Поцелуй меня, лжец (Новелла) | Экстра «Мой первый сердечный трепет» (3 часть)
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм https://t.me/wsllover
Когда совещание закончилось Кит лично пришёл забрать его. И застал неожиданную картину: его муж, засучив рукава, с энтузиазмом выдирал зажеванную бумагу из офисного копира.
— М-мы говорили, что сами всё сделаем! Но он настоял, что хочет помочь, честное слово! — в панике лепетал сотрудник, увидев босса.
Из-за спины перепуганного работника раздался спокойный голос Ёну:
— Всё верно. Мне было скучно просто так сидеть, вот я и спросил, не нужно ли чего сделать.
Пока в воздухе висела тяжелая пауза, Ёну невозмутимо захлопнул крышку копира, вытянул из коробки влажную салфетку и принялся оттирать руки, испачканные черным порошком тонера.
— Ты закончил? — спросил Ёну, подходя к Киту.
Вместо ответа Кит молча шагнул к нему, намереваясь привычным жестом подхватить на руки. Ёну, предугадав это движение, едва успел уклониться и поспешно проговорил:
— Я могу идти сам, Кит. Честно.
Для убедительности он даже слегка вскинул руку, демонстрируя свою бодрость, но в ответ получил лишь холодный насмешливый взгляд. На этот раз Кит действовал быстрее — он просто перехватил Ёну и легко оторвал его от пола, прижимая к себе.
— Поедем в отель. Спенс наверняка уже заждался.
Ёну понял, что сопротивляться бесполезно. Если он начнёт упрямиться и требовать поставить его на пол, это лишь привлечет лишнее внимание и увеличит масштаб сцены. Он смирился и послушно затих в чужих руках.
Кит направился к выходу. Эмма последовала за боссом и перед тем как выйти, бросила многозначительный взгляд на заместителя руководителя команды. Тот едва заметно кивнул и, взяв со стола шариковую ручку, несколько раз ударил ею по керамической кружке.
Тупой, но резкий звук заставил всех вздрогнуть. Сотрудники, которые только начали выдыхать и расслабляться, мгновенно повернули головы в его сторону.
— Минуту внимания, — заместитель прочистил горло и обвел кабинет взглядом. — Я уверен, что среди вас есть те, кто сфотографировал мистера Питтмана и его партнёра. Проверять телефоны каждого я не стану — это невозможно, так что оставляю это на вашей совести. Если вы будете любоваться этим в одиночку или покажете близкому другу — с этим я ничего поделать не могу.
Он сделал паузу, и его голос стал жестче:
— Однако, если эти снимки утекут в прессу или в сеть, мы немедленно выясним источник и примем меры. По углу съемки на фото можно элементарно вычислить, с какого места оно было сделано. Это не займет много времени. Мы работаем в одной команде, и мне бы очень не хотелось, чтобы произошли неприятные инциденты.
Заместитель улыбнулся, но улыбка эта не коснулась глаз.
— Мы получаем весьма солидную зарплату, да и соцпакет у компании отличный. Было бы крайне обидно потерять всё это, получить иск и вылететь с работы, верно?
«К тому же наша руководитель группы чертовски хороша собой», — мысленно добавил он, с удовольствием оглядывая притихших подчиненных.
— Верю, что мы друг друга поняли. На этом всё. Всем спасибо за работу.
Как только дверь гостиничного номера закрылась за их спинами, Ёну тут же соскользнул с рук Кита. Альфа не стал его удерживать. Он снял пиджак, бросил его на кресло и, расстегивая манжеты, спросил:
— Как прошел день? Не умирал от скуки?
В голосе Кита слышалось беспокойство — его явно грызла совесть за то, что он оставил Ёну одного на время совещания.
— Весело? — Кит невольно нахмурился.
Перед его внутренним взором всплыла картина — Ёну, возящийся с заевшим офисным ксероксом.
