Обесчести меня, если сможешь | Глава 39
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
В носу подозрительно защипало, и Блисс непроизвольно шмыгнул. Заметив это, Кои растерялся. Он поспешно вытащил из бардачка салфетку и принялся осторожно промокать лицо ребёнка.
— Ох ты ж… — низко, сдавленно выдохнул Эшли.
На глазах Блисса выступили слёзы, и мальчик начал тихо всхлипывать во сне.
— Что с ним такое? Снится что-то плохое? — взволнованно пробормотал Кои. Он продолжал аккуратно вытирать слёзы с глаз сына, не сводя с него обеспокоенного взгляда. Но Блисс, всё ещё находясь в полудрёме, продолжал плакать.
«Я ведь так сильно тебя любил».
Грудь болезненно сжало. Ему ещё никогда в жизни не было так невыносимо грустно.
«Твои добрые слова, твои нежные руки, твоя улыбка — неужели всё это было ложью?»
Продолжая всхлипывать, Блисс дал себе клятву: «Мерзавец. Я тебя ни за что не прощу. Я обязательно тебе отомщу».
Незаметно для себя Блисс окончательно провалился в глубокий сон. Услышав, как плач прекратился и сменился ровным, безмятежным дыханием, Кои и Эшли с облегчением выдохнули.
Вскоре они сели в частный самолёт и покинули Англию.
Издав тихий стон, Кассиан открыл глаза. С того момента, как Миллеры уехали, прошли ровно сутки. Ощущая непривычную слабость во всём теле, он, слегка пошатываясь, сел на кровати.
Вокруг стояла абсолютная тишина. Видимо, перед тем как уснуть, он велел слугам не беспокоить, пока он сам их не позовёт, и те послушно не заходили в комнату.
Да и этот невыносимый мальчишка тоже исчез.
Кассиан бессознательно обвёл взглядом спальню, но, как и ожидалось, никого не обнаружил. Никто не прятался за шторами, никто не сопел у него на груди. Только убедившись, что в просторной комнате он совершенно один, юноша наконец осознал реальность происходящего.
Мучимый палящей жаждой, Кассиан медленно сполз с кровати и подошёл к чайному столику. Налив воды из графина, он залпом выпил весь стакан. Тёплая вода немного прояснила мысли.
Кассиан тяжело выдохнул и нетвёрдой походкой направился в ванную.
«Что в итоге с Блиссом? Ему стало лучше?»
Ещё до того, как вырубиться, он слышал, что Эшли Миллер покинул страну. Взглянув на дату в телефоне, Кассиан понял: времени прошло достаточно, и сейчас вся эта суета должна была остаться позади.
Добравшись до ванной, он склонился над раковиной и щедро плеснул в лицо холодной водой, смывая остатки лихорадочного оцепенения. Кассиан медленно выдохнул, поднял голову… и замер.
Он стоял, бессмысленно пялясь на своё отражение, когда тишину внезапно разорвал звонок мобильного.
Потребовалось несколько секунд, чтобы заставить себя ответить. Услышав его хриплый голос, герцогиня тут же спросила, где он. Кассиан ответил, всё так же не отрывая взгляда от своего отражения:
— Я у себя в комнате. Что-то случилось?
Что-то в его усталом тоне насторожило герцогиню.
— Это я должна спросить, что с тобой. Тебе нездоровится? Может, вызвать врача?
— Нет, всё в порядке, — Кассиан твёрдо прервал мать. — Просто немного устал. Так что вы хотели? Я как раз собирался в душ.
— А… вот как. — Герцогиня замялась, прежде чем перейти к сути. — За Блиссом приехали мистер Миллер и мистер Найлз. Они его забрали. Должно быть, уже вернулись на родину.
Рука Кассиана, зачесывающая назад влажные волосы, дрогнула. Повисла пауза, после которой он медленно произнёс:
Не обратив внимания на его равнодушный тон, герцогиня продолжила:
— Похоже, это и правда было проявление. Если бы мальчик был в сознании, мы бы смогли нормально с ним попрощаться, но он всё время спал. Мне так неловко, что пришлось отпустить его вот так… Я впервые столкнулась с проявлением, но семья Миллер вся состоит из носителей доминантного генотипа, так что они наверняка знают, что делать. Мы-то в этих делах ничего не смыслим…
Мать явно расстроилась из-за поспешного отъезда Блисса. Кассиан молча слушал её причитания, а когда она сделала паузу, чтобы перевести дух, воспользовался моментом:
— Матушка, давайте поговорим об этом позже. Мне правда нужно в душ.
— А, да. Конечно. Прости, что задержала.
