Поцелуй меня, лжец (Новелла) | Экстра «Мой первый сердечный трепет» (4 часть)
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм https://t.me/wsllover
Эмма встретила его так же радостно, как и накануне. Ёну ответил ей лучезарной улыбкой и пожал протянутую руку, хотя и чувствовал себя немного неловко из-за своего особого статуса.
— Я с вами всего на один день, но, пожалуйста, позаботьтесь обо мне, Эмма.
— Ну что вы! Это просто замечательно, что вы решили нам помочь, — расплылась в улыбке секретарь.
Она проводила его к рабочему месту, а затем, привычно подхватив папку с документами, поспешила вслед за Китом.
Проснувшись утром, Ёну отчетливо помнил всё, что произошло вчера, но поверить в реальность происходящего было по-прежнему трудно. За ночь Кит мог передумать, да и от форс-мажоров никто не застрахован — мало ли что могло случиться.
Однако Кит остался верен своему слову, и никаких катастроф не произошло. Они с комфортом доехали до офиса на машине, и теперь, благодаря содействию Эммы, Ёну официально приступил к обязанностям временного сотрудника.
«Сколько же времени прошло...»
Даже переодевшись в строгий костюм и переступив порог офиса, он всё ещё не мог до конца поверить в происходящее. Оставлять Спенсера утром было настоящей мукой, но Ёну утешал себя мыслью, что через это каждое утро проходят все родители в мире.
Сердце снова предательски защемило.
«Если я выйду на работу постоянно, Спенсеру придется оставаться одному...»
Пока он боролся с чувством вины, кто-то внезапно окликнул его:
— Доброе утро! Как ваше самочувствие?
Обернувшись на жизнерадостный голос, Ёну увидел направлявшегося к нему заместителя руководителя. Этот человек улыбался так ясно и открыто, что перед ним пали бы любые бастионы, даже будь у собеседника самые враждебные намерения. Ёну тоже не смог устоять перед этой искренностью и тепло поприветствовал его:
— Доброе утро, мне уже гораздо лучше. Спасибо.
Пожав коллеге руку, Ёну с энтузиазмом, граничащим с легким возбуждением, огляделся и спросил:
— Ну что ж, с чего мне начать?
— Хм, для начала вот ваше место. Прошу за мной.
Следуя за ним, Ёну ощутил легкий укол волнения. В конце концов, это не головной офис, а всего лишь командировка. Как только дела Кита здесь закончатся, они уедут. Да и работать на постоянной основе в компании Кита было бы… проблематично.
«Я просто хочу вспомнить атмосферу», — успокоил он себя.
Отбросив лишние мысли, Ёну стремительно влился в деловой ритм. Он не сидел сложа руки в ожидании поручений, а сам подходил к сотрудникам и спрашивал, чем может быть полезен. Он с готовностью брался за всё подряд. Конечно, не зная специфики этого филиала и текущей ситуации, он не мог выполнять сложные задачи, но охотно принимал любую посильную рутину.
Прошло всего несколько часов, а к нему уже начало возвращаться забытое профессиональное чутьё. Он не просто понимал ход дел, но и начинал предугадывать следующие шаги. Успешно ответив на телефонный звонок и перенаправив его нужному специалисту, Ёну почувствовал прилив уверенности.
«Месяц практики — и я смогу работать так же безупречно, как раньше», — подумал он, вешая трубку с чувством глубокого удовлетворения.
Грудь переполняла надежда. Неважно, пусть компания будет маленькой — он просто хотел работать.
Он, как раз скармливавший шредеру стопку ненужных бумаг, обернулся на звук своего имени. В дверях стоял Кит и внимательно наблюдал за ним.
Оказалось, что утро уже пролетело безвозвратно. Только взглянув на часы, Ёну понял, почему Кит пришёл за ним, и поспешно направился к выходу.
В этот раз, не дожидаясь, пока Кит привычно подхватит его на руки, Ёну сам подошёл к нему вплотную, прижался всем телом и с заговорщическим видом прошептал:
— Я только что ответил на звонок.
— Звонок? — переспросил Кит, словно не понимая, о чём речь.
На щеках Ёну проступил легкий румянец, а голос стал ещё тише и взволнованнее:
— Сам знаешь, отвечать на звонки сложнее всего. Нужно ведь быть в курсе всех дел, знать нюансы… Но я взял трубку и со всем разобрался, представляешь?
Лицо Ёну сияло такой неподдельной гордостью и удовлетворением от этого маленького подвига, что Кит на мгновение замер.