Заметив это выражение лица, Ёну поспешил объяснить:
— Просто я так давно не выходил на работу… Все вокруг такие занятые, бегают, что-то делают, а я просто сижу без дела. Вот и решил немного помочь... Ты ведь не сердишься?
Ёну пытливо заглянул ему в глаза. Он боялся не за себя, а за сотрудников — вдруг Кит решит, что они перегрузили его партнера работой, и устроит им разнос?
— Конечно нет, — выдохнул Кит. — Если тебе самому этого хотелось.
— Я сам захотел, правда, — с нажимом произнес Ёну, а затем, смягчившись, добавил тише: — Они говорили, что справятся сами, но у меня уже просто всё зудело от безделья… Конечно, я не в курсе текущих проектов, так что занимался только всякой мелочью. Проверял почтовые адреса, смотрел, чтобы все документы были подшиты в правильном порядке…
По мере того как он перечислял эти скучные, рутинные обязанности, его глаза загорались живым блеском, а на щеках проступал легкий здоровый румянец возбуждения.
— Было интересно. Впервые за долгое время.
Кит молча смотрел на него сверху вниз, и этот взгляд было невозможно прочитать.
После рождения Спенсера здоровье Ёну сильно пошатнулось. Он долго был прикован к постели, а когда наконец встал на ноги, всё его время уходило на воспитание ребёнка и восстановление сил. О работе пришлось забыть. Но как только к нему пришла хоть какая-то энергия, желание вернуться в строй вспыхнуло с новой силой.
Кит тогда с готовностью предложил помощь. Однако, когда дошло до дела, Ёну сам отступил. Его организм был ещё слишком слаб для полноценного трудоустройства в чужую компанию. Он подумывал открыть собственное небольшое дело, используя свой богатый опыт секретаря, но, изучив вопрос, понял, что это неподъёмная ноша.
Управление персоналом, командировки, пиар, планирование, финансы — всё требовало глубоких знаний и надежных людей, найти которых оказалось непросто. Время шло, проект буксовал, и вместе с этим таяла уверенность Ёну в себе. Даже с поддержкой Кита и его связями сама мысль о том, чтобы единолично управлять компанией, вызывала у него панический страх. К тому же тело всё ещё иногда подводило. В итоге он сдался.
«Но, может быть… просто ходить на работу будет нормально?» — робкая надежда затеплилась в груди.
Быть владельцем бизнеса и наемным сотрудником — это совершенно разные вещи. По правде говоря, роль «правой руки», помощника, который поддерживает руководителя, подходила его характеру куда больше, чем роль лидера. Но кто возьмет на работу человека с таким перерывом в стаже?
— Знаешь, Кит… — начал осторожно Ёну, тщательно подбирая слова. — Если ты не против… можно мне пойти с тобой и завтра? ……Я хочу помочь с офисной работой.
Ёну твердо кивнул, хотя пальцы едва заметно подрагивали.
— Найти сейчас полноценное место мне будет трудно, да и… я не уверен, что выдержу нагрузку. Поэтому, пожалуйста, позволь мне поработать в твоём офисе всего несколько дней. Или даже один день.
Ему нужно было подтверждение. Доказательство самому себе, что он всё ещё на что-то годен. Ёну поднял на Кита взгляд, полный мольбы.
Кит не ответил сразу. Он задумчиво потер подбородок рукой, погрузившись в свои мысли. Это молчание затягивалось, и сердце Ёну упало. Реакция альфы не выглядела положительной.
«Он сейчас откажет? Скажет, что это мне не по силам? Что я уже не тот, что раньше, и возврата нет?»
Пока Ёну накручивал себя, перебирая в голове самые мрачные сценарии, Кит тяжело вздохнул.
Услышав этот вздох, Ёну внутренне сжался: «Ну вот, точно отказ».
— ……В таком случае, ты будешь сидеть только в приемной секретарей?
— А? Э-э… ну, если ты так скажешь.