Герцогиня поспешно свернула разговор и повесила трубку. Как только этот односторонний монолог завершился, Кассиан отложил телефон и снова уставился прямо перед собой.
Лицо в зеркале казалось до боли знакомым и одновременно совершенно чужим. Какое-то время он просто разглядывал свои черты, пока в голове тихим шёпотом не пронеслась мысль:
В груди вдруг образовалась странная сосущая пустота. С губ сорвался горький вздох.
«Я ведь хотел быть с ним помягче. Хотел извиниться за то, что наговорил».
Но Блисс уехал. И, возможно, больше никогда не вернётся. Как же странно… Ведь Кассиан именно этого и добивался, так почему сейчас во рту так горчит?
Вдруг почудилось, что кто-то зовёт его по имени, и он рефлекторно обернулся. Но ответом ему стала лишь тишина. Блисса здесь больше не было. Он ушёл, на этот раз насовсем.
Ещё один глубокий вздох. Кассиан стоял посреди комнаты с опустошённым лицом, не в силах сдвинуться с места. Казалось, улыбающееся лицо этого очаровательного ребёнка ещё очень долго не исчезнет из его памяти. Как и тот свежий, дурманящий аромат, что заполнял собой всё пространство вокруг.
Издав тонкий стон, Блисс наморщил лоб. Он сделал короткий вдох и только после этого смог приоткрыть глаза.
Зрение всё ещё было мутным, поэтому ему понадобилось время, чтобы сориентироваться. Блисс свёл брови к переносице и несколько раз быстро моргнул, пытаясь сфокусироваться. Наконец, он смог разглядеть окружившие его до боли знакомые лица.
— Блисс! Блисс, ты очнулся?! — завопил Грейсон.
Тут же встряла Стейси, отпихивая брата:
— А ну сгинь, убери свою страшную рожу! Блисс, ты как? Ой, вы только посмотрите на его глаза. Похоже, он ещё не до конца пришёл в себя.
— У него всегда такие глаза! Блисс! Сколько будет дважды два? Отвечай! — снова заорал Грейсон, отталкивая Стейси.
Но сестра тут же вернула себе отвоёванное место и огрызнулась:
— Ты совсем идиот? Блисс же тупой! Он и в здравом уме такую сложную задачу не решит! Блисс, смотри сюда. Сколько здесь пальцев? А? Сколько?
Грейсон в очередной раз отпихнул сестру, которая маячила тремя пальцами перед самым носом младшего брата.
— Я первый спросил! Блисс, кушать хочешь? Принести тебе что-нибудь? Только дай мне взамен разок понюхать твои феромоны!
— Ах ты ж сукин сын, куда без очереди лезешь?! Я первая!
— Нет, я первый, дура больная!
В итоге эти двое сцепились не на шутку. Правда, кулаками и ногами махала в основном Стейси, а Грейсон лишь сыпал угрозами.
Натаниэль, тяжело вздохнув, растащил младших в разные стороны и смерил их презрительным взглядом.
— Вы когда-нибудь перестанете вести себя как животные? Вам сколько лет вообще?
Но Грейсон, утирая кровь с разбитой губы, яростно выплюнул:
— Да эта тварь специально так делает! Знает же, что я не ударю девчонку! Это вообще нормально?! Нормально, я вас спрашиваю?!
— Ну так ударь! Давай, бей! Чего ждёшь?! — Стейси, словно только этого и дожидаясь, нагло подставила лицо.
На виске Грейсона вздулась вена. Он замахнулся, но на этом всё и закончилось. Его рука, замершая в воздухе, крупно дрожала. В конце концов, он грязно выругался: «Блядь!» — и резко отвернулся. Натаниэль, наблюдая за этой сценой, лишь безнадёжно покачал головой.
Всё это время Чейз, не отходивший от кровати, с тревогой смотрел на Блисса. Наконец он осторожно спросил:
— Блисс, ты в порядке? Сильно болит?
Услышав вопрос четвёртого брата, Блисс похлопал глазами и уставился на него. Голова всё ещё была как в тумане, но физической боли он не чувствовал. Болело совсем не тело, а…
Он медленно поднёс руку к груди. В этот момент Натаниэль решительно наклонился над кроватью, подхватил Блисса под мышки и легко поднял на руки.
— Уа-а! — испуганно пискнул Блисс.
Прижимая к себе вскрикнувшего от неожиданности младшего брата, Натаниэль как ни в чём не бывало произнёс своим обычным бесстрастным тоном:
— Раз проявление закончилось, нужно помыться и поесть. Чейз, позвони отцу. Скажи, что Блисс очнулся. Лариэн, а ты набери мистеру Найлзу.