Дай мне клевер | Глава 144
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
Внизу живота разливалась саднящая боль — словно внутренности методично отбивали. Однако сквозь эту пытку по венам растекалось сводящее с ума удовольствие, заставляющее мышцы рефлекторно сжиматься вокруг чужой плоти. От бесконечного грубого трения узкий проход раскалился до предела, став влажным и податливым, а спертый воздух спальни густо пропитался терпким запахом смазки и пота. С каждым разом, когда толстый член вколачивался до самого основания, на животе Ённока приподнимался бугорок, физически очерчивая чудовищные размеры, которые он в себя принимал. В тех местах, где их блестящие от испарины тела со звонким шлепком бились друг о друга, вспыхивали искры наслаждения. Ённок широко распахнул рот, сначала задыхаясь в беззвучном крике, а затем сорвался:
О какой-либо звукоизоляции он больше не вспоминал — плевать. Его бедра, чудом удерживаемые на весу, дрожали так, что то и дело бессильно разъезжались в стороны. Уловив эту слабину, Хван перехватил его трясущиеся икры, закинул их себе на локти для фиксации и подался вперед. И без того растянутые до предела мышцы с готовностью подались еще шире, впуская огромный ствол еще глубже.
— С-слишком глубоко! Ах, ннгх!
Из покрасневших уголков глаз брызнули слезы. Чем жёстче Хван двигался, тем невыносимее становилась боль, но она тут же тонула в волнах экстаза. Ённок даже не догадывался, что эта дикая, не поддающаяся никакому контролю реакция тела — прямое следствие связи Истинных.
— Глубоко? Да брось... Я ведь еще даже не вошел до конца, — с хриплым смешком выдохнул Хван прямо ему в приоткрытые губы.
«Меня сейчас просто разорвет, а он еще не вошел полностью?!» — ужас на долю секунды отрезвил затуманенный рассудок Ённока, но ясность тут же погасла. Хван вбил в него свою длину с такой силой, что к горлу подкатил ком. А затем так же резко вытянул обратно. Хватило всего нескольких таких толчков, чтобы перед Ённока прошиб ни с чем не сравнимый оргазм. Его собственный член дернулся, влажно блеснув налившейся головкой, и начал толчками извергать горячие потоки семени. Вязкая сперма густо потекла по напряженному стволу прямо на вздрагивающий живот.
Оргазм казался просто бесконечным. Такого Ённок еще не испытывал.
Доведенный до предела нежным податливым нутром, которое в экстазе судорожно сжималось вокруг его члена, Хван окончательно сорвался. Он не выдержал и мощно, обильно излился прямо внутрь. Грудь тяжело вздымалась, пока он на несколько секунд задержал дыхание, переживая пик разрядки.
— Ха-а, ха-а-а... — хриплое рваное дыхание заполнило повисшую в спальне тишину. Разобрать, кому именно оно принадлежит, было уже невозможно. Широкие напряжённые плечи Хвана на протяжении всего акта, наконец-то расслабленно опустились.
Пока Ённок жадно глотал воздух, пытаясь прийти в себя, Хван низко склонился над ним. Его влажные губы благоговейно прижались к Метке на чужой груди, заставив Ённока слабо вздрогнуть от этого контрастно-нежного прикосновения. С таким лицом, словно перед ним лежало величайшее сокровище во вселенной, Хван посмотрел на него сияющими глазами и выдохнул:
— Я люблю тебя, И Ённок. Я так сильно тебя люблю...
Лишенный воспоминаний, Ённок пока не мог найти в себе сил ответить на столь искреннее признание, поэтому лишь молча обнял его за шею. И всё же где-то глубоко внутри его сердце трепетно замерло, а затем забилось чуточку быстрее.
Да, секс с проникновением оказался болезненным и выматывающим, но, как Хван и обещал, удовольствия в нем было несравнимо больше. Все мысленные клятвы в духе «больше никогда в жизни» рассыпались в прах сами собой.
«Если так подумать, со временем он ведь наберется опыта и станет делать это еще лучше?» — с робкой надеждой пронеслось в голове Ённока.