Ёну растерянно кивнул. Кит нахмурился, его лицо стало предельно серьезным, он шагнул ближе.
Ёну вздрогнул от вопроса. Только сейчас он осознал, что его мышцы напряжены до предела, а руки действительно мелко трясутся.
— Кажется, я перенервничал… Боялся, что ты скажешь «нет», — честно признался он, выпуская накопившееся напряжение.
Кит всё так же хмуро, с искренним непониманием переспросил:
— Ну просто… — Ёну попытался собрать в кулак остатки рассыпавшейся самооценки и пробормотал: — Я же так давно уволился, навыки уже не те, поэтому…
— Ты был лучшим секретарем, — Кит резко прервал его тихий, затухающий голос.
Ёну от неожиданности округлил глаза. Увидев это, Кит разгладил хмурую складку меж бровей и, словно призывая отбросить сомнения и довериться ему, едва заметно улыбнулся.
— Не забывай, чтобы нанять тебя снова, я лично пришел к тебе и буквально умолял вернуться.
— Что-то я не припомню, чтобы ты умолял, — только теперь на губах Ёну появилась улыбка. — Ты тогда пренебрежительно назвал мой драгоценный дом тесной каморкой. Каким же высокомерным ты был.
— Но ты всё равно меня любишь, верно?
С этими словами Кит накрыл губы Ёну легким поцелуем. Возразить было нечего — это была чистая правда. Вместо ответа Ёну усмехнулся и игриво, совсем не больно прикусил нижнюю губу альфы.
Кит рывком притянул его к себе за талию и, глядя сверху вниз, произнес:
— Если будешь сидеть только в приемной секретарей — ладно. Так и быть.
Кит дурашливо потерся своим носом о нос Ёну, но мысли его текли совсем в другом направлении.
«Так, пожалуй, будет даже лучше».
Стоило Ёну прикрыть глаза, как Кит углубил поцелуй, властно вторгаясь языком. Руки Ёну сами собой обвили чужую шею, а тот сжал его в объятиях с такой силой, словно хотел вплавить в себя. Тела соприкасались настолько плотно, что скрывать взаимное влечение стало бессмысленно. Уловив, как дыхание Ёну сбилось и охрипло, Кит довольно усмехнулся в самые губы.
«Да, этот вариант куда лучше», — пронеслось в мыслях. Он оторвался от рта Ёну, чтобы зарыться лицом в изгиб шеи и жадно втянуть нежную кожу.
Кит прекрасно понимал, что сегодня Ёну чувствовал себя в кабинете крайне скованно. Но разве можно было сдержаться и не коснуться желанного тела, когда оно находилось на расстоянии вытянутой руки? К тому же их воздержание затянулось уже на три дня.
Хватка стала еще жестче. На мгновение Ёну показалось, что сейчас затрещат ребра, но это граничащее с болью давление вызвало не страх, а лишь новый всплеск возбуждения. Чужая твердость, упирающаяся в низ живота, распаляла еще сильнее. Не только Кит терпел все эти дни — Ёну тоже изнывал от голода, и не было ни единого шанса, что он отступит.
«Немного можно…» — уговаривал себя Кит, теряя контроль. — «Просто чуть-чуть потрогаю, ничего страшного не случится».
Кит сделал глубокий вдох, и легкие наполнились прохладным, сводящим с ума ароматом феромонов Ёну. Запах, от которого у него сносило крышу.
— Ёну… — голос Кита был пропитан горячим желанием.
Чтобы встретить новый поцелуй, Ёну запрокинул голову и закрыл глаза. Ноги подкашивались, колени дрожали, но это не имело значения — сильные руки Кита держали его надежно, не давая упасть.
— Кит, — Ёну беззвучно, одними губами повторил его имя, готовясь полностью отдаться моменту.
Внезапная монотонная трель телефонного звонка прорезала тишину, заставив их обоих вздрогнуть и замереть.
