Оближи меня, если сможешь | Глава 66
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм t.me/wsllover
Вернувшись домой, Ко увидел свет в окнах трейлера — и испуганно втянул воздух.
Внутри кто-то был. И, разумеется, это мог быть только один человек.
Кои стоило огромных усилий подавить желание развернуться и броситься наутек.
«В конце концов, рано или поздно мне придется с этим столкнуться». Все обойдется, если только отец сейчас трезв».
После ухода матери тот пил почти каждый день, а в редкие моменты просветления попросту не разговаривал с сыном. Обычно он молча пялился в пустоту своим потухшим взглядом, уходил из дома, а возвращался уже в стельку пьяным.
В первое время после ухода матери отец избивал сына всякий раз, когда тот попадался ему на глаза. Кои постоянно прятался. Ему частенько приходилось коротать ночи на улице, ежась от холодной росы, в ожидании, пока отец напьется и не отключится. Шли годы. Отец, казалось, немного свыкся со своим положением и начал постепенно игнорировать его существование. Даже напившись, он вел себя так, словно Кои и вовсе не было на свете — при условии, конечно, что тот не отсвечивал. Для самого Кои такой расклад был только на руку. Никому ведь не нравится быть боксерской грушей.
«Когда мне в последний раз доставалось?» — внезапно задумался Кои. Если так подумать, прошло уже немало времени. К этому моменту у отца вполне могли снова зачесаться кулаки. И если он сейчас пьян, то именно так все и обернется.
Он в панике топтался на месте, не в силах ни зайти внутрь, ни убежать.
И тут дверь резко распахнулась. Кои испуганно ахнул, подавившись воздухом, и столкнулся лицом к лицу с вышедшим из трейлера отцом.
— Кои! — первым окликнул его мертвенно-бледный отец и тут же выскочил наружу
Кои вскрикнул, когда грубые руки безжалостно вцепились ему в плечи. Отец рывком притянул его к себе и яростно рявкнул:
— Ах ты дрянной мальчишка! Где тебя носило всю ночь?!
Кои вздрогнул, в шоке распахнув глаза: отец был абсолютно трезв. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как он говорил с сыном вот так — членораздельно и в ясном уме. Вернее сказать, не говорил, а орал.
Но потрясения на этом не закончились. Не выпуская плеч из жесткой хватки, мужчина вдруг принялся его обнюхивать, тычась лицом в воротник. Его черты исказила свирепая гримаса отвращения, и до смерти напуганному Кои оставалось лишь безвольно терпеть это вторжение.
— Блядь, откуда от тебя так несет этой приторной дрянью? Ты насквозь пропах... Это что, феромоны того ублюдка? — зло выплюнул отец, но тут же осекся.
Стиснув зубы, он вдруг осознал нелепость собственного вопроса: сын не различал запахов. Не тратя больше времени на слова, мужчина втащил Кои в дом и силой затолкал в тесную душевую кабинку.
— А ну мойся, живо! Смой с себя все эти тошнотворные феромоны!
Отец резко выкрутил вентиль, и на голову Кои обрушился поток ледяной воды. Дрожа то ли от холода, то ли от пережитого ужаса, он стянул промокшую одежду и внезапно замер — на груди отчетливо проступали жестокие следы укусов. И не только там. Кожа, до этого скрытая тканью, буквально пестрела свежими багровыми отметинами. Охваченный новым приступом паники, Кои судорожно прикрылся скомканной рубашкой и обернулся.
— О-отец, я... я сейчас помоюсь и выйду... Принеси мне чистую одежду, ладно? — сбивчиво пробормотал он, суетливо крутя кран и делая вид, что пытается настроить температуру.
Отец молча развернулся и вскоре швырнул ему старые застиранные вещи, которые Кои обычно донашивал дома.
— Намылься как минимум трижды, — бросил мужчина и, к великому облегчению, наконец закрыл за собой дверь.
Только оставшись один, Кои смог выдохнуть и принялся остервенело оттирать кожу. По сравнению с роскошными ванными в особняке Эшли эта кабинка казалась невыносимо убогой и грязной. Но он изо всех сил гнал от себя эти мысли, смывая чужие следы, как и приказал отец.
Чуть позже они сидели друг напротив друга за крошечным кухонным столиком. Сгорая от неловкости в гнетущей тишине, Кои не знал, куда девать глаза, и просто сверлил взглядом щербатый пол. Отец по-прежнему не проронил ни слова, но его взгляд — обычно мутный от алкоголя — сейчас пугал своей ясностью. Кои до сих пор не мог поверить, что застал его дома в такой час. Как правило, в это время он либо крутил баранку, либо мертвецки напивался в баре. А тут он сидел, дожидаясь сына, — трезвый и зловеще сосредоточенный.
Сердце готово было вырваться из груди от тревоги и напряжения. Эшли говорил, что сам все уладит и свяжется с кем нужно, но реакция школы и реакция родного отца — это, очевидно, совершенно разные вещи. Кои отсутствовал дома то ли три, то ли четыре дня, он уже и сам сбился со счета. Если за все это время отец получил лишь один звонок, да и то от постороннего человека, любой родитель пришел бы в бешенство.
«При условии, конечно, что он все еще считает меня своим сыном».
Как раз в тот момент горькой мысли отец внезапно заговорил:
— Д-да, — поспешно отозвался он.