Его взгляд хищно метнулся по сторонам. Он едва сдержал порыв рявкнуть приказ, чтобы все немедленно убирались вон из офиса. Единственное, что его остановило — отсутствие поблизости подходящего, достаточно прочного стола, на который можно было бы опрокинуть Ёну. Тащить его в туалет и брать там было бы слишком грубо и неудобно.
Кит с трудом проглотил готовый сорваться с губ тяжёлый вздох, полный неудовлетворенной страсти. Не тратя больше времени на раздумья, он просто подхватил Ёну на руки.
— А!.. — только и успел вскрикнуть Ёну, осознав свою оплошность, но было уже поздно.
Оставалось лишь смириться и позволить отнести себя на обед в таком положении.
«Если мы сейчас вернемся в отель, Ёну расстроится», — мрачно подумал Кит.
Он призвал на помощь все остатки своего самообладания, пытаясь унять пожар внизу живота. Ёну же, совершенно не подозревая о той буре, что бушевала внутри его альфы, продолжал без умолку щебетать:
— Звонили из агентства «C». Спрашивали насчет актера, которого мы отправляли на прослушивание. И представляешь, я как раз перед этим просматривал папку с результатами кастинга! Так что я сразу смог им ответить, что…
Кит честно пытался слушать, заставлял себя кивать в нужных местах, но это была пытка. Обед длился больше часа, но даже когда они выходили из ресторана, в голове Кита не отложилось ни слова о делах. Всё, что он видел и слышал — это сияющее лицо Ёну, его смех и движение губ.
Всё, о чём он мог думать — это навязчивая, грязная фантазия о том, как он толкает Ёну на этот самый ресторанный стол и грубо берет его прямо там, среди приборов и бокалов.
— Ну как вы, Ёну? Справляетесь?
Эмма, которая всё утро носилась туда-сюда, выполняя срочные поручения Кита, тепло улыбнулась, увидев вернувшегося в офис Ёну.
В приёмной кипела работа, все сотрудники были на своих местах. Ёну почувствовал вину за то, что его обед так затянулся.
— Да… Простите, Эмма. Обед занял больше времени, чем планировалось…
— О боже, бросьте. Вам не за что извиняться, — Эмма рассмеялась и покачала головой. — Вы ведь не штатный сотрудник, а просто пришли помочь по доброй воле.
Она смотрела на него так же, как и в те времена, когда они работали бок о бок. От её спокойной дружелюбной улыбки остатки напряжения окончательно улетучились.
— Спасибо, Эмма. Я всегда перед вами в долгу. Правда.
Он говорил искренне, от всего сердца, чем немало удивил секретаря.
— Ну что вы такое говорите! Я просто делаю свою работу.
Ёну хотел добавить что-то ещё, но их разговор внезапно прервал заместитель руководителя.
— Эмма, мне нужно кое-что уточнить по… — он запнулся, словно только сейчас заметив третьего лишнего. — О, Ёну. Привет.
Бросив короткое приветствие, он тут же снова повернулся к Эмме, словно магнитом притянутый обратно. Он протянул ей какие-то документы и начал что-то объяснять. Эмма слушала его с серьезным выражением лица.
Ёну некоторое время просто наблюдал за ними со стороны.
Осознание того, что в этой сцене что-то не так, пришло почти мгновенно. Эмма вела себя как обычно — вежливо и сдержанно. А вот поведение заместителя явно выбивалось из рамок делового этикета.
«Зачем наклоняться так близко?» — вдруг подумал он.
Стоило только задаться этим вопросом, как детали пазла начали складываться в одну картину. Ёну заметил легкий, едва различимый румянец на щеках мужчины, услышал, как неестественно высоко и взволнованно звучит его голос. А его пальцы… Они двигались слишком активно, суетливо, словно он пытался впечатлить собеседницу своей жестикуляцией или просто не знал, куда деть руки от волнения.
Внезапная догадка пронзила Ёну. Мысль показалась абсурдной, но все же...
«А что, если заместитель действительно влюблен в Эмму?»
— Спасибо, Эмма. Так вот, значит, в чем было дело, — мягкий голос заместителя разлился по комнате.
Эмма же ответила с прохладным безразличием, даже не поднимая глаз от бумаг:
— Раз все понятно, возвращайтесь на рабочее место. Нам с Ёну еще нужно кое-что обсудить.
Заместитель странно смазал окончание фразы и медленно развернулся. Прежде чем уйти, он, казалось, метнул на Ёну быстрый нечитаемый взгляд — или, возможно, Ёну это просто показалось в свете его новой теории.
Ёну задумчиво склонил голову набок, провожая мужчину взглядом. Эмма, заметив его состояние, окликнула:
— А? Ох, простите, — он поспешно извинился, выныривая из своих мыслей, и осторожно спросил: — М-м, я тут хотел узнать... А что за человек этот заместитель?
