Обесчести меня, если сможешь | Глава 121
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм t.me/wsllover
Вернувшись в свою комнату после чудовищного потрясения, Блисс какое-то время не мог прийти в себя. Время шло. Мысли в голове ворочались со скрипом, и лишь спустя долгие минуты к нему пришло запоздалое осознание ситуации.
В этот момент Блисс понял: есть лишь один человек, к которому он может сейчас обратиться.
— Лариэн, ну же, возьми трубку! — забормотал он, сжимая телефон дрожащими пальцами.
Гудки шли в пустоту — сестра не отвечала. Но сдаваться Блисс не собирался. С маниакальным упорством он набирал номер снова и снова, заставляя вызов обрываться на автоответчике целых двенадцать раз. И только на тринадцатый его упорство было вознаграждено.
— Да, Блисс. Это я, — раздался в динамике сонный хрипловатый голос.
Стоило ему услышать интонации сестры, как плотина прорвалась. Блисс в голос разрыдался, взахлёб и в мельчайших подробностях вываливая на неё историю того невыносимого унижения, которое ему только что пришлось пережить.
— Как же я зол! Обидно, до смерти оби-и-идно!
Он рухнул лицом в подушки, громко всхлипывая и продолжая свои горестные причитания.
— У-у-у… Лариэн, меня просто трясёт от злости… Я сейчас умру…
На непрекращающиеся жалкие всхлипы брата Лариэн лишь бросала в трубку дежурное: «Да-да, конечно». Она как раз открыла рот, чтобы прямо спросить, когда он уже сбежит из этого проклятого поместья, но тут Блисс заговорил — и тон его внезапно изменился.
— Я отомщу. Отплачу ему той же монетой.
Ещё секунду назад захлёбывающийся слезами Блисс теперь скрипел зубами. Его голос наполнился концентрированным ядом:
— Этот мерзавец уверен, что я от него без ума. Так вот, на этот раз я сам всё ему выскажу. Прямо в лицо! Скажу, что ни за что на свете не полюблю такого, как он!
В порыве чувств он резко подскочил на кровати и театрально выставил вперёд указательный палец — так, словно граф Херингер стоял прямо перед ним. Выпалив эту тираду, Блисс замер в ожидании драматического эффекта, но ответом ему стало лишь собственное жалкое шмыганье раскрасневшегося носа.
— И что ты теперь собираешься делать? — лениво поинтересовалась Лариэн.
Блисс задумчиво промычал в трубку, переваривая вопрос, а затем выдал свой гениальный план:
— Для начала я объявлю голодовку и не буду вставать с постели. Откажусь от еды и воды! Если я разыграю такой тяжелый шок, этот ублюдок точно запаникует.
«Если ты ему совершенно не нравишься, с чего бы ему паниковать? Ему будет просто плевать»,.
Озвучивать свои мысли вслух Лариэн, конечно же, не стала. В данный момент ослеплённый жаждой мести Блисс всё равно не услышал бы голоса разума. Строго говоря, раз граф Херингер уже прямым текстом заявил, что не испытывает к нему никаких чувств, план возмездия Блисса с треском провалился ещё до начала, но…
«Если наш папа когда-нибудь узнает об этом, он просто снесёт графу Херингеру голову».
Эта внезапная мысль показалась Лариэн до одури захватывающей. До этого момента она меланхолично возлежала на кровати, лениво поглаживая грудь миловидной официантки, которую на днях подцепила в кафе. Но теперь сонливость как рукой сняло. Девушка резко села, отбросив одеяло, и с живым интересом произнесла:
— Потрясающая идея. Главное, не забудь при нём выглядеть максимально истощённым и убитым горем.
— Ещё бы! Завтра утром я, так и быть, выйду позавтракать, но вот после этого — из комнаты ни ногой!
— Прекрасно, просто великолепно.
Блисс к этому моменту уже совершенно перестал реветь. Его очаровательные, но не слишком обремененные интеллектом нейроны сейчас работали на пределе, подогреваемые сладким предвкушением мести.
Выдержав паузу, Лариэн добавила:
— Тебе нужно поплакать ещё. Если остановишься прямо сейчас, к завтрашнему утру отёк спадёт, и твоё лицо будет выглядеть слишком нормально.
— Ой, и правда, так не пойдёт! Получай, получай!
В трубке раздались звонкие шлепки — Блисс с энтузиазмом начал набивать себе синяки, со всей силы дубася кулаками по глазам. Услышав это, Лариэн поспешно принялась его останавливать.
— Нет, Блисс, стой! Если набьёшь себе синяк под глазом, он же сразу всё поймёт!
— А-а, и правда, — озадаченно моргнул Блисс.
Услышав совет, он поспешно опустил занесённые кулаки, недовольно надув губы.
— Не занимайся ерундой. Лучше подумай о чём-нибудь по-настоящему грустном, — деловито предложила сестра. — Дай-ка подумать… О, представь, что папа и папочка умерли.
Вместе с испуганным воплем из глаз Блисса градом хлынули настоящие слёзы.
— Вот, так-то лучше, — похвалила Лариэн, безжалостно продолжая нагнетать драму. — А теперь представь их в гробах. Папа и папочка лежат там такие бледные… За ними в траурной процессии идёт Натаниэль. Потом мы, все по очереди. А ты — в самом конце. Потому что ты младшенький.
— У-у-у… У-у-у-у… — жалобно завыл Блисс, громко шмыгая раскрасневшимся носом.
— Гроб папы накрывают американским флагом. Папочку… ну ладно, это же просто фантазия, так что его гроб тоже накроем. И вот их опускают под землю. Медленно-медленно…
— Папа-а-а! Папочка-а-а! — навзрыд закричал Блисс, задыхаясь от собственных рыданий и горячих слёз.