Отец отрывисто выдохнул и снова погрузился в молчание. Кои никогда прежде не видел его таким. Не имея ни малейшего понятия, чего ожидать дальше, он мог лишь настороженно ждать. Когда мужчина наконец нарушил тишину, его голос прозвучал еще более глухо и подавленно:
— Кои, ты... ты принимаешь какие-нибудь таблетки?
— Таблетки? Какие еще таблетки... Я ничего не пил, — он торопливо замотал головой.
Но отец лишь смерил его тяжелым, подозрительным взглядом и уточнил:
— Да нет же! У меня ведь даже проявления не было, ты и сам прекрасно это знаешь!
В голосе Кои проскользнула невольная обида. Отец какое-то время молча смотрел на него, а затем устало вздохнул. Спрятав лицо в ладонях, он бессильно оперся локтями о столешницу. Кои со смешанными чувствами наблюдал за этой сценой, не понимая, как реагировать.
— Я испугался, что ты... что ты попал под его влияние и тоже проявился.
За этим последовал еще один дрожащий вздох. Только сейчас до Кои начало доходить, что именно вызвало у отца такой ужас: он боялся, что сын мог стать омегой. Сама мысль о том, что отец способен искренне за него переживать, казалась абсолютной фантастикой, но факты говорили сами за себя.
— Все нормально, я ведь все равно... даже запахов не чувствую.
Кои и в голову не приходило, что аромат чужих феромонов насквозь пропитал его собственную кожу. Эшли ведь только-только проявился, у него наверняка не было под рукой никаких блокаторов, да и контролировать свой запах он еще явно не научился. Это было совершенно естественно.
Пока Кои размышлял об этом, отец хрипло произнес:
— Будь он обычным альфой или омегой, я бы не считал ситуацию настолько опасной. Но этот парень... он проявился как доминантный альфа.
— Что? — изумленно переспросил Кои.
Отец, казалось, поразился не меньше.
— Ты не знал? Вообще ничего не понял?
Доминантный альфа... Кои и представить себе такого не мог. Он-то думал, что Эшли — самый обычный альфа или омега.
«Хотя, быть альфой или омегой — это в любом случае не значит быть "обычным"», — мысленно одернул он себя. В царящем в голове хаосе Кои с трудом сформулировал вопрос:
— Это правда? Откуда ты знаешь?
— Та женщина сказала. Секретарша его отца, — процедил мужчина сквозь зубы. — Заявила, что их ненаглядный сыночек проявился как доминантный альфа, а ты все это время торчал рядом с ним, и из-за этого едва не произошла настоящая катастрофа.
— Ох... — только и смог выдохнуть Кои.
По сравнению с обычными альфами и омегами, доминантные встречались настолько редко, что большинство людей за всю жизнь так ни разу с ними и не пересекались. В школьной программе им почти не уделяли внимания, да и сам Кои был свято уверен, что в его орбите такие люди никогда не появятся. Среди доминантных альф было много знаменитостей, их лица постоянно мелькали в новостях и журналах, но какова вероятность столкнуться с таким человеком в реальной, повседневной жизни?
Однако это произошло. Более того, он был рядом в самый момент проявления.
— Выброс феромонов, должно быть, был просто чудовищным, — отец снова вздохнул, но на этот раз с облегчением. — То, что ты не попал под влияние — самое настоящее чудо. Слава богу, какое счастье...
Услышав нетипично спокойный тон, Кои только-только начал расслабляться. И вдруг поведение отца снова резко изменилось.
— Больше ты с этим парнем не встретишься.
— Что? — непроизвольно сорвалось с губ Кои.
Отец мгновенно рассвирепел и повысил голос:
— Ты хоть представляешь, насколько тяжело живется альфам и омегам?! У них постоянно случаются эти чертовы периоды гона и течки! Омеги, ко всему прочему, еще и залетают! Представь только: появится ребенок, а ты даже не знаешь, чьё это! Боже правый! А альфы под воздействием гона только и делают, что насилуют всех подряд! Ты думаешь, что сможешь с этим справиться?!
Слова отца были насквозь пропитаны отвращением. Глядя на побледневшее лицо сына, тот и вовсе перешел на крик:
— Если продолжишь таскаться с этим ублюдком, ты рано или поздно тоже проявишься или мутируешь! А когда это случится — плакать будет поздно! Разорви с ним все связи прямо сейчас, ты меня понял?! Запомни мои слова! Иначе пожалеешь!
Бросив последнее предупреждение, отец тяжело выдохнул и вышел из трейлера.
Кои так и остался сидеть, тупо уставившись в сторону закрытой двери. Но затем опомнился и торопливо вскочил на ноги. Нужно было спрятать одежду, которую купил ему Эшли. Если отец узнает, стопроцентно разразится новый скандал.
Он поспешно вытащил из-под кровати коробку и принялся прятать обновки среди других подаренных вещей, когда внезапно раздался звук уведомления. Взглянув на экран телефона, Кои невольно смягчился в лице. Это был Эшли.
[Я только добрался до дома. Сладких снов. Увидимся завтра.]
Кои быстро набрал ответ: [Угу, до завтра], и замер в ожидании. Только когда значок «не прочитано» исчез, на его губах расцвела робкая улыбка.
«Ты хоть представляешь, каково это — быть альфой или омегой?!» — внезапно всплыли в памяти жестокие слова отца.
Кои опустился на пол и пустым взглядом уставился в пространство.
«А что, если бы... если бы тогда я тоже проявился? Как бы все обернулось?»