Убаюканный этой утешительной мыслью, он мгновенно провалился в глубокий, спасительный сон, из которого вынырнул лишь спустя несколько часов.
— Ах, как же хорошо... — невольно пробормотал он, лениво потягиваясь на огромной кровати.
Тело было чистым, а простыни — сухими и свежими. Все это благодаря заботе Хвана. Хоть по лицу его было видно, как сильно он раздосадован тем, что все закончилось всего на одном разе, он не стал настаивать на продолжении и безропотно привел Ённока в порядок. Заметив, что тот уже зевает от сладкой истомы, Хван заботливо укрыл его одеялом, велел спать и выключил свет.
Нежась на мягких подушках, Ённок еще раз мысленно прокрутил в голове их близость, и тут взгляд упал на часы. Близилось время ужина. Он потянулся, сел на краю кровати и невольно восхитился. Его самочувствие улучшилось просто феноменально.
«В этом плане связь Истинных партнеров — просто какое-то читерство».
Хотя, если вспомнить, что без телесного контакта начинается болезненный откат и состояние мгновенно ухудшается, становилось ясно — это палка о двух концах. Живот тихо заурчал, и Ённок, покинув спальню, вышел в коридор. Медленно осматривая чужой, но почему-то такой знакомый дом, он направился к лестнице. И тут ему в голову пришла странная мысль.
«Если мы встречаемся, почему не спим в одной спальне?»
Они ведь не просто любовники, Истинные — это фактически законные супруги. Или у них есть общая спальня, а Хван просто решил дать потерявшему память Ённоку личное пространство?
«А где тогда комната самого Хвана?»
Задаваясь этими вопросами, Ённок спустился на первый этаж и тут же замер как вкопанный. Прямо перед ним стоял человек, которого здесь быть ну никак не должно.
— Ённок-сси, вы выглядите гораздо лучше. Какое облегчение, — с легкой улыбкой произнес Ём Чхонхо. Мужчина был в безупречном костюме и выглядел так, словно только что вернулся с работы.
Кое-как придя в себя, Ённок запинаясь выдавил:
— Ё-ём Чхонхо-сси? Как вы здесь оказались?
— Сегодня я специально ушел с работы пораньше, — невозмутимо ответил тот.
— Д-да нет же, я о том... Это ведь дом Чхве Хвана, разве нет...?
Голос Ённока, свято верившего словам актера, предательски задрожал. Он выглядел как человек, которого прямо на месте преступления поймали на измене. Глаза в панике бегали.
— Ах вот оно что, — Чхонхо издал тихий смешок, и на его лице появилось выражение человека, который из последних сил сдерживает откровенный хохот. — Что ж. Юридически дом записан на мое имя. Но, если уж на то пошло, можно сказать, что это и дом Чхве Хвана тоже. Неужели он вам до сих пор ничего не рассказал?
«То есть этот гигантский особняк записан на Ём Чхонхо? И я при этом преспокойно жил здесь вместе с Чхве Хваном?!», — в голове Ённока не укладывался этот абсурд.
Он едва сумел взять себя в руки, собираясь потребовать внятных объяснений, как в прихожей хлопнула входная дверь. Глаза Ённока распахнулись еще шире — казалось, больше уже физически некуда. На пороге возник Мун Гону. Доктор переступил порог, источая пронизывающий до костей ледяной холод после долгого рабочего дня, но стоило их взглядам пересечься, как на его лице тут же расцвела теплая улыбка.
— Ённок-а, как ты себя чувствуешь? — мягко спросил он, подходя ближе. — Если бы не этот чертов график исследований, я бы взял отпуск за свой счет и лично следил за твоим восстановлением. Ты уверен, что тебе уже можно было выписываться?
Голова Ённока пошла кругом. Шестеренки в мозгу со скрежетом отказывались складывать этот пазл. Не в силах переварить происходящее, он задал вопрос, который, по-хорошему, должен был прозвучать еще в больничной палате:
— Да кто вы оба вообще такие для меня? Кем мы приходимся друг другу? И... вы что, все живете в одном доме?!
