропускаешь праздник, Медведь. Ты уходишь в свою берлогу, чтобы готовить чудо. Это твоя вахта.

Медведь слушал, и чувство вины, которое грызло его весь день, начало таять. Оказывается, тяжесть в веках — это не лень. Это вес будущей весны, которая уже начинает в нём созревать.

Медведь поклонился Барсуку.
— Спасибо, — сказал он. — Теперь я понимаю.
— Иди, — махнул лапой Барсук и полез обратно под корни. — Мне тоже пора. У меня там ещё три ручья не досмотрены.

Медведь развернулся и пошёл к своей берлоге. Шёл медленно, с достоинством. Встретил по пути стайку белок, которые развешивали шишки. Но теперь смотрел на них без зависти. Лишь с доброй улыбкой взрослого, который знает секрет. «Веселитесь, — подумал он. — А я пойду работать. Спать».

Забрался в свою уютную берлогу, где пахло хвоей и сухими листьями. Свернулся калачиком, укрыл нос лапой. Шум праздника снаружи стих. Осталось только его ровное, глубокое, мощное дыхание.

С каждым его вдохом где-то глубоко под толщей снега маленькое семечко получало каплю тепла, чтобы проснуться через три месяца. Медведь спал, и это было самым важным делом на свете.