В этот самый момент по ту сторону двери стояла Пенелопа с подносом, уставленным сладостями. Услышав доносящиеся из комнаты душераздирающие вопли, экономка побледнела как полотно.
«О боже, Блисс. Быть настолько убитым горем. Бедный мальчик, как же так!»
Понимая, что сквозь такие истеричные рыдания докричаться будет непросто, она всё же нерешительно постучала.
— Блисс, это я. Я принесла вам немного сладкого… пожалуйста, поешьте. Я оставлю поднос прямо у двери. — Пенелопа сглотнула подступивший к горлу ком. — …Прошу вас, не плачьте так сильно. Если вам что-нибудь понадобится, зовите меня в любую минуту.
Прислонившись ухом к двери, она прислушалась. Ответом послужили лишь глухие, полные отчаяния всхлипы. Экономка тяжело вздохнула и пошла прочь по коридору. В душе закипала обида на собственного хозяина.
«Довести такого хрупкого, маленького ребёнка до подобного состояния. Подумать только, наш граф оказался настолько жестоким человеком!» — сокрушалась она.
С каждым шагом Пенелопа всё тверже убеждалась: сегодня же она выскажет Кассиану всё, что думает об этом возмутительном инциденте.
А тем временем абсурдный спектакль Блисса и Лариэн продолжался.
— Что ж, пока его реакция не так уж плоха.
Блисс деловито зачавкал, отправляя в рот очередную печеньку. Всё шло строго по сценарию. Утром он демонстративно отказался от завтрака, заперся в спальне и, достав из тайника свои стратегические запасы сладостей и напитков, тут же позвонил Лариэн. Сестра, с нетерпением ожидавшая этого звонка, моментально оживилась:
— Правда? Рассказывай всё в мельчайших подробностях.
Она с серьёзным видом вслушивалась в торопливый шёпот брата, выбалтывающего каждую деталь утреннего представления. Протянув задумчивое «хм-м», Лариэн наконец открыла рот:
— А звучит и правда неплохо. Так что планируешь делать завтра?
— Вообще не выйду. Буду сидеть в осаде до тех пор, пока этот ублюдок сам не приползёт ко мне в комнату.
Лариэн была искренне впечатлена. Для Блисса это был на редкость продуманный ход.
«У этого придурка тоже есть мозги, так что он явно не может позволить младшему сыну семьи Миллер просто взять и умереть от голода в его замке. Но есть одна проблема» — рассудила она.
Услышав вопрос, Блисс спешно бросил взгляд на свой тайник, оценивая масштаб запасов.
— Ну-у-у… Если буду сильно экономить, на пару дней должно хватить.
На одних печеньях и конфетах Блисс быстро выдохнется, это Лариэн знала наверняка. Но если он попытается обчистить кухню, его коварный план моментально раскроют. Значит, оставался только один выход…
Услышав коварную идею Лариэн, Блисс в предвкушении навострил уши. И уже спустя пару мгновений он торопливо набирал совершенно другой номер.
— Что, чёрт возьми, всё это значит?
Начальник службы безопасности, чьё лицо раскраснелось то ли от напряжения, то ли от возмущения, перешёл на сдавленный шёпот. Да, он пробрался сюда по прямому приказу Лариэн, но до сих пор не мог взять в толк, что за абсурдный цирк здесь происходит.
Блисс, который секундой ранее с радостным писком бросился ему на шею, теперь испуганно прижал указательный палец к губам, издав громкое предостерегающее шипение:
— Тише вы! А если нас засекут?!
— Нет, вы мне объясните, что за…
Не договорив, начальник охраны тяжело выдохнул, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Благодаря годам службы в спецназе проникнуть в поместье незамеченным не составило для него никакого труда, но логика происходящего упорно ускользала от его понимания.
— Этот граф Херингер вас что, совсем не кормит? Зачем было заставлять меня тащить это?
С этими словами суровый мужчина неохотно выудил из-за пазухи несколько увесистых энергетических батончиков. Питательные, калорийные и вполне сносные на вкус — в армии такие снеки пользовались заслуженной любовью.
— Одной такой штуки хватит на целый день. С этим запасом вы легко продержитесь дней десять.
— Отлично, просто великолепно!
Блисс просиял. Схватив добычу, он торопливо рассовал батончики по карманам штанов.
«Воду можно будет набрать под утро, когда все уснут. А еды теперь более чем достаточно!» — довольно подумал он, мысленно потирая руки.
— Спасибо вам! Огромное, просто нечеловеческое спасибо!
Блисс снова порывисто повис на охраннике, рассыпаясь в горячих благодарностях. И тот, неловко пытаясь отцепить его от себя, хмуро поинтересовался:
— Ладно, с этим разобрались. Вы мне лучше скажите, что с Лариэн? Почему она не отвечает на звонки? Вы передали ей, что я жду?
Услышав явную обиду в его голосе, Блисс ойкнул и поспешно отстранился.
— Э-э… ну да, конечно! Собственно, это ведь Лариэн и велела мне связаться с вами!
Лицо грозного спецназовца на мгновение просветлело, но тут же снова омрачилось подозрительностью. Он недовольно свёл брови к переносице:
— Тогда почему она не связалась со мной лично? Не могла же она забыть мой номер.
Под его пристальным взглядом Блисс засуетился, подбирая слова.
— Конечно, не забыла! Она сказала, что обязательно позвонит, просто сейчас она ужасно занята…
Заставив свои шестеренки крутиться на максимальной скорости, он выпалил:
— Она ведь и мои звонки долго игнорировала! А когда я упомянул вас, она так извинялась! Сказала: «Мне очень жаль, передай ему, чтобы немного подождал, я скоро дам о себе знать!».