Услышав это, Мун Гону мгновенно помрачнел и нахмурился. Сбросив обувь и пройдя в гостиную, он метнул убийственный взгляд куда-то в угол комнаты и отчеканил:
— Только не говори мне, что тебе до сих пор никто ничего не объяснил? Я твой Истинный, Ённок-а.
— И я тоже являюсь вашим Истинным, Ённок-сси, — невозмутимо вставил Ём Чхонхо.
— Что-о?! Да нет, подождите...
«Но мой Истинный — это Чхве Хван! Как Мун Гону и Ём Чхонхо тоже могут быть моими партнерами?», — Ённоку казалось, что над ним жестоко, изощренно издеваются. Заметив его нарастающую панику и полную дезориентацию, Чхонхо решил наконец расставить все точки над «i»:
— Всё просто. Мы вчетвером разделяем одну и ту же Метку. Не так ли, господин Чхве Хван?
Ённок проследил за тяжелыми, осуждающими взглядами Чхонхо и Гону, повернув голову. Из-за угла, понурив плечи, словно нашкодивший щенок, выглядывал Чхве Хван. С абсолютно виноватым видом он подкрался ближе и робко, почти шепотом, поинтересовался:
Но пребывающий в глубочайшем шоке Ённок пропустил его приветствие мимо ушей.
— То есть... я не изменял вам всем? У меня не было романа на два или три фронта?
— Не было... — покаянно пробормотал Хван.
— Вы что, снимаете шоу со скрытой камерой?! Сразу три Истинных партнера?! Как такое вообще физически возможно?!
Конечно, ни о каких розыгрышах подобного масштаба он отродясь не слышал, но мозг отчаянно цеплялся за любую логику. Заметив его оцепенение, Мун Гону подошел и успокаивающе погладил Ённока по напряженным плечам.
— Ох, Ённок-а... Похоже, для тебя это стало слишком большим потрясением. А я-то думал, раз уж этот прилипала Чхве Хван торчит возле тебя сутками напролет, он тебе уже всё давно объяснил, — ядовито процедил он, бросив ледяной взгляд на актера.
Губы Хвана дернулись — на его лице явно читалось желание огрызнуться в ответ на «прилипалу», но под давлением улик он лишь удрученно опустил свои широкие плечи и жалобно оправдался:
— Прости. Я... я просто был так задерган из-за расписания съемок в последнее время... И мне было настолько хорошо проводить время с тобой наедине, что я, кажется, просто выкинул всё остальное из головы...
«Да как пить дать, ты не „забыл“, а намеренно всё скрыл!», — хотел было выпалить Ённок. Однако сейчас у него просто не было моральных сил отчитывать Хвана. Мозг всё еще искрил, пытаясь переварить ошеломляющий факт: у него не один, а целых три Истинных партнера!
— Давайте для начала поужинаем. А все подробности обсудим в процессе, — вмешался Ём Чхонхо, беря ситуацию под контроль.
Ённок, всё еще находящийся в состоянии глубокой прострации, на деревянных ногах поплелся в столовую. Госпожа Пак уже успела накрыть роскошный стол, уставив его множеством аппетитных блюд.
Пока Чхонхо и Гону разошлись по своим комнатам, чтобы переодеться после работы, Хван нервно топтался рядом, то и дело бросая на парня виноватые взгляды.
— Ённок-а... ты злишься на меня? — осторожно потянул он.
— Кажется, еще нет... но чувствую, что вот-вот начну... — отрешенно пробормотал Ённок.
Услышав это, Хван поник окончательно. Вскоре в столовую вернулись Ём Чхонхо и Мун Гону, сменившие строгие деловые костюмы на удобную домашнюю одежду.
— Как минимум раз в неделю мы в обязательном порядке собираемся вот так все вместе за одним столом, чтобы поужинать, — терпеливо пояснил Чхонхо для ничего не помнящего Ённока.
Это звучало... почти как традиция самой настоящей крепкой семьи. Ённок медленно обвел взглядом сидящих перед ним мужчин. От знаменитого актера Чхве Хвана, до властного гендиректора Ём Чхонхо и гениального ученого Мун Гону. Ни один из них ни в чем не уступал другому. Каждый источал свою уникальную ауру, каждый был по-своему потрясающе красив и успешен.