Эмма бросила короткий взгляд в сторону стола, куда направился мужчина, и снова посмотрела на Ёну.
— Ничего особенного, самый обычный. Поначалу он совершенно не справлялся с работой, но после моего обучения дело пошло на лад. Ха... — она тяжело выдохнула, словно сбрасывая груз прошлых лет. — В то время я всерьез раздумывала, не поговорить ли мне с мистером Питтманом о его увольнении.
Этот тяжелый вздох всколыхнул в памяти Ёну одно смутное воспоминание.
— Постойте, это случайно не тот самый... ну, вы рассказывали о новичке, который постоянно ошибался и доставлял вам головную боль?..
— О, точно! Вы помните, Ёну, — лицо Эммы на мгновение просияло, но тут же омрачилось, и она перешла на шепот. — Как вспомню то время, до сих пор мурашки по коже. Самое странное, что он не был безнадежен. Поручения других он выполнял идеально, но стоило мне открыть рот и о чем-то попросить — он тут же все портил. Я тогда зубами скрипела от злости, думая, что этот парень специально пытается меня подставить или выставить дурой.
В таких случаях обычно есть несколько причин. Либо человек действительно некомпетентен — но этот вариант отпадает, ведь других он слушал. Либо ему не нравится начальник — но специально злить того, кто может устроить тебе веселую жизнь, стал бы только сумасшедший. Заместитель же выглядел вполне нормальным, даже заурядным человеком.
Значит, оставалось только одно.
«Если исключить невозможное...»
— ...Эмма, заранее извиняюсь, если этот вопрос покажется вам неприятным, — начал Ёну, тщательно подбирая слова.
Эмма одарила его ослепительной, но слегка настороженной улыбкой.
— Если вы хотите сказать, что заместитель в меня влюблен, то лучше не стоит, Ёну.
Ёну прикусил язык. Он хотел было возразить: «Но ведь все сходится», однако тон Эммы стал категоричным, отрезая любые дискуссии.
— Этого не может быть. Никогда. Мне даже представлять такое неприятно, так что давайте закроем тему.
Ёну виновато опустил плечи. Помолчав секунду, он решил зайти с другой стороны:
— А многие вам об этом говорили?
— Да эта тема уже успела обойти весь секретариат! — фыркнула она. — Сотрудники как сговорились, подходили ко мне по очереди с одной и той же песней.
Внезапно в ее глазах мелькнула лукавая искра.
— Кстати говоря, Ёну, вы ведь и раньше об этом упоминали, верно?
Вспомнив рассказы Эммы о неуклюжем новичке, Ёну мысленно с ней согласился. Однако он никак не мог взять в толк другое — почему она так упорно отрицает очевидное, когда все вокруг в один голос твердят: «Заместитель в вас влюблен!»?
— И все же, если столько людей говорят об этом, может, в этом есть доля правды? — мягко настоял он. — Или у вас есть какая-то причина, по которой вы не хотите это признавать?
— Разумеется, — без тени сомнения отрезала Эмма. — Этот мужчина совершенно не в моем вкусе.
Услышав столь категоричный ответ, Ёну снова перевел взгляд на заместителя. Тот как раз поднялся с места, отвечая на телефонный звонок. Высокий, с широкими плечами и развитой мускулатурой — сразу видно, что он не вылезает из спортзала. Да и лицо у него было довольно приятным.
«А ведь говорили, что он альфа».
В офисе запаха феромонов не чувствовалось — видимо, он подавлял их из уважения к коллегам. Но будь Эмма омегой, как бы все сложилось? Стал бы он использовать свой запах, чтобы соблазнить ее?
— А ведь он из тех, кто обычно пользуется популярностью, — машинально пробормотал Ёну.
Эмма отозвалась мгновенно, и голос ее прозвучал холоднее, чем когда-либо:
— Такие горы мышц — совсем не мое. Мне нравятся, как бы это сказать... более утонченные, с тонкими чертами лица...
Она осеклась на полуслове. Ёну замер, глядя на нее в ожидании продолжения, но Эмма молчала. Она лишь пристально, словно изучая, смотрела на самого Ёну. Вернее, на его мягкие черты лица. А затем тяжело вздохнула.
— Впрочем, какой смысл об этом говорить.
Она пожала плечами с ноткой обреченности.
— Когда-нибудь и я встречу своего человека. А если нет — так тому и быть.
— Верно, — поддержал ее Ёну, и его голос потеплел. — Главное, чтобы вы были счастливы, Эмма, а остальное неважно.
Лицо Эммы наконец смягчилось, и она кивнула:
— Надеюсь, когда появится тот самый человек, я стану такой же счастливой, как вы, Ёну.