Обесчести меня, если сможешь | Глава 66
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм t.me/wsllover
— Я-я?! — в панике выкрикнул Блисс с вмиг побелевшим лицом.
Пенелопа же, ничуть не смутившись, вновь степенно кивнула: «Да, именно вы».
«Боже мой, я, должно быть, сошёл с ума! Как я мог сотворить такое со своим заклятым врагом!» — в ужасе подумал он. Сердце Блисса пропустило удар от осознания собственной дерзости, но внимание Пенелопы было приковано к совершенно иному аспекту.
— И что самое поразительное, наш капризный и чувствительный граф, представьте себе, спал так крепко, будто провалился в небытие. Вы даже не представляете, какое это чудо!
Блисс, несмотря на охвативший его ужас, озадаченно склонил голову набок. Ему всегда казалось, что сон — штука простая. Если человек спит, то он не должен замечать ни шагов рядом, ни посторонних звуков. Логика Пенелопы никак не укладывалась в его голове, но, судя по тому, как лучилось восторгом её лицо, произошло нечто поистине из ряда вон выходящее.
«Наверное, у людей с бессонницей всё иначе» — рассудил он.
Блисс, для которого само понятие «не могу уснуть» было сродни высшей математике — недосягаемо и непонятно — решил просто принять это как факт. В конце концов, сейчас его волновало другое. Он не привык подолгу копаться в причинах и следствиях, а потому быстро вернулся к насущным делам.
— Значит, если подвести итог... наш план продвигается успешно?
В ответ на его вопрос Пенелопа снова энергично закивала. Но на этом её откровения не закончились.
— Не просто успешно. Всё идёт даже лучше, чем мы могли мечтать! Ох, Блисс!
Прежде чем продолжить, она прижала ладони к груди и сделала глубокий вдох, пытаясь унять клокочущее в горле волнение. Блисс невольно напрягся, гадая, какую ещё новость она обрушит на его голову. Наконец, выдохнув остатки воздуха, Пенелопа посмотрела на него сияющими глазами и выдала настоящую информационную бомбу:
— Кажется, граф влюбился в вас с первого взгляда!
— Хи-и-ик! — из горла Блисса вырвался не то вскрик, не то сдавленный икотой стон.
«Господи, Пенелопа, неужели у неё начался старческий маразм?!»
В голове Блисса мысли метались, словно испуганные птицы в клетке. Он-то решил, что наконец обрёл родственную душу, но, кажется, они встретились слишком поздно. Нужно было найти её на год, нет, хотя бы на полгода раньше! Или хотя бы сразу броситься сюда, как только он вспомнил о существовании Кассиана!
Трагизм ситуации настолько переполнил его, что кончик носа защипало, а в глазах предательски заблестели слёзы.
— Пенелопа-а-а... — всхлипнул он, жалобно растягивая её имя.
Старушка тут же ласково притянула его к себе и обняла, словно расстроенное дитя.
— Ну-ну, я понимаю. Ох, какое же у вас нежное и чувствительное сердце.
Блисс шмыгнул носом, наслаждаясь тёплыми похлопываниями по спине. Он уже собирался было предложить ей немедленно поехать в больницу и проверить голову, как вдруг Пенелопа отстранилась. Её глаза лихорадочно блестели.
— А теперь слушайте внимательно, сейчас начнётся самое важное. Граф — орешек непростой. Поэтому впредь вы должны действовать очень, очень тонко. С предельной осторожностью...
Блисс со смесью сомнения и жалости разглядывал её воодушевлённое лицо.
«Она это серьёзно? Неужели всё-таки маразм?»
— Да-да, слушаю вас, — отозвалась она почти нараспев.
Блисс, не скрывая скепсиса, прищурился:
— Вы правда верите, что граф влюбился в меня с первого взгляда? Вот прямо искренне так считаете?
— Разумеется! Или вы мне не доверяете? — Пенелопа нахмурилась и строго скрестила руки на груди.
Видя её непоколебимую уверенность, Блисс пошатнулся.
«Ну, Пенелопа ведь не может ошибаться... Или может?»
— Но ведь граф совсем не ведёт себя так, будто я ему нравлюсь, — возразил он, невольно выпятив нижнюю губу и вспоминая все те колкости и придирки, что посыпались на него со вчерашнего вечера.
Пенелопа прикрыла рот ладонью и негромко рассмеялась:
— Блисс, вам ещё многому стоит поучиться. Впрочем, это понятно — вы как раз в том возрасте, когда постигают основы жизни.
Пока Блисс непонимающе хлопал ресницами, Пенелопа с загадочной улыбкой пояснила:
— Видите ли, это обязательный элемент программы любого героя романтических историй — «стадия отрицания».
— Стадия отрицания? — машинально повторил он.
— Именно! — Пенелопа активно закивала. — Вспомните все те сериалы, что мы смотрели. Что делает главный герой сразу после того, как стрела Амура пронзает его сердце?
— Ну-у... — Блисс прищурился, пытаясь выудить из памяти нужный фрагмент.
— «Любовь с тобой как война»! — торжественно провозгласила Пенелопа.