Тяжело дыша, с пылающими от возбуждения лицами, они смотрели друг на друга. Звонок на секунду прервался, но тут же настойчиво зазвучал снова.
Стоило Ёну неохотно пробормотать имя, призывая остановиться, как Кит сдавленно выругался. Вынужденный подчиниться обстоятельствам, он, скрепя сердце, выпустил Ёну из объятий и тяжёлым раздражённым шагом направился к двери.
Едва увидев ребёнка, с криком вбежавшего в комнату, Кит мгновенно преобразился. Свирепое выражение лица исчезло без следа, уступив место нежности.
Кит наклонился и легко подхватил сына на руки. Глядя на эту идиллическую картину и внезапно потеплевшее лицо хозяина, Чарльз невозмутимо пояснил:
— Время ужина уже подошло, а вы сегодня весь день не виделись со Спенсером. Поэтому мы здесь.
— Прости меня, Спенс, — извинился Кит, но мальчик лишь беспечно похлопал его по плечу своей маленькой ладошкой.
— Всё в порядке, папа. Я съел три пудинга.
Поначалу Кит не понял, к чему это было сказано, но смысл дошёл до него быстро. Обычно Спенсеру разрешалось не больше двух пудингов в день. Видимо, сегодня он слопал три, и теперь, будучи в прекрасном расположении духа от переизбытка сладостей, великодушно прощал отцу его отсутствие.
— Понятно, — Кит снисходительно улыбнулся.
Должно быть, ребенку было скучно сидеть весь день взаперти с Чарльзом, так что такая маленькая радость была вполне заслуженной. Мелькнула мысль, что он слишком балует сына и позволяет лишнее, но Кит решил закрыть на это глаза.
— Ну что, Спенс, пойдем умоемся и поужинаем вместе с папой?
Спенсер завертел головой, озираясь по сторонам. Едва заметив стоящего поодаль Ёну, мальчик просиял и нетерпеливо заерзал в крепких руках Кита.
Ёну до боли в груди хотел броситься к сыну, прижать к себе, но простуда никуда не делась. Рисковать здоровьем ребенка он не имел права. Скрепя сердце, Ёну остался на месте и лишь помахал рукой, сохраняя безопасную дистанцию.
— Спенс, папочка ещё не выздоровел, так что тебе нельзя подходить близко, — с виноватой улыбкой произнес он.
— Не выздоровел? — переспросил Спенсер, и его голос мгновенно упал.
Вид у мальчика стал таким несчастным и поникшим, что Ёну едва не сорвался с места, чтобы утешить его.
«А если я его заражу? Нельзя» — мысленно одернул он себя, с трудом подавляя порыв.
— Потерпи ещё чуть-чуть, Спенс. Завтра я уже буду здоров. Выспись хорошенько, а завтра мы с тобой поиграем, договорились?
Услышав ласковое обещание, ребенок на секунду задумался, взвешивая выгоды, а затем тихонько кивнул:
Кит развернулся и понес сына из комнаты. Даже удаляясь по коридору, мальчик продолжал что-то выкрикивать, свесившись через широкое плечо отца. Ёну махал в ответ до тех пор, пока дверь не закрылась, отрезая их друг от друга.
Сцена прощания была короткой, но она вытянула из него последние силы.
На Ёну внезапно навалилась усталость. Он кое-как умылся, переоделся в пижаму и без сил рухнул на кровать.
«Столько всего случилось за один день…»
Веки отяжелели. Засыпая, Ёну продолжал размышлять:
«Как всё пройдет, если я снова начну работать? Компания Кита огромная, и от этого немного страшно… но ведь даже там наверняка найдутся люди, которые занимаются простыми, обычными делами, правда?..»
Когда Кит вернулся в спальню, Ёну уже крепко спал. Он проверил температуру мужа — жар спал не до конца, легкая лихорадка всё ещё сохранялась. Раздевшись, он, как и всегда, притянул Ёну к себе, согревая своим теплом. И вскоре тоже уснул.