До блисса наконец дошло, и Пенелопа довольно улыбнулась:
Блисс прикусил губу. В том сериале главный герой влюбился в героиню с первого взгляда, но признавал это целых семьдесят серий, изводя её и себя.
— А я-то думал, они просто тянут время, чтобы серий побольше вышло.
— О, вовсе нет! Совсем не поэтому, — Пенелопа назидательно покачала головой. — Сериалы — это результат глубочайшего изучения человеческой психологии. Так что они, несомненно, отражают саму реальность.
— Теперь понятно, — выдохнул Блисс.
Наконец он окончательно уверовал в правоту Пенелопы. Одновременно с этим его кольнуло чувство вины за то, что он посмел усомниться в здравомыслии своей наставницы. Собравшись с духом, он осторожно спросил...
— Значит, граф влюбился в меня с первого взгляда, но теперь сам себе в этом не признаётся и поэтому ведёт себя со мной так паршиво…!
— Именно! Ах, Блисс, какой же вы догадливый, просто в точку. Я знала, что вы поймёте. Умничка, просто умничка.
Пенелопа снова принялась осыпать его похвалами, и Блисс, окончательно сияя от гордости, расплылся в довольной улыбке.
«Всё-таки Пенелопа — моя настоящая родственная душа. Чутьё меня не подвело».
— Касси... то есть граф ведь точно меня не узнал? — воодушевлённо поинтересовался он.
Пенелопа и в этот раз уверенно кивнула, подтверждая его надежды:
— Конечно. Поверьте мне, Блисс. Граф ровным счётом ни-че-го не подозревает. Абсолютно!
Блисс прижал ладони к губам, не в силах сдержать торжествующего смешка. Ну разумеется, как иначе? Уж они-то с Пенелопой разыграли всё как по нотам. Интересно, как он вытянет лицо, когда правда раскроется? Наверняка в обморок шмякнется.
Рот Блисса растянулся до ушей от предвкушения сладкой мести.
— И что мы сделаем теперь? Какой план?
Он смотрел на неё с нескрываемым ожиданием, готовый полностью довериться опытной наставнице. Пенелопа с самым самоотверженным видом хлопнула себя ладонью по груди:
В её глазах вспыхнул азартный огонёк.
— Мы заставим графа признать свои чувства в самое ближайшее время!
Тяжёлый вздох невольно сорвался с губ Кассиана, стоило поместью показаться на горизонте. Он смотрел на приближающееся здание со смешанным чувством досады и необъяснимой тревоги. Обычно к этому часу его накрывала привычная усталость, но сегодня всё было иначе. Благодаря вчерашнему отдыху он весь день чувствовал себя непривычно бодрым, однако при одном взгляде на дом начала ныть голова. И причина была всего одна.
Кассиан зажмурился и едва слышно заскрежетал зубами. Неужели это действительно заслуга того мальчишки? То, что он смог так провалиться в сон...
«Да нет, бред. Просто совпадение».
Но бессонница, терзавшая его почти десять лет, отступила именно вчера. Слишком уж удачно для простого стечения обстоятельств.
— Совпадение. Обычное совпадение, — пробормотал он, словно пытаясь внушить это самому себе.
Машина медленно сбавляла ход. Заметив Пенелопу, ждущую у парадного входа, Кассиан ещё раз едва слышно процедил:
— Это должно быть просто совпадением.
Едва автомобиль остановился, Пенелопа семенящим шагом подлетела к дверце. Распахнув её, она встретила хозяина лучезарной улыбкой:
— С возвращением, ваше сиятельство!
Кассиан одарил её коротким подозрительным взглядом, но промолчал и решительно зашагал к дверям. Пенелопа тут же пристроилась следом, не отставая ни на шаг.
— Господин, вы ведь уже поужинали? Я подготовила всё ко сну, не желаете ли сразу прилечь?
Время неумолимо близилось к полуночи. Кассиан, даже не поворачивая головы в её сторону, бросил на ходу:
— Слушаюсь. Доброй ночи, ваше сиятельство!
Пенелопа ответила так поспешно, будто только этого и ждала весь день, и тут же развернулась, скрываясь в глубине коридора. Кассиан, уже начавший подниматься по лестнице, на миг даже удивился от такой небывалой покладистости. Он обернулся и посмотрел ей вслед. Что это за странная подпрыгивающая походка?
Дурное предчувствие кольнуло где-то под рёбрами, но в голову не приходило ничего конкретного. Кассиан раздражённо цыкнул и продолжил путь. В старинном замке царило безмолвие. Тишину коридоров нарушало лишь эхо его собственных шагов.
«Скорее бы помыться и лечь», — думал он, толкая ручку двери своей спальни. Но когда он переступил порог и окинул взглядом комнату...
Кассиан так и застыл в дверях с открытым ртом, лишившись дара речи. Шторы, диван, кровать, роскошный балдахин и даже стены — всё буквально утопало в приторно-розовых тонах. А посреди этого безумия, прямо у постели, стоял Блисс в нежно-голубой пижаме.